Беглецы

ГЛАВА 15

ОРУЖИЕ И ПРОЗА

Ноа

.

Вчера вечером я не принимала таблеток, я не пошла домой и не стала пить, и, наконец-то, спала без кошмаров.

Теперь я просыпаюсь, чувствуя себя лучше, чем, когда-либо за последнее время. Можно было бы подумать, что после всего, что произошло вчера, закрытие кафе и того, что некуда было пойти, обещание Тейта, что мы увидимся завтра и что мне это не понравится, я не должна была так себя чувствовать.

Как будто у меня впервые за долгое время появилось что-то, чего я с нетерпением жду.

Я встаю, наливаю себе чашку кофе, а потом одеваюсь. Я расчесываю волосы, прежде чем роюсь в холодильнике, мучительно перебирая варианты еды.

Я сглатываю комок в горле и снова достаю яйца, взбивая их в пластиковом стаканчике, прежде чем вылить в сковороду, чтобы приготовить сырный омлет. Я достаю и остатки гамбургера со вчерашнего дня, выбрасывая булочку и начинку, а затем разогреваю мясо и нарезаю его на мельчайшие квадратики на тарелке. Как только омлет готов, я поступаю с ним точно так же.

Я ставлю тарелку на столешницу и глубоко вдыхаю, глядя на нее с барного стула. Меня снова охватывает это чувство, то, которое я испытываю каждый раз, когда делаю это, будто у меня во рту потеет, а в горле пересыхает.

— Это просто еда, — говорю я вслух. — Ты ела еду почти двадцать лет, помнишь? Я имею в виду… блядь! Ты черт возьми, хочешь сдохнуть?!

Я вздрагиваю, услышав, как поворачивается засов.

Думаю, мне не стоит удивляться, когда в дверь входят Тейт и Сайлас.

— Ты кого-то убиваешь? — спрашивает Тейт. — Кого? Того блондина? Можно посмотреть?

— Нет, — твердо говорю я. — Тебе нужно уйти. Я сейчас занята.

— Ты ни хрена не делаешь, — говорит Тейт, пересекая комнату и направляясь на кухню. — Что на завтрак? О, еще остался кофе. Хочешь кофе, Сайлас?

— Да, я выпью кофе. Он наверняка лучше, чем эта водянистое пойло в мотеле. — Он запрыгивает на мою кровать, откидывается назад, вытянув ноги, и включает телевизор.

— Ребята...

— Здесь много Gatorade

(пп.: популярный бренд изотонических спортивных напитков, производимых PepsiCo)

. У тебя есть какие-нибудь модные сливки или что-нибудь в этом роде? — спрашивает Тейт, заглядывая в холодильник. Поскольку у меня ничего такого нет, через несколько секунд он закрывает холодильник, пожимая плечами.

Мои глаза наполняются слезами.

— Сайлас...

— Что? — спрашивает Сайлас, откладывая пульт и вскакивая с беспокойством. — Что случилось?

— Что это? — спрашивает Тейт, останавливаясь рядом со мной. — Почему твоя еда нарезана на крошечные кусочки, как будто ты гребанный маленький ребенок?

Я моргаю, и слезы катятся по моим щекам.

— Убирайтесь! — кричу я. — Хватит надо мной издеваться, убирайтесь!

— Господи, Ноа, — говорит Тейт. — Успокойся.

— Я не могу

успокоиться!

Я не могу есть, вот почему моя еда нарезана на крошечные кусочки, как будто я

маленький ребенок

. Мой холодильник забит Gatorade, потому что на работе у меня кружится голова и я чувствую слабость, и я боюсь, что однажды потеряю сознание, и они вызовут скорую. А если вызовут скорую, то узнают, кто я такая. Я

умираю с голоду

. Разве не видно? У меня выпадают волосы, все болит, и мне не нужны противозачаточные, потому что у меня уже

несколько месяцев нет месячных.

— Я поворачиваюсь к Сайласу. — Пожалуйста, пожалуйста, я тебя умоляю, Сайлас, пожалуйста, уходите. Заставь его уйти. Я сделаю все, что вы хотите. Мне нужен всего час, чтобы я могла попытаться поесть.

— Я… не думал, что все так плохо, — говорит Сайлас.

— Ну, так оно и есть.

— Хорошо, — говорит он, пересекая комнату и направляясь ко мне. — Мы уйдем. — Он обнимает меня и наклоняется, целуя меня в макушку. — Мне очень жаль.

Я зарываюсь со всхлипом ему в грудь.

— Все будет хорошо, — говорит он, снова целуя меня. — Мы это переживем. Тебе станет лучше, ладно?

Мы?

— Пошли, — говорит он Тейту, который следует за ним. Я чувствую, как он оглядывается на меня, но ничего не говорит, прежде чем закрыть за собой дверь.

Я натягиваю резинку на концах рукавов толстовки на руку, вытираю ею слезы со щек и начинаю процесс мысленной подготовки к тому, чтобы снова откусить кусочек от еды.

На этот раз это сложнее.

Я откусываю кусочек омлета, пережевываю его задними зубами, пока он не превращается практически в кашицу, и держу его во рту, пока не наберусь смелости проглотить. Я повторяю это, и как только проглатываю второй кусочек, дверь снова распахивается, и Тейт входит один.

— Нет, — говорю я. — Уходи, Тейт.

— Знаешь, что мне в тебе нравится? — спрашивает он.

Я усмехаюсь.

— Ничего.

Он пододвигает другой барный стул, пока он не оказывается вплотную к моему, и садится рядом со мной.

— Пфф, да ладно, это неправда, — говорит он. — Мне нравится, что ты видела, как я избиваю твоего бывшего парня до смерти, что ты знаешь, что я собирался и все еще могу тебя убить, но ты все еще смотришь мне в глаза, обзываешь меня и говоришь, чтобы я убирался из твоего дома. Это заводит.

— Тейт, чего ты хочешь? Потому что я чертовски серьезна...

— Я просто хочу помочь тебе, — говорит он. — Это моя вина, да? Ну, технически, это вина Сайласа, но мы оба знаем, что всякий раз, когда он делает что-то не так, это моя вина, и если

ты

делаешь что-то не так, это

тоже

моя вина. Ты, наверное, обвинила бы меня в глобальном потеплении, если бы могла...

— Прекрати, ладно? Ты не можешь мне помочь.

Он подпирает голову рукой, оперевшись локтем о стойку, и запускает другую руку в мои волосы, его большой палец снова поглаживает за моим ухом. Я прислоняюсь к нему, закрывая глаза.

— Может, и смогу. Как это случилось?

— Я не знаю, — говорю я ему, шмыгая носом. — Может, это даже неправда. Я думаю… я просто слишком долго ждала. Я… после того, что случилось… не могла есть. От одной только мысли о еде меня тошнило, и я просто решила, что

не

буду есть, пока эта мысль не перестанет вызывать у меня такие чувства. Но прошла неделя, а мне все равно становилось плохо, и все болело. Я пыталась, но прошло так много времени, и я просто... слишком погрузилась в свои мысли, и мое тело не слушалось. Я продолжала думать о том, как это ощущалось у меня между зубами и на языке, и о том факте, что это было

внутри