Страница 44 из 48
Глава 23
София
Мне снился сон: жуткий, реальный до дрожи. Я шла по узкому краю пропасти, у самого обрыва. Под ногами бездна, внизу бушует океан: волны с рёвом разбиваются о скалы, пена летит в воздух, ветер свистит в ушах.
— Мама! — раздался голос моей дочери.
Я резко обернулась и увидела Розу. Она медленно шла ко мне, её волосы развевались на ветру. За спиной дочери стояла неизвестная женщина молодая и красивая, с длинными тёмными волосами. Она приближалась, не отпуская Розу, крепко держала её за руку.
Мы остановились у самого края, рядом друг с другом. Я протянула руку к дочери:
— Роза, осторожно. Иди ко мне.
Девушка хотела сделать шаг ко мне, но женщина не отпускала её.
— Отдай мне мою дочь, — взмолилась я. — Зачем она тебе?!
— Я хочу, чтобы ты испытала ту же боль, что и я, — холодно ответила незнакомка.
Прежде чем я успела среагировать, она резко толкнула Розу вниз. Дочь полетела с обрыва в бушующее море.
— Роза!!! — закричала я и кинулась за ней.
Но таинственная женщина в красном не пустила меня, с неожиданной силой толкнула прямо перед собой на колени. Я упала, беспомощно протянув руки к исчезающей в волнах дочери.
Я проснулась в холодном поту, громко вскрикнув: «Роза!!!», и рванулась вперёд, намереваясь вскочить с кровати. Крепкие руки тут же придерживали меня, мягко, но настойчиво оттеснили обратно на подушки.
—Эй, полегче! Ладно? — прозвучал голос, который я узнала бы из тысячи других, за километры отсюда.
В бескрайней темноте я словно увидела этого человека, того, кто занозой засел в моей груди. Прикрыв глаза и откинув голову назад на мягкие подушки, я недовольно застонала. Голова всё ещё немного побаливала после той дряни, которой он меня вырубил.
—Как ты себя чувствуешь? — спросил Алишер и нежно поцеловал меня в шею, склоняясь ниже.
Открыв глаза, я с досадой поинтересовалась:
—Чем ты меня вырубил?! Ты дозу лекарства хоть правильно рассчитал?!
Алишер крепче обнял меня, притягивая к себе.
—Извиняться не буду. Скажу лишь, что ты толкаешь мужчин на сумасшедшие поступки ради тебя, моя Софи, — с лёгкой усмешкой произнёс он.
Я усмехнулась и, не раздумывая, ударила его по лицу. Тут же оттолкнула от себя, а потом, повинуясь какому‑то безумному порыву, обхватила руками его лицо и страстно поцеловала.
Алишер отстранился, явно сбитый с толку такой моей реакцией, но только усмехнулся и опрокинул меня на подушки. Его губы накрыли мои. Его язык скользнул по нижней губе; мой рот приоткрылся, и его язык проник внутрь. Я застонала, крепче обнимая его, растворяясь в этом мгновении, пытаясь вытеснить из памяти кошмарный сон…
В дверь постучали, и весёлый голос интеллигентно поинтересовался:
—Можно? Или…
Я вспыхнула, резко отталкивая Алишера, и тут же выкрикнула:
—Какое «или»?! Можно, заходите!
Алишер, смеясь, всё ещё держал меня за руку, когда в комнату вошёл Карим. Он окинул нас быстрым взглядом, усмехнулся и с лёгким поклоном произнёс:
—Как ты и рассказывал, она просто прелесть!
Я бросила на Алишера возмущённый взгляд, но тот лишь подмигнул мне, явно наслаждаясь ситуацией. В груди всё ещё бушевали эмоции, от ужаса пробуждения до странной, обжигающей близости с Алишером, и я не знала, что теперь будет дальше.
Я покачала головой, не в силах поверить, что Алишер так легко относится ко всему этому.
—Ты не понимаешь, — повторила я, повышая голос. — Борз — подлый человек, и он обязательно сделает что‑то ужасное, лишь бы отомстить нам за то, что ты увёз меня от него! Он одержим идеей контроля, он думает, что весь мир принадлежит только ему! Ты что, забыл, как он угрожал нам? Как преследовал?
Алишер подошёл ко мне, положил руки на плечи и мягко, но твёрдо произнёс:
—София, ничего плохого он не сделает. И этот Тимурхан с его сестрой тоже. Мы — родители Розы, мы приедем и заберём её. Если будут какие‑то сомнения — потребуем сделать тест ДНК. Всё будет хорошо, обещаю. Сейчас мы поедем к ним домой и спокойно поговорим. Без угроз, без агрессии — просто как взрослые люди.
Я отступила на шаг, высвобождаясь из его хватки. Внутри всё сжималось от тревоги.
—Ты слишком наивен, — прошептала я. — Ты не знаешь Борза так, как знаю его я. Он не отступит просто так. Он будет мстить, играть, тянуть время… А Роза — она же ребёнок! Я не могу подвергать её такому стрессу. Нельзя просто так приехать и сказать: «Привет, мы твои родители, и мы тебя забираем домой». Это сломает её!
Я повернулась к Кариму, в отчаянии ища в нём союзника:
—Карим, ну ты хоть объясни ему. Ты же видишь, это будет очень сложно сделать. Я боюсь травмировать девочку. Она привыкла к ним, она не понимает, что происходит…
Карим пожал плечами, переглянувшись с Алишером за моей спиной. На его лице играла лёгкая, почти беззаботная улыбка.
—Вообще, я думал, будет что‑то интересное, — протянул он. — Навроде перестрелки, погони, похищения и счастливого воссоединения семьи! Ну, знаешь, как в кино.
Я прикрыла глаза руками, стараясь сдержать подступающие слёзы. Эти двое казались такими беспечными, такими уверенными в своей правоте, что мне стало по‑настоящему страшно.
—Вы просто неисправимы, — выдохнула я, опуская руки. — Но мы поедем. Поговорим. Для начала. Потом будем действовать по обстоятельствам.
Алишер кивнул, и в его глазах мелькнуло облегчение.
—Вот и отлично, — сказал он, снова подходя ко мне и осторожно беря меня за руку. — Мы всё сделаем правильно. Я обещаю, София. Мы вернём нашу дочь — и всё будет хорошо.
Я молча кивнула, но тревога в груди не утихала. Я знала Борза слишком хорошо. И я знала: он не отдаст Розу просто так. Что бы ни случилось, он найдёт способ сделать нам больно.
Мы подъехали к дому Тимурхана — массивное здание с резными воротами и ухоженным садом. Охрана у входа скрестила руки на груди, преграждая путь.
—Проезда нет, — отрезал один из охранников. — Господин Тимурхан никого не принимает.
Я достала телефон и набрала номер своего давнего друга — человека, который когда‑то помог мне выбраться из лап Борза. Он ответил почти сразу:
Алло, Софи? Что случилось?
—Мне нужно попасть внутрь, — быстро проговорила я. — Пожалуйста, позвони охране, скажи, чтобы пропустили. Это срочно. Речь идёт о моей дочери.
Пауза длилась всего пару секунд.
—Хорошо, жди.
Через минуту охранник кивнул своим коллегам, и ворота распахнулись. Мы вошли в дом — и я невольно замерла на пороге.