Страница 36 из 66
В рюкзак вся эта добыча не влезла — пришлось срезать энное количество веток и управляя ими при помощи воздуха, сплести что-то вроде импровизированной и ужасно уродливой гигантской корзинки, которую я таскал следом за нами по воздуху.
После этого перерыва мы продолжили охоту дальше. Остановившись только спустя пять с половиной часов, когда добрались до последнего озера. К тому моменту я уже минут двадцать, как получил ранг «дзета», а одежда полностью пропиталась запахом рыбы.
По моим прикидкам, уничтожено было немногим больше сотни сомов. Приблизительно половина. Но выманить остальных будет не так просто — они уже зафиксировали гибель своих сородичей и скорее всего на приманку реагировать не станут.
Поэтому я разделал последние несколько туш, после чего мы оба прикрылись оптическими иллюзиями и вернулись назад. В Токио уже был вечер, а пространство около Столба неожиданно оказалось заполнено людьми.
— Ну где же он. С ним ведь ничего не случилось?
— Почему так долго? Что можно так долго делать внутри?
— Как думаете он возьмёт меня в жёны? Что если я прямо тут признаюсь ему в любви? Вот, даже колечко купила…
— Не витай в облаках. Я вот просто попрошу расписаться на своей груди. Какая жена? Ты видела, с кем он зашёл внутрь? Говорят, сиськи такие, что одежда лопается.
Девушки. Не меньше тысячи столпившихся женщин и девушке, которые кого-то ждали. Айдола наверное какого-то. Хотя, это Япония, а не Корея. Тут популярные певцы могли называться по-другому.
Радовало, что моя версия иллюзии, которой я обучил и Кремер, скрывала в том числе запахи. Иначе на японок обрушился бы такой вал ароматов, что те наверняка начали бы разбегаться.
Из-за принятого «командного коктейля», я хорошо видел немку. Разобрав, как та остановилась около одной из девушек, заглядывая в её планшет. Потом, кажется бросила взгляд в мою сторону и двинулась дальше. Я тоже притормозил и посмотрел. Изрядно удивившись увиденному — на экране было изображение моего собственного лица. Крупным планом, на пресс-конференции в Стамбуле.
Только теперь до разума дошёл факт, который теперь казался очевидным — ждали они вовсе не какого-то айдола, а меня. Гайдзина, внезапно получившего популярность у местных.
Всё это было забавно, но оказываться под прицелом множества видеокамер я не собирался, поэтому оптическую иллюзию снял только за квартал от Столба. После чего достал телефон, намереваясь проверить не ответил ли Рё Ёсида, а потом поискать истоки собственной популярности.
Правда, когда развернул список уведомлений, взгляд зацепился совсем за другое сообщение. Пришедшее от Пак Джин Хо.
«Сысынним, господин Го Бинь шлёт вам приветствие и просит сообщить, что взял двух живых подозреваемых, которые дают показания. Он будет рад встретиться и обсудить то, что услышал от них».
Глава IX
Пак Джин Хо прекрасно понимал, что будь у Го Биня ещё один Защитник ранга «гамма», китаец никогда бы не запросил помощи у Южной Кореи. Будь на то его воля, новый красный император скорее обратился бы к их северному соседу. Но по объективным причинам подобное было невозможно — с момента падения Столбов, северяне находились в режиме глухой изоляции, проведя частичную мобилизацию и похоже не собираясь ничего предпринимать для создания собственных отрядов Защитников. А те из них, что попадали на ту сторону не по своей воле и выживали, возвращаться в родные пенаты не спешили.
Именно поэтому сейчас он находился здесь. В подземной части здания управления государственной безопасности Гонконга. Результаты допроса захваченной японки-медсестры и парня, который с ней был, ему пока не демонстрировали — китайцы ожидали прибытия Лагова. Однако, сам факт был показателен. А Го Бинь, несмотря на своё прошлое казался адекватным.
В данном конкретном случае наличие возможностей Защитника скорее пошло ему на пользу — ханец мог не оглядываться на мнение других кланов и группировок во власти. Тем более он уже создавал собственную опору — как догадывался Пак Джин Хо, «Краснознамённый авангард партии» должен был стать личной гвардией нового генерального секретаря.
Сам Лагов уже прибыл из Японии — по сообщениям, его джет приземлился в аэропорту Гонконга, а сам Защитник из вежливости отметился у пограничников. Хотя мог бы запросто проскользнуть мимо незамеченным.
Копьё тоже везли в Гонконг. К счастью подарок пока не успел отправиться на запад и глава Лиги Защитников Кореи распорядился доставить оружие в город. Первое копьё с полноценным наконечником из металлического палладиевого стекла. У него были заказы сразу от семи корейских чеболей, включая «Самсунг», но Пак Джин Хо решил, что первым делом изготовит оружие для Лагова, а потом займётся всем остальным.
— Он прибыл, шоучжан. Спускается.
Го Бинь и Пак Джин Хо одновременно повернулись к металлической двери, за которой скрывался коридор идущий к массивному лифту. Спустя несколько секунд послышался звук открывающихся створок. А потом…
Главный Защитник Кореи привык, что ощущает тепло, исходящее от людей, которые успели поглотить какой-то объём меноса. Но обычно это выглядело, как слабый температурный поток. Сейчас же всё было иначе. Настоящий шквал жара, из-за которого хотелось отступить назад. Он будто стоял на пути вихря раскалённого воздуха. Настолько горячего, что тот мог запекать плоть.
Четверо корейских Защитников ранга «бета», что сопровождали его, отступили, вжавшись в стену. Точно так же, под недоумёнными взглядами персонала, поступили трое китайцев. Они же с Го Бинем обменялись взглядами. Какого ранга смог достичь Лагов, если они так воспринимают его появление? Кем он стал?
Когда переборка двери отъехала в сторону, Пак Джин Хо пришлось приложить всю свою волю, чтобы не сделать шага назад. Нельзя показывать слабость. Только не на глазах у нового красного императора. Тот должен знать, что Лига Защитников Кореи лучше в качестве союзника, а не врага. Пусть даже не думает обрушиться на Сеул.
Обычные люди вели себя, как всегда — для них всё происходящее наверняка выглядело очень странно. Лагов, переступив порог, тоже непонимающе нахмурился. Потом в глазах мелькнуло осознание и давление жара, из-за которого Пак Джин Хо почти не мог дышать, спало.
— Прошу извинить. Не подумал о том, какой эффект может произвести моё появление. Рад видеть вас этой ночью.