Страница 22 из 33
Глава 12. Гостья или пленница?
Простившись с советником, Эдвина последовала за двумя служанками по темным коридорам. Тусклый дневной свет едва пробивался через грязные витражи. Гобелены, изображавшие славные времена и героические битвы, истрепались и поблекли. Картины в потрескавшихся рамах едва просматривались под толстым слоем пыли. Сухой паркет, давно нуждающийся не в одном слое полировочного масла, скрипел при каждом шаге.
Обстановка векового забвения некогда великолепных залов приводила Эдвину в еще большее недоумение. В спертом духотой воздухе смешались затхлость и сырость. Девушка замечала и зияющие прорехи в тканях занавесей, и потемневшее серебро убранств, и расползающуюся по стенам плесень, и забытые писчие перья, упавшие на пол и оставшиеся там лежать. То был пир грязи, паутины, ржавчины и разбитых зеркал, в которые, согласно поверьям, ни в коем случае нельзя смотреться.
– Почему за дворцом никто не следит? – спросила Эдвина.
– Мы тоже задаемся этим вопросом, госпожа, – отвечали служанки. – Нас наняли незадолго до вашего приезда, как и всех остальных слуг и гвардейцев. Поэтому мы успели подготовить лишь ваши покои и кухню, чтобы можно было готовить.
Эдвина поджала губы. Выходит, что до ее прибытия король жил в одиночестве, если не считать Шехара. Но почему? Как он смог выжить в огромном замке без прислуги? Неужели слухи о нем правдивы? Неужели он и впрямь прожил целый век лишь благодаря одержимости демоном?
– Вы уже встречались с королем? – При виде изъеденных коррозией дверных ручек Эдвина нахмурилась.
– Еще нет. Ни разу. Быть может, король сейчас в разъездах и решает какие-то важные вопросы? – предположили служанки, открывая двери в роскошные, начисто убранные покои. – Ваша спальня, госпожа.
Войдя в просторную, освещенную канделябрами комнату, Эдвина ахнула от красоты. Вокруг не было ни пылинки. Широкую кровать с высоким изголовьем устилало новехонькое покрывало, расшитое мелким узором из золотых нитей. Поверх него были аккуратно уложены большие и маленькие подушки с шелковыми кружевными наволочками. Сверкающие чистотой свежевыкрашенные тумбы украшали фарфоровые статуэтки и зажженные свечи в бронзовых подсвечниках. На небольшом туалетном столике стояла ваза с дивно пахнущими живыми цветами.
В отличие от всех остальных залов во дворце, прогретая большим камином спальня выглядела красочно и уютно.
– Вам нравится? – спросила одна из служанок.
– Очень. Благодарю! – Эдвина прошла вперед и заглянула за расписанную витиеватыми узорами ширму. За ней пряталась латунная ванна.
– Приятно слышать, госпожа. Скоро сюда принесут горячую воду. Мы поможем вам искупаться, а после одеться к ужину.
Впервые в жизни Эдвина купалась не в тазу с еле теплой водой, а в наполненной до краев прогретой и благоухающей розовым маслом ванне. Служанки по очереди брали ее за руки и осторожно растирали выпуклые шрамы мыльными мочалками. Душистым травяным отваром они заботливо омывали Эдвине спутанные волосы, чтобы те стали послушными и блестящими. А после помогли ей выбраться из ванны, накрыли прогретыми сухими полотенцами и увлажнили кожу благоухающими маслами. Потом они долго расчесывали Эдвину, прежде чем заплести ей косы.
Несмотря на их усилия, отражение девушки в зеркале все равно выглядело безобразно. Ни скроенное по последней моде платье, ни сложная прическа, увенчанная аметистовой диадемой, ни даже сверкающие туфельки на каблучке, пришедшие точно впору, – ничто не могло отвлечь внимания от ужасных шрамов. Эдвина попросту не достойна была носить подобные платья и украшения. И уж тем более за всем этим лоском нельзя было спрятать то, кем она являлась на самом деле – дурнушкой.
Эдвина в очередной раз задалась вопросом: а точно ли король знал, кого приглашал во дворец? Не ошибка ли это? Что, если произошла путаница и на месте Эдвины все-таки должна стоять Мирабель?
Снедаемая домыслами и чувством вины, Эдвина взволнованно бродила по комнате в ожидании предстоящего ужина. Она собиралась засыпать короля терзающими ее душу вопросами и теперь гадала, на которые из них он ответит. Но как только в покои внесли круглый обеденный стол и всего одно кресло, Эдвина поняла: ужинать ей придется в одиночестве.
Гостью угощали золотистыми перепелками в морковном маринаде и тушенным в южных травах картофелем. К чаю подали румяные булочки и груши в карамели. В жизни не пробовавшая ничего вкуснее, Эдвина старалась насладиться каждым кусочком королевской пищи, вот только чувство беспокойства все равно ее не покидало.
Опустив на блюдечко чайную чашку, Эдвина обернулась на окно, обрамленное бархатными шторами. Оно было настолько большим, что в него без труда смог бы влететь дракон, имя которого Эдвина так и не удосужилась спросить. Что, если выбитые стекла – это последствия появления дракона и другим способом он просто не мог попасть во дворец? Что, если дракон – это и есть заколдованный король Эсминара? Вот почему Бастиан когда-то разогнал всех слуг…
Детали одна за одной складывались в единую картину, которая казалась все более правдоподобной. Дракон пообещал помочь Эдвине – так и произошло. Теперь она ужинает в королевском замке, вдали от холодного и отвергающего отчего дома. Вот только кто она теперь? И как долго продлится ее одиночество?
К наступлению ночи вернулись служанки. Они убрали со стола и помогли Эдвине переодеться в ночную сорочку, подкинули дров в камин и погасили свечи. Затем пожелали гостье доброй ночи и закрыли за собой двери, как бы ограждая Эдвину от остального мира.
Пройдя босиком по холодному полу к окну, Эдвина отодвинула тяжелую штору и грустно вздохнула. Внизу простирался дворцовый сад, такой же одинокий, как и она сама. Девушка присела на широкий подоконник. Время от времени в тишине слышался то тихий скрежет, то едва различимое завывание. Эдвина надеялась, что дракон вот-вот появится, но так крался лишь ветер – пустынными коридорами, пробираясь через трещины в стенах и просачиваясь в полуоткрытые двери, точно заблудший призрак.
Эдвина прождала до рассвета, но дракон так и не появился.