Страница 38 из 82
Последний вопрос был адресован Лексу, и тот не слишком уверенно кивнул.
— Только первый этаж. Второй тоже было бы неплохо снять. Для полноты картины.
— Потом вернемся и доснимем, — решил Михаил. — Погода сегодня дрянь. Пока нет дождя, лучше поснимать на натуре. Идет?
— Да, отлично, — согласился Лекс.
Олеся снова была не в восторге от задуманного, но уже поняла, что выбора у нее нет. Во-первых, эти двое явно спелись и будут всегда заодно. Во-вторых, работу сделать все равно надо.
Главное — больше не оставаться одной.
* * *
«Если не искать с угрозой встречи, то сама она тебя искать не станет..»
Когда Барин услышал эти слова, затаившись в лабиринте коридоров подсобных помещений, он невольно хмыкнул и подумал: «Да ты прям ясновидящий!»
Он определенно был согласен с неизвестным парнем с телевидения: если эта троица не станет рыскать по зданию и искать их, то и им нет резона их трогать. В конце концов, хватит с них и одного мертвого инкассатора.
Впрочем, даже если бы телевизионщики сейчас отправились на второй этаж, это никому ничем не угрожало бы. Он и Штырь уже на первом, Лихой спустился и того раньше. Правда, они его пока не нашли, тот как сквозь землю провалился. Но он едва ли вернулся наверх. Зачем ему это? Девчонка наверняка видела там того, кого слышали, но так и не обнаружили они.
Голоса телевизионщиков стали удаляться и постепенно стихли, позволяя выйти из укрытия и почувствовать себя свободнее. Барин решил, что искать Лихого больше не станет. В конце концов, зачем им этот псих? Если ему так хочется гоняться за своими видениями, пусть гоняется. Пусть хоть весь городок кверху дном перевернет! А им пора. Если Лихой все-таки придет в себя, выберется из городка и догонит их, они его долю, конечно, отдадут. А нет.. На нет, как говорится, и суда нет.
— Идем, — тихо велел Барин Штырю, все это время державшемуся позади. — Пора валить отсюда.
Выходить через ту же дверь, через которую они вошли, было опасно: телевизионщики могли еще топтаться поблизости и заметить их. К счастью, Барин уже сориентировался в хитросплетениях местной планировки и понимал, где искать служебный выход, когда-то использовавшийся для разгрузки товаров.
Немного пройдя вперед, он осознал, что не слышит за собой тяжелых шагов Штыря, и обернулся. Подельник так и стоял на месте, повернувшись лицом к пустому неосвещенному углу, словно высматривая там что-то. Или просто таращась в темноту.
— Эй! — позвал Барин громким шепотом. — Штырь!
Ему пришлось повторить это трижды, прежде чем подельник вдруг вздрогнул, будто проснувшись, и повернулся к нему, хлопая глазами. Выглядел он немного растерянно, словно не понимал, где находится и что должен делать.
«Неужели уже принял что-то?» — с досадой подумал Барин.
Все-таки эти два идиота доведут его! Бог свидетель, не любит он без особой надобности кровь лить, но если Штырь продолжит тормозить, он оставит здесь и его. С дыркой в голове.
— Идем! — в последний раз велел Барин и зашагал к выходу, больше не оборачиваясь. Идет — хорошо, снова уснул — ну и черт с ним!
Маленький кусочек сохранившегося за магазином леса за прошедшие годы разросся так, что занял всю погрузочно-разгрузочную площадку и подступил почти к самым дверям, доломав и без того разбитый тяжелыми машинами асфальт. Им сейчас это было только на руку: позволило незаметно покинуть здание магазина и отойти под прикрытием деревьев подальше. А там уже и до башни, в которую они перебрались накануне, было рукой подать.
Первый тревожный звоночек прозвенел, когда Барин не увидел рядом с домом их микроавтобус, но он попытался убедить себя, что Лихой оказался не так туп, как можно было подумать. Возможно, он тоже засек приезд телевизионщиков и сразу кинулся сюда, чтобы увести машину подальше, спрятать где-то, чтобы ее не заметили и она не навела на их убежище.
Но когда в квартире оказалось пусто — в том смысле, что оттуда пропали инкассаторские мешки с деньгами, — Барин взревел как раненый медведь.
— Ах ты сука! — в сердцах крикнул он, пнув первый попавшийся под ногу стул.
Тот влетел в стену с такой силой, что треснул. Барин заметался по помещению, ругаясь на чем свет стоит и обещая Лихому, решившему их кинуть, все возможные кары и мучительную смерть. Даже несколько смертей.
Но увы! Теперь он мог только бессильно беситься и ругаться. Даже если Лихой уехал всего пару минут назад, им его уже не догнать, ведь он на колесах, а они — на своих двоих.
Если только..
Барин остановился, прикидывая риски. Если эти журналюги еще там, можно забрать их микроавтобус. Придется, конечно, грохнуть всех троих, но что поделать? Иначе им Лихого не настигнуть, а исчезновение этой троицы вряд ли заметят быстро. Они успеют и догнать Лихого, и избавиться от машины, и новое убежище найти.
Он повернулся к Штырю, чтобы довести до него новый план, но настороженно замер. Очень уж спокойным тот выглядел. Не заторможенным, а именно безмятежным. Как будто даже слегка улыбался.
— Чего ты лыбишься, а? — удивился Барин. — Он наши деньги украл!
Штырь как-то странно посмотрел на него. Слишком поздно Барину пришло в голову, что он недооценил эту парочку. Взгляд Штыря был ясным, он явно ничего не принимал, а в магазине просто придуривался, задерживая его, чтобы дать Лихому чуть больше времени. Поэтому так спокоен сейчас.
— Ах ты су..
Договорить Барин не успел: обычно весьма неповоротливый, Штырь неожиданно проворно вскинул руку с зажатым в ней пистолетом и наотмашь ударил Барина рукояткой в висок.
А удар у этого громилы всегда был тяжелым.