Медиатор

Садимся на наших странных скакунов и практически не сдерживая скорости вылетаем из пещеры. Вокруг всё равно никого нет — ни существ, ни животных. Те, кто мог бы здесь быть, давно разбежались. А те, кто не разбежался, — мы их банально уничтожили. Так что вокруг пусто — пустой и тихий лес.

— Ты так и оставишь пещеру? — спрашивает Борис Васильевич.

— А что?

— Ну, в следующий раз сюда придёшь, а здесь изменённые логово себе устроят, например. Тебе оно надо — постоянно с этим бороться?

— Ну, вообще-то, да, наверное, не стоило бы оставлять незакрытым вход, — киваю.

— Тем более я вижу, что ты, скорее всего, сможешь спокойно раскопать вход, если тебе будет нужно.

— Да, скорее всего, смогу. — Конечно, не пользуюсь телекинезом для таких вещей, но пошевелив пару камней — понимаю, что большой проблемы это не составит.

— Ну вот и отлично. — Кошкин делает пару жестов, и внутрь пещеры влетает пара сложносоставных глифов. Видимо, эти конструкты он держал давно наготове. Пару секунд ничего не происходит, а потом глубоко под землёй идёт волна взрывов, и земля буквально проседает. Из входа вылетает облако пыли. Вход тоже теряет целостность и заваливается внутрь. Получается такой почти овраг. — Ну вот как-то так.

— Далеко?

— Почти до развилки. — улыбается Кошкин. — Там, где ты ясли показывал.

— Понятно.

— Ну, тебе же портал наверняка будет нужен, раз уж ты через него ходить можешь. Так что пещеру я не обрушал. Пока же ты не можешь его с собой забрать? Ты же знаешь, что их можно перемещать? — спрашивает учитель.

— Знаю, — говорю. — А это разве известная информация?

— Ну, не то чтобы совсем известная, но всё-таки. Просто сложно найти, к чему они привязаны. Если аномалия привязана к территории, к пространству — переместить ты её не сможешь. А если к каким-то внешним объектам, например балкам или какой конструкции — то при сохранении габаритов всё получится. Много уже делали экспериментов, все прекрасно знают, как и что делать.

— Понятно.

Не то чтобы эта информация является для меня сильно новой, но всё-таки услышать подтверждение словам Хозяина Лабиринта и своим наблюдениям полезно.

— Стартуем, Борис Васильевич. — говорю.

Учитель и его невеста хватаются за отростки у своих существ. И големы несутся обратно домой, к форту.

Собственно, здесь наша работа закончена. За эти пару часов успеваю аккуратно коснуться того, что осталось от разума заражённого ксеноса. Похоже, оправдывает возложенную на него миссию — бешеным сайгаком носится по пустыне в ярости. Я уверен, что кого-то кусает и цепляет: первичных активаций вируса за эти пару часов я насчитываю уже штук десять. Большинство гаснут, без сил развиваться — поскольку кусает он, кажется, и рабочих в том числе, не разбирая дороги. Но некоторые, похоже, всё-таки приступают к формированию долговременных связей. Медленная у моего вируса активация. И хорошо.

За этим пара часов пути пролетают незаметно.

В этот раз атак вообще нет. Похоже, все твари, которые нам встречались по пути туда, вполне себе обучаемы — на некоторое время предпочитают просто исчезнуть с этой территории, пусть даже с потерями. Так что летим, нигде не останавливаясь.

А что Рыжей, что Кошкину — явно нравится пересекать водные преграды. Големы буквально перелетают, как жуки-водомерки, практически по любой поверхности. Вот так же спокойно пересекаем и болото. Почему-то большая часть существ Пятна к големам относится как к своим — вероятно, потому что подобные существа не раз уже выплёскивались из аномалий.

Хорошо, что между последними волнами прошло так много времени. Люди начинают немножко забывать. Ну вот показывать големов, Борис Васильевич прав, всё-таки не надо.

Вылетаем к форту — и я не верю своим глазам. Меньше суток же прошло — мы отсюда уезжали с утра, а сейчас только вечер, ещё даже темнота не наступила. А в форте уже столько изменений.