Медиатор

Осматриваюсь. Пещера уже успела облагородиться — не только диван, но и столики. Где-то стёсан камень, где-то — ещё что-то. Борис Васильевич, похоже, попытался создать скульптуру — чем-то даже похожую на рыжую. Да и само окружение: кажется, магия огнём умудрилась обжечь практически всё, что было доступно рядом. Спёкшийся пол, спёкшийся потолок.

— Как вы тут без кислорода не откинулись?

— Знаешь, на удивление здесь очень неплохая вентиляция. Как давить вокруг все начало, так пришлось сбрасывать побольше магии. А потом все закончилось, так же быстро, как и началось. Мы хотели сначала зайти в пещеру, но поняли, что можем чему-нибудь помешать — и это было бы не очень здорово.

— В общем-то, да, — соглашаюсь. — Вполне могли помешать. Было бы нехорошо — второй раз я на такое не подпишусь. Пусть вон духи Доржата лучше растут.

Кряхтя, встаю на ноги. Пси постепенно восстанавливается, но принимать в себя чужеродное, которым наполнена эта пещера — не хочу. Делаю шаг за границы рисунка. И наблюдаю довольно забавную разницу в плотности пси внутри рисунка и снаружи.

Теперь понятно, как Кошкину и Кло удается так спокойно себя чувствовать.

За краем рисунка плотность пси в разы меньше. Всё равно большое превышение стандартной для этого места плотности, но не особенно заметно. Видимо, это давление и имел в виду Кошкин.

— Дайте мне ещё полчасика. — утверждаюсь на ногах на краю рисунка.

— Хорошо, — одновременно отвечают учитель и Рыжая. — А потом?

— Потом нужно будет уничтожить тело твари. Лучше сжечь. И за ним есть портал в Северную Африку — нам нужно будет закинуть туда нашего гостя.

— Ты сможешь через него пройти? — удивляется маг. — Уверен?

— Я через него уже проходил, поэтому есть у меня неиллюзорное ощущение, что смогу это сделать во второй раз.

— Ты полон сюрпризов, Макс. — усмехается Кошкин.

Похоже, на большую часть моих загадок у него уже вполне себе есть отгадки. Только уточнять и поднимать этот вопрос он совершенно не хочет. Кажется, больше ему нравится находить ответы самому… И держать их при себе. Но сейчас есть пара жестов — мол, захочешь — расскажешь.

Киваю, соглашаясь с этой идеей.

Ещё на полчаса отрешаюсь от всего, что происходит вокруг. В сигнатуре вижу облегчение Бориса Васильевича и Рыжей — всё-таки они за меня волновались, и хорошо, что ничего не стали делать, но были готовы.

Быстро хоть как-то восстанавливаю свой минимальный подконтрольный объем. Делал это не раз, так что даже новым опытом особенно не назовешь. Другое дело, что вот именно так — всего во второй раз.

Как только восстанавливаю минимальный резерв, немного сбиваю давление пси внутри рисунка — тело ксеноса стремительно начинает разрушаться, намного быстрее, чем любое существо в естественном мире.

Становится легче дышать.

Киваю и выхожу за рисунок полностью.

— Вот теперь можно сжигать.

Рыжая радостно хлопает в ладоши — и огромная разрушающаяся туша ксеноса загорается весёлым белым огнём. Таким ярким, что я даже отвожу глаза. При этом никакого дыма, ничего — просто огонь. Пару минут — и на полу всей пещеры остаётся тонкий серый пепел и ничего больше.

И относительно небольшой фиолетовый портал около стены.