Медиатор

Несколько почти знакомых структур срываются с рук учителя. Примерно такие же я замечал в старых амулетах и конструктах защиты в столице в старых зданиях. Кажется, далеко не все забывают нужные знания. Кое-где они вполне себе остаются.

— Нет, к некромантам действительно отношения не имеют, — заключает Кошкин. — Макс, а что это такое вообще?

— Мне сложно вам объяснить. — качаю головой. — Считайте — секрет Рода. Но да, скорее всего, никто, кроме меня, повторить этих существ не сможет.

— Понятно, что ты не хочешь, чтобы кто-то знал… — тянет Рыжая.

— Вот, кстати, Борис Васильевич, — в чём проблема с такими существами? Вот Виталий, когда увидел, ничего не сказал, но я точно знаю, что он чего-то стал опасаться.

— Макс, контролируемое искусственное существо — это не то чтобы сильно новость, — Борис Васильевич с интересом обходит замерших големов.

Рыжая тем временем забирается в кресло на спине своего и уже осваивается в качестве седока.

— Очень похожие существа создавались химерологами в последней войне. Вот только, видишь ли, какая незадача… Во-первых, они ощущались живыми — потому что всё-таки химеры. Во-вторых, основной базовой структурой для химеры является любое разумное существо. Сам понимаешь, какое доступное разумное существо использовалось химерологами для экспериментов.

Киваю.

— Вот именно, — бросает на меня взгляд. — И ещё, видишь ли, какая незадача — химерологов на нашей стороне не было вообще. Если некроманты ещё попадались — пусть даже редко — то химерологов на службе у Империи не было. Только у Германского Союза. У нас это направление запрещено к изучению именно из-за не очень очевидного начального материала. Ходили, конечно, слухи про родственников нашего императора, но это только слухи, Макс.

— То есть, для любого мага-союзника — химера равно враг?

— Да. Всегда. Эти маги были одной из главных ударных сил Германского Союза. А материал им откуда-то брать было надо. Соответственно, мало кого ненавидят маги старшего поколения больше, чем химерологов. Даже некромантам той ненависти не достаётся. Догадайся почему.

— Пока нет, но подозреваю, что магически одарённые были важным материалом для этих магов. — складываю два и два.

— Именно, Макс. Именно. Слабые магически одарённые существа — идеальная глина для магов этого направления. Так что, понимаешь, первые две мысли, которые возникают у любого мага, который видит твоих — даже не знаю, как это назвать…

— Помощников. — чуть задумываюсь.

— Ну пусть, помощников…

— … Некромант и химеролог. — продолжаю.

— Именно. Только в обратном порядке. С некромантами всё просто — такие конструкты из мёртвых описаны во многих книгах, и довольно-таки известных, пусть и не для общего пользования. Секрет «подъема» утерян, но как с ними бороться, как выглядят, где искать поводыря — это все описано. Опять же — твои только похожие, но всё же очень близкие. Слишком. Но тут, скорее всего, влияет эффективность.

— Ну да, близкие задачи порождают близкие ответы, — говорю.

— Поэтому я примерно представляю, чего ожидать от твоих зверушек. И это представление мне крайне не нравится. Ведь, Макс, ты же понимаешь, что если ты их не сможешь контролировать… — учитель на секунду задумывается. — Скорее всего, неудобная схема перемещения и их большая скорость без эликсиров нам не дадут ни шанса. Это идеальные охотники на магов.

— Борис, ну что ты нагнетаешь! — встревает Рыжая. — Охотники, идеальные… Нормально все, хорошие лошадки. — слегка хлопает своего голема по щитку девушка.

И голему… это нравится? Отзвуки, пусть и легкие, именно этого чувства проскакивает в моем существе. Неожиданно.

— Макс, садись. Никому мы не скажем. Очень забавные существа. Хочу себе такого. — Кло, похоже, влюбляется в этих страшненьких монстров практически с первого взгляда.

Ну и действительно, внутри Пятна с тройкой таких существ вообще ничего не страшно. Я сомневаюсь, что хоть что-то могло бы им противостоять. Даже вот тот рейдер, который на нас тогда вышел, вряд ли бы этим трем монстрам что-нибудь смог сделать.

— Понимаю, — киваю.

— Макс, — не принимает игривый тон Рыжей Кошкин. — Не показывай никому. По крайней мере, не показывай так, чтобы с тобой это можно было бы связать напрямую. Слухи — пусть. Тебе просто этого не простят.

— Маги — сами по себе сила…

— Да. Не спорю. Но знать, что существует нечто, которое может в любой момент тебя атаковать, а ты ничего даже сделать не успеешь… Ну, знаешь, это неприятно осознавать.

— Ну как же — амулеты, которые работают превентивно, щиты и всё остальное…

— Это всё понятно, но любого можно подловить. Любого, Макс. И все об этом помнят. Так что не надо — не показывай.

— Хорошо, — говорю. — Борис Васильевич, я услышал. Правда на Балканах таких существ рядом с нами видели. И некоторые мои люди в курсе.

— А здесь?

— Здесь — только Виталий. — пожимаю плечами.

— Ну вот пусть так и остается. Но вообще — очень удобно у тебя получилось. — меняет тон разговора учитель. — Очень полезное существо.

— Так и задумано. — киваю.

— Их кто-то выводил специально под всадников? — уточняет Кошкин.

— А то ты сам не видишь? — смеется Рыжая. — Тут даже удобные кресла есть.

Кошкин занимает свое место. Немного времени для адаптации и все три существа с места рвутся вперед.

Ехать на многоножке ну очень удобно. Совсем такого не ожидаешь в путешествии по Пятну. Никакой тряски, никакого даже ощущения проблем. Существо движется так, что «кресло» на спине остаётся практически неподвижным. Под тобой работают десятки ног, и эта работа гасит любые неровности рельефа. Голем просто перетекает все, что встречается. Мох, коряги, вывороченные корни — голем проходит их, даже не замедляясь.

Скорость держит где-то между быстрым конём и мобилем на хорошей дороге. И тишина. Никакого топота, никакого хруста веток под ногами. Только лёгкий шорох хвои по броне, когда существо проходит через густой ельник.