Медиатор

Глава 21

— Приветствую, Илья! — проявляюсь, постепенно выходя со станции перемещения.

— Здравствуйте, господин Рысев. Я ждал вас. — здоровается Павлов. — Если вы не против — давайте ещё немножко подождём. — добавляет.

— Я, в общем-то, не против, — пожимаю плечами. — А у нас есть кого подождать?

— В общем-то, да, — говорит Илья. — Я даже не надеялся на такую удачу, но сегодня в Орше присутствует нужный мне и вам человек.

— Тогда, конечно, подождём. — соглашаюсь.

— Он уже в пути, — уточняет юрист. — И обещал быть через пару-тройку минут.

— Павлов, — слышу за спиной знакомый, но уже основательно забытый голос. Сигнатуру-то я вижу уже минут пять как. — Я вроде бы с тобой расстался уже года три как. И никак не рассчитывал увидеть тебя снова, чёртов ты законник.

— Я рад тебя видеть, Павел Андреевич! — расплывается в улыбке к подходящему сзади человеку.

— И в чём тебе нужна моя помощь? — спокойно уточняет мой старый-новый знакомый.

— Не совсем мне, — говорит Илья. Кивает на меня. — Скорее, ему.

Оборачиваюсь.

— Вот. Почему-то я не удивлён. Неприятно поражён — да, но не удивлён, — говорит знакомый мне уже безопасник из Смоленска-2. — Добрый день, Рысев! Как обычно, вы с проблемами?

— Не то чтобы совсем, но, возможно, — соглашаюсь. — Здравствуйте, Павел Андреевич.

Смотрю, что сейчас Степанов в форме Шестой Тайной экспедиции. То есть сейчас он даже не скрывается. Степанов замечает мой взгляд.

— А это? Да мне сейчас не до скрытности — намного проще сразу показывать, кто пришёл в гости. И так слишком много военных последнее время занимается чем-то отличным от нужд армии. А форма их несколько отрезвляет. До следующего моего визита.

— Вот как раз по этому вопросу, похоже, ты опять и пересекаешься с Максимом, — добавляет законник.

— Хорошо. — подбирается безопасник. — В двух словах?

— В двух словах: у меня тут поместье небольшое, его мне дал император. — начинаю…

— Да, слышал. Боярский род, всё такое. — кивает маг.

— Да, именно. На нас напали без объявления войны. Больше тысячи наёмников при поддержке примерно двадцати магов.

— Неприятно, но пока не вижу, по какой причине нужно было звать меня. — кивает представитель Шестой Тайной экспедиции.

— Наёмников перевозили на грузо-пассажирском дирижабле. И у меня есть лёгкое подозрение, что это военный грузо-пассажирский дирижабль.

— Так? А почему? — подбирается безопасник.

— Ну, потому что сейчас грузо-пассажирских дирижаблей днём с огнём не сыщешь — это первое…

— Тут согласен, но это не незаконно и не признак…

— Второе — люди, которые были на борту, все в форме. Правда, не совсем военной, но единообразной. — добавляю. — А сам дирижабль с закрашенными опознавательными знаками и номером.

— Не возбраняется, — качает головой Степанов. — Хотя закрашенные знаки вообще то преступление. Но не по моему ведомству.

— Ну и третье — моего капитана в городе уже ждали около эллингов для крупных грузо-пассажирских дирижаблей. Ждала полиция.

— Какая полиция? Военная или обычная? — уточняет Степанов.

— Понятия не имею. Капитан мне этого не сообщил. Сейчас полицейский на борту находится, Клим его принимает как гостя.

— Это хорошо, — говорит Степанов. — Сразу станет понятно. Давай я тоже зайду к тебе в гости на пару минут. Как раз и побеседуем. — оборачивается к Илье. — А ты мне будешь немного должен.

— Именно для этого я тебя с собой и пригласил, — вставляет Павлов. — только уверен, что должен будешь уже ты мне. Думаю, что, Паша, что тебе это будет интересно.

— Мне всё интересно, по моему ведомству. — спокойно вздыхает Степанов. Обращается ко мне. — В общем, говоришь, ждали именно твой дирижабль?

— Скорее всего. Но, как мне сказал капитан, это не педалировалось — вроде как реквизировал бы полицейский любой, который бы поступил. Но, сами понимаете…

— Полиция, никакой дирижабль, реквизировать не имеет права. — замечает Павлов. — Только арест наложить. А вот военная…

— Понятно, — отмахивается Степанов. — Илья, ты меня еще поучи. Пойдём уже разговаривать, — соглашается безопасник.

А вот в сигнатуре Степанова неожиданно появляется некоторое предвкушение. Кажется, я неожиданно залез в чужую операцию.

Добираемся до порта, проходим сквозь администрацию. Никто даже не пытается нас остановить — всем вообще всё равно. А те, кто, может быть, и хотел бы, напарываются взглядом на форму Степанова и тут же бросают эти глупые идеи. Идут себе люди — и идут. Значит, им надо. Не к нам же идут, правда? Народ спокойненько не пересекается с нами путями.

Выходим на поле.

Свой дирижабль я дохожу быстро — благо он как раз с краю находится.

— Нам туда, — показываю. Мои гости тут же кивают и бодро идут на посадку.

Незнакомая сигнатура, скорее всего, принадлежащая полицейскому на дирижабле, дёргается, как мы подходим к кораблю. Видимо, замечает нашу компанию. Но незаметно исчезнуть уже никак нельзя.

Поднимаемся по трапу. Встречаю сначала знакомого матроса на посту, а потом сразу же и капитана.

— Добрый день, Максим! — Клим слегка удивляется моей компании. А в сигнатуре полицейского появляется откровенный страх, как только он видит чёрную форму Степанова.

— Ну вот, как я и думал — полиция-то как раз военная, — озвучивает свои мысли безопасник.

— Ну да, на городскую полицию непохож. — вполголоса усмехается Павлов.

— Вот ответьте мне на один вопрос, господин полицейский. — слегка скучающим тоном говорит менталист. — Вы к службе генерала Окунева имеете отношение? — называет ничего не говорящую мне фамилию Степанов.

Впрочем, полицейскому эта фамилия говорит многое. И страх на секунду перерастает в ужас, хотя внешне военный держит лицо.

— Нет! — тут же заявляет. — Никогда не слышал!

— Я так и думал, — довольно произносит менталист, уже с порога контролирующий тонкими щупами фон полицейского.

А ведь он по мастерству Матвею не сильно уступает, похоже.

Оборачивается ко мне.

— Воспользуюсь твоим гостеприимством чуть на больший срок. И посмотреть на дирижабль хочу, и поговорить можно прямо на борту. Вы взлетаете, капитан, — командует Климу.

Коротким кивком подтверждаю команду.

— Я бы пошёл. Дела ещё… — делает бесполезную попытку встать полицейский.

— Нет-нет, вы останетесь, — по-доброму, но безапелляционно безопасник показывает на стол. — Уже некуда спешить.