Медиатор

Глава 8

Спускаемся.

Выходить из донжона даже не требуется — просто выходим из столовой и спускаемся на этаж ниже.

— Олег, как ты умудряешься делать такие огромные помещения? Это же наверняка сложно? — Смотрю на действительно громадные своды и абсолютно пустые, но, прямо скажем, серьёзные площади, что раскидываются под крепостью.

— Да нет, — с охотой включается в разговор Олег. — Видите, Максим, здесь же нету прямых сводов, всё скошено. Я просто раздвигаю камень, уплотняю фундамент, и это, в общем-то, не так чтобы сложно, хотя выглядит, безусловно, очень серьёзной магией. Вот только в стены я встроить ничего не могу. Только сделать заготовки под конструкты. Я не знаю ни одного конструкта — ни на укрепление, ни на сигналки, ничего того, что ставят в крепостях. В фортах обычно этого не делают.

Олег с удовольствием поясняет, вспоминая свое армейское прошлое.

— Просто ставим стандартный конструкт форта. Просто у вас тут их четыре штуки, связанные между собой. Можем поменять землю, плотность, спрессовать её. Обычно накопителя уровня крепости хватает на серьёзные форты, даже если изначально камней не было. А тут — были. Здесь у меня доступ к магии оказался почти бесконечным — я просто столько переработать не смог бы. Поэтому всё получается так легко. А так это всё стандартные блоки. Просто применяю их здесь с фантазией, — с гордостью говорит маг. — Меня так отец научил. У нас, по идее, здесь четыре форта встроены друг в друга с общими стенами и разными подвалами. Обычно у фортов подобных подвалов делать не надо. Вот и здесь он из четырёх секций состоит. Собственно, чтобы их утрясти и не двинуть фундамент, мы второй день отсюда даже не вылазили.

Парень идёт по подвалу, даже не зажигая света. Он, похоже, на ощупь может понять, где находится. Но мне всё-таки нужно видеть, что получилось, хотя по идее и отлично ощущаю всё, что происходит со всех сторон. Я даже понимаю, что очень близко к основанию этих подземелий подходит водяная жила, на что и указываю Олегу.

— Да, я про неё знаю. Когда руки дойдут — выведем в крепость, будет своя вода, и отрезать нас от неё будет невозможно. Но сейчас пока её просто некуда определить, поэтому я поставил небольшие выходы от других, а эту пока оставил про запас. Будет своя вода в донжоне.

— Это хорошо. Я рад, что ты это видишь. — киваю.

— А вы точно сможете наложить конструкты на стены? — неожиданно спрашивает Олег. — А то у меня есть знакомый артефактор. Он даже недорого берёт. Разве что сюда его вызвать будет сложно.

— Он занимается крепостями?

— Нет, мы просто служили вместе. Но да, он в основном накладывал на стены разное. Наверняка его можно будет нанять.

— Не переживай, — говорю. — Укрепить свой дом я точно смогу. Я хороший артефактор.

— Да? Тогда отлично! — оживляется Олег. — А то при серьёзном нападении не отобьёмся.

— Ты же говорил, что отобьётесь?

— Если подозрения у Глеба Викторовича верны, то лучше бы у нас всё же был чуть больший перевес, — слегка мнётся молодой маг. — Оружия у нас хватает — дядя Олаф прекрасно об этом позаботился, — кивает за спину на Олафа.

Тому, кстати, похвала очень приятна, несмотря на то что вроде как и не поводит глазом на эти слова.

— Я думаю, что если нападающие наймут серьёзных магов, то у нас могут быть некоторые проблемы. — аккуратно говорит маг. — Отобьемся, конечно, но…

— Хм. Понятно. — Кстати, с этим, возможно, попробую Рысевке помочь.

Одним из своих потоков сознания аккуратно нащупываю мою первую группу големов. Те, по идее, за эту неделю уже неплохое расстояние должны были пробежать от Балкан к Новгороду — даже с учётом того, что им дано распоряжение бежать незаметно.

Свои пару дней охраны группа полностью отработала. Даже до меня доносились пару раз отзвуки небольших боёв, так что турки через горы боятся ходить. Да и не смогут уже — посты, наверняка армейцы выставили.

Почти неделю назад группа побежала в обратный путь своим ходом. Накопителей по идее должно хватить просто на перемещение без боев. Главное — двигаться подальше от людей, что вроде бы, у моих существ прекрасно получается.

Второй поток сознания ловит их почти сразу. Всё-таки в фоновом режиме наблюдение за моими игрушками так и идёт. Есть у меня подозрение, что пару раз их замечали, но ни преследования, ни боёв по пути вроде как не было. Всякие болота, водные преграды, горы — для сороконожек это даже не препятствие. Дышать им не надо, спать им не надо, поэтому бегут вполне себе с серьёзной скоростью.

Примерно прикидываю, досюда им, очевидно, ближе, чем до Новгорода, и это хорошо, что они еще не добрались. Разве что точкой их остановки назначаю район имперского тракта — то есть довольно далеко от Рысевки. Просто потому, что там аномалий нет и сюда их придётся вести практически в ручном режиме.

Прикидываю расстояние. Судя по отклику, они где-то уже не особенно далеко. Может, часов пять-шесть, может, десять — зависит от того, насколько серьёзно будут прятаться. Где-то километров пятьсот-семьсот, так что можем и подождать. Я всё равно отсюда раньше не двинусь.

Третий поток сознания тут же с удовольствием стучится с хорошей новостью: вирус успел раздвоиться, а потом и ещё раз раздвоиться. То есть мой троянский конь прекрасно справился с задачей, и сейчас в гнезде вовсю уже идёт работа. Вирус сам себя прописывает у этих существ. А судя по тому, что всё включилось одновременно, то, скорее всего, моя живая бомба добежала до гнезда и там устроила побоище. Не в силах сопротивляться своей агрессии. И прежде чем матка его придавила, успел покусать других гвардейцев, и матку, и вообще всё, что там находилось.

Конгломератов вируса прижилось пока только четыре, но есть подозрение, что их будет больше. Правда, развитие вируса идёт всё-таки медленно. То, что ксеносы больше используют пси, похоже, сильно влияет. Но на это я закладывался. Самое главное, что оно все же идёт. Пусть и медленнее, чем в обычных существах, раз в пять, получается.

Прикидываю по времени. Даже это — хороший результат. Похоже, завтрашний день будет довольно показательным.

Почти не замедляю шаг, только настроение улучшается мгновенно, поскольку целые две проблемы, похоже, перестают быть такими уж проблемами. И один из экспериментов, и при этом самый главный, вполне успешен.