Страница 64 из 94
Гладис смотрела вниз, прямо на него. Наконец-то Кейн увидел ее лицо. Оно было маленьким и сморщенным, седые волосы обрамляли его. На Гладис был надет толстый алый халат из кассийского шелка. Во взгляде читалось любопытство.
– Почему у него лицо мокрое?
Гладис протянула руку и коснулась щеки Кейна.
– Плакал?
– Похоже, он еще жив. Прошу вас, отойдите. Я разберусь с ним.
Отпустив весла, женщина-легионер встала.
Пиена подала ему ладонь. Кейн схватил ее и, опираясь на нее, встал. Однако то была всего лишь галлюцинация, созданная отравленным разумом. На самом деле он бросился вперед, будто распрямившаяся пружина, и врезался в Гладис. Та закричала на одной ноте. Женщина-легионер среагировала быстро и четко. Она выхватила кинжал и метнула в Кейна, но промахнулась. Лезвие только звякнуло о цепь и упало на дно лодки.
Выпростав руку из-под цепи, Кейн схватил Гладис за пояс. Замерзшие пальцы ощутили мягкость кассийского шелка. Он дернул пояс на себя – любая другая ткань бы порвалась, – и изо всех сил обхватил Гладис, будто пытался обнять.
Кейн неловко повернулся – цепь, обвившаяся вокруг ног, сковывала движение. Гладис была слишком старой и хрупкой и не могла сопротивляться. Она покачнулась вместе с Кейном. Женщина-легионер попятилась. Тогда Кейн, продолжая удерживать Гладис, прыгнул за борт.
За мгновение до того, как его тело вошло в воду, он услышал крик телохранительницы. Жаль, что он не знал каморийского языка.
Морская вода пробирала до костей. Тяжелая цепь потащила Кейна и Гладис на дно. Гладис била руками по воде, пытаясь удержаться на поверхности, но ее одежда быстро впитала воду и потяжелела. Гладис замерла, погрузилась с головой. Вскоре ее руки и ноги перестали дергаться.
Кейн задыхался. Он попытался выпутаться из цепи, но времени не хватало, он тонул слишком быстро. Не рассчитал силы, переоценил себя. Впрочем, того, что он сделал, было достаточно. Кейн отомстил. Без Гладис ее замысел взорвать столицу с помощью «Цепи Судьбы», скорее всего, будет некому воплотить. В одно мгновение тяжесть, лежащая на сердце со дня смерти Пиены, пропала. Кейн отстраненно порадовался, что успел обрести покой до смерти.
Последние остатки воздуха покинули легкие Кейна, устремившись вверх стайкой пузырьков.