Страница 43 из 120
Глава 20
Предупреждение
Горячая перепалка рисковала в любой момент обернуться кровавым побоищем. Находиться на площади стало опасно, так что Альма, Бетти и Октавия держались в стороне. Лишь Анна и Марион, не сговариваясь, ринулись в самую гущу.
– Дальше нельзя, – скомандовал один из гвардейцев, мешая приблизиться к беснующейся толпе.
Марион тотчас отступила.
– Вы же видите: ей нужна помощь! – вскричала Анна как раз тогда, когда в связанную девушку полетели помои. – Позвольте вмешаться! Я ведь все равно не смогу сбежать, даже если захочу!
Вампир, чьего имени она до сих пор не знала и не спешила интересоваться, оценивающе взглянул на нее и нехотя изрек:
– Идите. Но остальные останутся.
Получив дозволение, Анна бросилась распихивать кричащих людей локтями. Она даже не заметила, как схлопотала парочку тумаков, пока пробиралась в центр этого плотного живого кольца. Озлобленные горожане продолжали бросаться нечистотами в несчастную, которая теперь вовеки не отмоется от такого позора. Ее жизнь сломана безвозвратно, и сделали это мятежники. Именно они изловили девушку, вырвали из прически цветок, раздели догола и принялись наносить ей удары, чтобы потом привязать к позорному столбу как преступницу.
Анна не могла поддержать подобные методы. Пускай она и презирала таких девушек, но не могла их при этом винить. Дар вечной молодости, вечной красоты пленит любого. Не удивительно, что молодые и красивые девушки стремятся воспользоваться тем единственным шансом, способным обратить в явь заветные, прежде несбыточные мечты. Да, они не задумываются о Боге и о душе, но лишь оттого, что их было некому направить. Таких людей нужно образумить, но никак не выставлять нагишом на потеху остальным. Подобные действия ломают жизни. А тупое запугивание еще никогда не приводило ни к чему хорошему.
Наконец, Анне удалось вырваться из тисков толпы. Истерзанная девушка даже не заметила ее появления, продолжая содрогаться в безудержных рыданиях. Ее голова упала на грудь, словно не осталось больше сил выносить происходящее. Изуродованные руки дрожали. Из приоткрытого рта повисла слюна, смешанная с кровью. На нее даже смотреть было больно, не то что прикасаться.
– Я здесь, – прошептала Анна, не обращая внимания на новые ругательства, летевшие теперь и в ее адрес. Она принялась развязывать узлы так быстро, как только могла. Одновременно с этим приходилось уворачиваться от гнилой мерзости, которая летела в их сторону. – Я помогу тебе, слышишь?
Девушка медленно подняла голову, всматриваясь в лицо незнакомки сквозь спутанные перепачканные пряди волос. Казалось, для такого простого действия ей потребовались все силы, и только поэтому она ничего не смогла произнести в ответ. Вместо этого из ее рта вырвался очередной судорожный вздох, спазмом сдавивший горло.
– Потерпи еще немного… Еще чуть-чуть, – продолжала успокаивать Анна. Как же крепко была завязана эта веревка!
И надо признаться, Анне тоже было очень страшно. Что произойдет, когда она освободит эту девушку? Куда они пойдут дальше и смогут ли пройти мимо этой жаждущей крови и зрелища толпы? Что, если их гнев зайдет куда дальше помоев и ругательств и в ход пойдут кулаки, оружие?
Внезапно те, кто хотел избавить мир от вампиров и к кому она причисляла себя, предстали пред нею опасными врагами. Идя наперекор воле мятежников, она рисковала и сама пасть жертвой их последователей… Конечно, рядом дежурит гвардеец. Быть может, он успеет вовремя и не даст Анну в обиду, но что будет с этой несчастной девушкой? Ее нельзя оставлять здесь, в этом городе.
Тем временем измученная пытками и публичным унижением бедняжка задрожала еще сильнее. Выглянув из-за спины Анны, она явно увидела кого-то впереди… Им обоим несдобровать, если прямо сейчас сюда направляются охотники. Помилуй, Боже!
Продолжая бороться с веревкой и боясь оглянуться, Анна вдруг отметила, что все разъяренные голоса смолкли. На площади резко стало тихо. Причем настолько тихо, что в этой оглушающей тишине царил один-единственный звук тяжелой поступи. Сердце Анны дрогнуло: эти шаги казались донельзя знакомыми. Она будто бы точно знала, кому они принадлежат, но так боялась сейчас ошибиться.
– Протектор! Это же верховный протектор! Военачальник короля! – донеслось чье-то одинокое шипение.
Какое-то непонятное облегчение сразу же поселилось у Анны внутри.
– Всем разойтись! – послышался резкий голос.
«Это он! Мы спасены!» – вихрем пронеслось в ее сознании. Она бы и рада противиться этим мыслям, но в такой обстановке контролировать первое, что приходит в голову, сложнее всего. Так что Анна пообещала разобраться со своими чувствами позже. Сейчас главное выбраться.
Протектору не нужно было просить людей угомониться или напоминать о воле короля, в этом не было необходимости. Толпа повиновалась и так. Не рискуя испытывать его терпение, горожане отпрянули кто куда, желая скорее скрыться с глаз высокопоставленного вампира. Прямо сейчас никто не осмелился бросить ему вызов. Все, кто минуту назад напоказ поддерживал охотников, вмиг прикусили языки и теперь трусливо помалкивали. А кто-то наверняка уже скрылся в переулках, сверкая пятками.
Как только Анне удалось вызволить бедняжку из веревок, та рухнула ей прямо на руки. Анна едва успела ее подхватить. Сомкнув объятья на обнаженной спине, она прошептала:
– Все хорошо… Все будет хорошо… Пожалуйста, не бойся.
Как жаль, что Анна не взяла с собой шаль. Теперь ей даже нечем укрыть бедняжку. Под пальцами отчетливо проступали лопатки и тонкий позвоночник. Она же совсем юная. Быть может, ей лет пятнадцать или шестнадцать. Пережить подобное в столь нежном возрасте без последствий для психики, наверное, не всякий сможет. Пускай Анна была немногим старше, но с таким чудовищным унижением она не сталкивалась никогда. А потому не могла даже вообразить, какой ужас сейчас испытывала эта несчастная.
Приблизившись, Кайрон Гесс случайно задел плечо Анны. Мимолетное касание точно выдернуло ее из реальности.
– Благодарю, мисс Блан, – произнес он, и Анна покорно отступила назад, передавая ему истерзанную девушку.
Их взгляды встретились, и вновь Анна попыталась выискать хоть какое-то подобие эмоций, однако тщетно. Все тот же пробирающий до костей мертвецкий холод. Все та же потаенная опасность в голубых глазах. Кайрон Гесс всегда был собранным и спокойным, но в этом спокойствии неизменно сквозила готовность атаковать первым или отразить внезапную агрессию.