Страница 108 из 120
Изабель прежде не видела такие, Орден их не использовал. Однако застегнуть наручники получилось легко, и вскоре сдерживаемый ими Кайрон Гесс вновь повернулся лицом. Ни слова не говоря, вампир покорно склонился, позволяя избавить его от ненавистной маски – та упала на ковер рядом с пустым флаконом.
– Все хорошо? – Изабель встала на носочки и сцепила руки на шее Кайрона, пока тот, оглушенный происходящим, пытался оценить степень риска.
Кайрон напрягся и сделал первый несмелый вдох. Он слышал лишь насыщенную хвою, нотки эвкалипта, душистые пряности и ничего кроме. Масло не только надежно скрывало естественный запах Изабель, но и многократно перебивало его. А потому Кайрон, сам в то не веря, медленно кивнул.
– Попробуем еще кое-что? – В следующую секунду Изабель примкнула к его приоткрытым губам. Поцелуй вышел нежным, осторожным и очень коротким. – Ну как?
Желание полностью затопило Кайрона. И к счастью, оно никак не было связано с кровавой жаждой. Пока Изабель искушала его, он переполнялся вожделением и понимал, что благодаря маслам определенно сможет контролировать свою хищную натуру. Орден охотников ненамеренно сделал ему самый желанный подарок из всех возможных.
– Как долго продержится запах? – уточнил он, прежде чем принять главное решение.
– Около месяца, если не смывать горячей водой.
– Достаточно долго.
– Учитывая, что времени у нас в запасе гораздо меньше, – с легкой улыбкой напомнила Изабель.
И тогда Кайрон сдался. Хрипло прошептал:
– Значит, не стоит его терять.
Кивнув, Изабель расстегнула наручники и отбросила их в сторону, заставляя Кайрона окончательно потерять голову. От привычной сдержанности не осталось и следа. Он так долго грезил об этом! Представлял, как дарит ей нежность и ласку, но был уверен, что никогда не испытает ничего подобного в реальности. Теперь же он не мог поверить в то, что мечты начали исполняться. Быть может, это мираж? Быть может, он прямо сейчас на пороге смерти и милостивая высшая сила посылает эти прекрасные видения?
О Боги, как она целовала! Как запускала пальцы в его волосы! Повиноваться ее желаниям, ее рукам – неописуемое блаженство! Сейчас он разрешит ей абсолютно все! Все, о чем бы она его ни попросила. Любые клятвы принесет, любые просьбы исполнит, даже жизнь отдаст, если на то будет ее воля. Отныне и вовек он стоит перед ней на коленях.
Отбросив сомнения и страхи, Изабель всецело отдалась долгожданной близости. Она понимала: вскоре на месте пожара останется пепелище, но прямо сейчас это не волновало. Пепел, зола и тлеющие угли – потом. А сейчас она оставит место лишь для любви.
Ей хотелось показать Кайрону, насколько сильны ее чувства. Показать, как долго и как мучительно эти чувства изводили ее с момента их первой встречи. Ей хотелось кричать о своей любви и больше никогда не выпускать этого мужчину из объятий. Невероятные ощущения захлестнули Изабель. Кончики ее грудей напряглись, между ног появилась влага, и все чувства многократно обострились.
Они целовали друг друга так отчаянно, так надрывно, как могут целоваться лишь обреченные возлюбленные. Глубокая истома от поцелуя пробудила сильнейшее эротическое волнение, от которого у Изабель дрожало все тело и подгибались колени. Ей было необходимо срочно утолить страстную жажду новых прикосновений, еще более интимных, еще более запретных.
Оторвавшись от мягких губ, Изабель принялась дрожащими пальцами расстегивать пуговицы на рубашке Кайрона. Он охотно помог избавиться от этой рубашки. Припав к рельефному торсу, Изабель принялась покрывать его поцелуями, в то время как Кайрон целовал ее шею и плечи. Изабель не смогла сдержаться и тихо застонала, когда он обхватил ладонями ее груди и принялся их сминать.
Теперь уже точно не остановиться. Они не оставили друг другу ни единого шанса.
В нетерпении Изабель стащила с Кайрона остатки одежды. Видеть его совершенное обнаженное тело, его жгучее желание все равно что уже пребывать на границе экстаза. Нагота казалась такой естественной, такой закономерной и правильной, так почему же они не разделись друг для друга раньше? Зачем тянули? Зачем изводили себя, если сама их суть велела слиться воедино? Теперь не осталось никаких сомнений: сама природа задумала их одним целым.
Прикосновения Кайрона доводили до исступления. Поцелуи стали еще более жадными, глубокими. Опустив руки, Кайрон с силой сжимал ее бедра. Его твердое, горячее мужское естество упиралось в самый чувствительный уголок ее тела, оглаживая невероятно приятными скользящими движениями.
Изабель начала задыхаться. Держаться на ногах стало слишком трудно. Заметив это, Кайрон подхватил ее, пересек комнату и бережно посадил девушку перед собой на стол. С восхищением оглядел. Эта пауза показалась Изабель невыносимо долгой, так что она притянула мужчину к себе и вновь припала к его губам. А после Изабель обхватила его член и направила в себя.
Голубые глаза Кайрона встретились с ее насыщенно-синими. В его взгляде читался вопрос: «Вы уверены?» Вместо ответа Изабель придвинула разведенные бедра ближе к мужчине и тут же ощутила дразнящее давление. Охнув, она вскинула голову, а затем легла на столешницу. Ее прекрасное тело, растертое маслами, блестело в оранжевом свете ламп, и в этот момент завороженный ее красотой Кайрон думал о том, что в жизни не видел ничего прекраснее. Он жадным взглядом блуждал по изгибам ее фигуры, запечатлевая это очарование. Все еще не веря, не осознавая до конца. Охваченная нетерпением, одним лишь взглядом Изабель просила не медлить. Кайрон начал плавно входить внутрь.
Чувствуя, как сердцебиение набирает темп, Изабель жадно впитывала новые ощущения, которые захватили ее своей сложностью и простотой одновременно. Отдавалась им во власть. Сначала показалось, что ее полоснули лезвием прямо там, но резкая боль постепенно ушла, сменившись наслаждением. И это чувство лишь нарастало. Когда Кайрон аккуратно продолжил входить глубже, девушку захлестнул восторг от того, что он еще даже не проник целиком, а ей уже настолько хорошо. Прежде Изабель даже представить не могла, каким может быть чувство наполненности.
Боги, это было не просто хорошо… Это было нечто абсолютно невероятное, затмевающее остатки разума, боль от потери невинности и все вокруг. Остались лишь они, влюбленные на грани помешательства.