Штуцер. Пепел надежды

– Сейчас мы заинтересованы в привлечении сторонних капиталов в форт. Нам нет разницы, кому они принадлежат. Поэтому даже такие ублюдки, как антиквар, могут легально вести дела на Бирже при условии, что бизнес не вредит интересам нашей гильдии. Да и к тому же у толстяка есть связь с Большой землёй. Он бывает очень полезен. А Паук для Фаберже сейчас как прыщ на заднице. Есть информация, что ботаник нарыл какой-то компромат, из-за чего жирдяй вне себя от ярости. Еще я слышал, что он пообещал за голову Паука солидную награду.

– Дела… – протянул я.

Безопасник сделал ещё один глоток коньяка.

– Не знаю, на чём прокололся Паук, но думаю, что он слил информацию не тем людям. При ином раскладе он бы не стал прятаться.

– Хорошо, ещё раз спасибо, – я поднялся и пожал руку эсбэшнику. – За мной, – коротко бросил я девушке. Как там тебя? Шайба…

– Меня зовут Гайка! – не повелась на провокацию девушка. – Потрудись запомнить, дедуля.

– А я Штуцер.

– Как по мне, старичок, назовись хоть чугунком, главное в печку не лезь, – ввернула шпильку девушка.

– Вот и познакомились. А теперь идём.

Я вышел за дверь и, не сбавляя шага, двинулся к выходу из административного корпуса. Едва мы прошли через шлюз и оказались на улице, я направился в сторону небольшого кафе. Мои ноздри уловили запах еды. Неплохо было бы поговорить с девушкой с глазу на глаз. Раз она решила оставаться инкогнито, значит, на то есть веская причина. К тому же у меня накопилось к ней слишком много вопросов.

– Штуцер, подожди, – Гадюка догнала меня и молча пошла рядом.

В Мешке наступило утро. Башни форта изредка огрызались короткими пулемётными очередями. Я, не обращая внимания на суету, царившую вокруг, поднялся на террасу небольшого кафе и уселся за крайний столик.

Крупный парень в замусоленном фартуке подошёл к нам и хриплым голос произнёс:

– Чё надо?

– Притащи чего-нибудь мясного, да побыстрее.

Хозяин забегаловки окинул нас оценивающим взглядом и скрылся за дверью, ведущей на кухню.

– Ну и что за цирк ты тут устроила?

– Тебе-то какое дело до моих проблем? Я смотрю, ты тут не слишком грустил.

– Ещё не так давно я считал, что ты погибла во время взрыва поезда. Только недавно я узнал, что ты жива и живёшь в Москве.

– Мог бы и навестить. Или не было желания?

– Если бы кто-то не забрал все камни, я бы так и сделал, но ты ведь намеренно их украла.

– Значит, это я во всём виновата? Штуцер, ты бесчувственный козел. Знал бы ты, как я надеялась, что ты меня отыщешь.

– Что тебя вообще заставило вернуться в Мешок? Откуда у тебя камни?

– Не твоё дело! И вообще, ты своим появлением испортил мне весь план. Теперь мне придётся забыть о том, чтобы подобраться к Фаберже. Он наверняка пронюхал, что ты объявился в форте.

– При чём здесь толстяк?

– При том, что этот ублюдок похитил мальчиков и притащил их в Мешок.

– Ты уверена? – я до боли в пальцах стиснул край стола.

– Штуцер, ты ведь понимаешь, что иначе я бы здесь не оказалась. Мальчиков выкрали прямо из частного детского сада. Я видела видеозапись. Полиция пыталась их отыскать, но толком не преуспела. Вышли на какую-то мелкую сошку, и на этом всё. Парень не знал ни имени заказчика, ни место, где могут держать детей. Да и выкуп похитители не затребовали. Я ведь сразу поняла, что это не простые люди. Они целенаправленно пришли именно за нашим сыном, а моего брата забрали для подстраховки. Другие дети их не интересовали. Одного из исполнителей я узнала, это один из людей Фаберже.

Его зовут Гнус. Редкая падаль. Видел бы ты, как он улыбался на камеру. Сволочь.

Было видно, что девушка с трудом держит себя в руках.

– Успокойся. Мы их найдём.

– Я клянусь, что не успокоюсь, пока их не отыщу.

Я взял девушку за руку.

– Послушай меня, я сам с этим разберусь. Но ты должна пообещать, что не сделаешь какую-нибудь глупость.

– Хорошо, Штуцер, я не стану ничего предпринимать без твоего одобрения.

– Отлично, а теперь скажи. Если ты разыскиваешь похищенных детей, то как так получилось, что ты оказалась на Бирже под чужим именем, да и ещё связалась с наёмниками?

– Я здесь из-за Фаберже. Навела кое-какие справки. Думала, что если у меня получится добыть содержимое этого проклятого сейфа, то получится устроить обмен. Признаю, сначала я хотела прорваться к этому ублюдку и заставить его говорить.

– И почему передумала?

– Поняла, что если мальчики у него, то он позаботился о том, чтобы я не смогла их отыскать. Да и толстяк слишком умён. Думаю, мальчиков перевозят с места на место, чтобы мне не удалось выйти на их след. Одно я знаю точно. Они живы.

– Почему ты так в этом уверена?

– Мой брат, он ведь особенный, как и наш с тобой сын. Я просто их чувствую, не спрашивай, как это работает. Я знаю, что с ними всё в порядке.

– А ты не можешь использовать эту вашу связь, чтобы их найти?

– Если бы все было так просто, то я бы давно это сделала.

– Гадюка, ты ведь понимаешь, что даже если мы отдадим содержимое сейфа, это не гарантирует, что детей вернут?

– Но я должна попытаться.

Девушка упрямо стиснула губы.

– Остынь. Как думаешь, Мороз мог что-нибудь заподозрить?

– Не думаю. А если это и так, то сейчас это наименьшая из наших проблем.

Гадюка вопросительно уставилась на меня. Я кивнул на пятёрку серьезного вида парней, которые зашли на террасу.

– Штуцер, кто это?

– Сдаётся мне, что это проблемы.