Страница 99 из 142
Дзынькнул колокольчик, и внутрь вошёл крепкий мужчина с рыжими локонами, уложенными на пробор, в узком синем блейзере. Его холодные безжизненные глаза остановились на Ронине и Найе, пока он приближался к их столику.
Он сел напротив Найи, встретившись взглядом с Ронином.
— Мистер Кахале.
Ронин скрестил руки на груди, его лицо приобрело выражение, которого она никогда не видела. Безразличие с отчётливой остротой во взгляде, прикованном к мужчине.
— Что у тебя для меня есть? — спросил Ронин.
Найя постаралась придать своему лицу выражение холодного спокойствия, как у Ронина — несмотря на то, что сердце бешено колотилось в горле.
— Никаких любезностей сначала? — взгляд мужчины метнулся к Найе. Его кожа была гладкой, как яичная скорлупа под ухоженной бородой. Он склонил голову. — Ты сказал, что придешь один.
— Планы изменились, — ответил Ронин. — У тебя две минуты на разговор, или я ухожу.
Найя пригубила отвратительный газированный напиток, подавляя желание выплеснуть его. Пиво было безвкусным по сравнению с Рониновским. Ни солода, ни хмеля. Ничего.
Змеиные глаза мужчины задержались на ней на секунду дольше, чем следовало, отчего по коже побежали мурашки.
Он вернулся к Ронину, уперевшись локтями в стол и сцепив руки.
— Никакие божества в город не входили.
Взгляд Найи метнулся к Ронину. Под холодным фасадом, который он демонстрировал в комнате с зельями Ави, он был достаточно обеспокоен, чтобы собирать информацию ради неё.
Теперь она поняла, в чём суть дела. Этот странный тип был информатором, а Ронин выуживал сведения о присутствии Марины и Соляриса в городе.
Найя поставила пиво на стол, разглядывая сапфировое кольцо на указательном пальце мужчины. Она мало знала о камнях и их магических свойствах, только то, что видела у Ронина.
— Ты уверен? — спросил Ронин твёрдым, спокойным голосом.
Мужчина кивнул в подтверждение, прежде чем снова переключить внимание на Найю.
— Однако это лицо мне незнакомо. — Он подался вперёд, и его рот растянулся в неприятной улыбке. — Как тебя зовут?
— Она подруга, — отрезал Ронин. — Это всё?
Мужчина смотрел на Ронина, облизывая губы.
— Пока что — да.
— Если что-то узнаешь — свяжись со мной. Плачу вдвойне. — Ронин поднялся, стулья скрежетнули по паркету. Он подвинул свой бокал с остатками пива мужчине. Жидкость расплескалась.
Ронин вытащил из кармана пачку денег и бросил рядом с пенистым стеклом.
— Спасибо за услуги.
Найя поднялась вместе с ним, но мужчина вскочил и схватил её за запястье. Тело напряглось.
Он вторгся в её личное пространство, пристально изучая лицо.
— Интересно.
Сердце Найи, казалось, остановилось. Ронин не просто так велел ей наложить гламур. Ей было неприятно и неспокойно от того, что этот человек знал о её истинной сущности.
Его кончики пальцев жгли кожу. Она поморщилась, сжала кулак и рывком освободила руку.
Демонстрация силы заставила его усмехнуться.
— Думаю, наши дела закончены. — И с этими словами его рука взметнулась вверх.
Найя едва успела заметить, как бокал с пивом оторвался от стола. Содержимое плеснуло ей в лицо. Ронин врезался в неё, отталкивая в сторону.
Она пошатнулась, уцепившись за стул у соседнего столика. Моргая сквозь пену и жгучий алкоголь в глазах, она увидела Ронина — его глаза были широко раскрыты и полны страха, прежде чем за спиной мужчины из-за бара взмыло в воздух море стаканов и тарелок.
Бармен завизжал и повалился на пол. Фарфор полетел через зал, целясь в Ронина. Он отбивал каждый предмет щелчком пальцев, превращая стекло в осколки.
Найя схватила стул и швырнула его в мужчину изо всех сил.
Он пригнулся, и мебель врезалась в стену, разлетевшись на щепки.
Сжав кулаки, она бросилась на него. Осколки разлетавшейся посуды резали щёки и руки.
— Найя! — рявкнул Ронин.
Она едва не рассмеялась, не отводя взгляда от мужчины, пока приближалась. Что за игра? Война битой посуды. Чем скорее она его вырубит, тем скорее всё закончится…
Мужчина поднял руку, пальцы скрючились, как когти. Сапфир в кольце засветился.
Дыхание Найи перехватило. Она замерла и поднесла руки к шее, чувствуя давление на глазные яблоки. Ударная волна содрогнула её. Колени задрожали. Она согнулась. Агония, словно штопор, вонзилась в горло и грудь. Контроль над телом ослабел, и она не знала, как долго сможет держаться на ногах. Линолеум и чёрные ботинки расплывались перед глазами в звёздной пыли.
Я не боюсь боли. Я не боюсь…
Летающая посуда с грохотом рухнула на пол.
Воздух ворвался в горло Найи, давление в черепе исчезло. Она выпрямилась, перестав опираться на колени. Зрение прояснилось. Разорванные мышцы горла спазмировали, она закашлялась.
Мужчина повалился вперёд, будто потерял равновесие, его обувь заскрипела по битому стеклу. Он шлёпнул ладонями по липкому, усеянному фарфором столу.
Плечи Ронина под чёрной рубашкой напряглись.
— Найя, отвернись, — потребовал он.
Ядовитый взгляд Ронина парализовал её, когда он наклонился над мужчиной.
— Признаю, я впечатлён. Высокомерие человека, думающего, что можно надуть меня и остаться в живых.
Мужчина издал рваный, хриплый смешок.
— Информаторы не бывают верными. Мне насрать, кто ты такой.
Глаза Ронина сузились, и мужчина поморщился, хватаясь за голову.
— Говори, что знаешь, или клянусь, тебе будет больно.
Мужчина посмотрел на Ронина налитыми кровью глазами. Из уголков рта пенилась слюна, зубы скалились в безумной улыбке.
— Они следят за тобой.
Кровь Найи похолодела.
Она была права, когда тревожилась. Марина и Солярис в городе, наблюдают за Ронином, чтобы выяснить, на что способна его кровь.
— Найя, — голос Ронина усилился, глаза вспыхнули. — Отвернись.
— Давай, но они найдут тебя и убьют без моей помощи…
Мужчина захлебнулся словами. Рот открылся, глаза выпучились. Из горла вырвались булькающие звуки. Алые струйки потекли из отверстий его лица.
— Смотри. В сторону, — сказал Ронин с пугающей настойчивостью.
В груди Найи зародилось покалывание, пробежавшее по шее при виде ярко-алой жидкости. Она не могла отвернуться. Это было тревожно и отвратительно притягательно — видеть истинную мощь, которой Ронин владел лишь одним взглядом.
Он притянул её за талию к себе и закрыл ей глаза ладонью.
Раздался глухой стук.
Воцарилась тишина.