Страница 65 из 142
Она не хотела ассоциировать Ронина с тем, что слышала в холле, или с жуткими обвинениями незнакомца. С теми жуткими, полными мук криками. Жертвами, которых расчленяли. Убивали. Организация ведьм, возглавляемая человеком, приютившим её, стояла за всем этим. Более того, он был членом древнего клана ведьм, известных тем, что их кровь могла убивать божеств.
— А ты — сестра Финниана, — парировал он, и его небрежность начала таять. — Богиня.
Как же глупо было волноваться за его жизнь, когда он всё это время мог лишить тебя твоей. Она нашла приют в его руках, ожидая, что её раздавят, как букашку.
Мы презираем богов, — сказал он ей однажды.
— Почему не убил меня? У тебя было столько возможностей, — прошипела она, негодуя на свою неудачу и злой рок, уготованный Высшей Богиней Судьбы.
Ронин долго смотрел на Найю.
— Теон, — произнёс он, не отрывая от неё глаз. — Ави. Убирайтесь.
Оба обменялись тревожными взглядами, но спорить не стали.
Теон вышел первым. Найя прищурилась, глядя ему вслед. Его движения были грациозными, каждый шаг — бесшумным.
Ави бросил на Найю извиняющийся взгляд и последовал за Теоном.
От пристального взгляда Ронина кожа покрылась мурашками, а кровь закипела от ярости.
Как только они остались одни, она вскочила с дивана, сжав кулаки.
— Твоя щедрость не знает границ, тебе плевать на собственную жизнь? Ты понимаешь, что натворил? Почему не оставил меня на том пляже? Ты умрёшь из-за этого!
Слова вырвались сами собой, повергнув её в замешательство. Даже зная о нём всё, почему она так отчаянно переживала за его жизнь?
Может, дело в том, как он, не раздумывая, бросился её защищать.
Ронин подался вперёд, опираясь на колено, пряди волос упали на лицо.
— Нет, не умру, — его голос звучал до раздражения спокойно.
— Твой клан вырезали столетия назад из-за того, на что способна твоя кровь! Боги считают, что вы мертвы. Теперь, когда мои братья знают, кто ты, они доложат нашей чудовищной матери. Я прожила несколько жизней, а ты ещё не прожил ни одной. Я не стоила твоей жертвы!
— Боги пытались уничтожить мой клан сотни лет назад, но у них не вышло. Я, Юки и Акане — живое тому доказательство.
Кровь отлила от лица Найи.
Она забыла о них, там, на острове. Что теперь будет с его сестрой и племянницей? Каким опасностям они подвергнутся лишь за то, что существуют?
О боги.
— Тебе следовало позволить им забрать меня! — закричала Найя, схватившись за волосы. — Ты не понимаешь, что наделал?
Ронин встал, сравнявшись с ней ростом.
— А что было бы, позволь я твоему брату-психопату увезти тебя?
Это был вызов на честность. Доказательство той черты, которую они перешли вместе.
Гордость не позволила ей уйти от ответа. Теперь, когда правда вырвалась наружу, секреты потеряли смысл.
— Мать избила бы меня за побег, а потом заставила бы выйти замуж за мужчину, которого я не люблю.
Ронин сделал шаг навстречу, обдумывая, его глаза пылали.
— И это произошло бы после того, как твой брат искромсал бы тебя на куски.
— Я богиня, идиот! — рявкнула она. — Такие вещи не могут меня убить!
— Но они причиняют тебе боль! — он повысил голос в ответ.
Найя осеклась.
Она смотрела на него целую вечность.
Он смотрел в ответ долгим и серьёзным взглядом.
Я богиня, — когда-то сказала она Солярису, — но это не значит, что я не чувствую боли.
Впервые кто-то признал, что она не всесильна.
И хотя слов не находилось, сердце наполнилось теплом.
Ави ворвался в кабинет; резкий шум заставил Найю вздрогнуть и инстинктивно отвести взгляд от Ронина.
— Ронин. — В голосе Ави звучала пугающая властность, от которой у Найи сжалось сердце. — На Темпест творится дерьмо.
Щёки Ронина вспыхнули от досады, он слегка развернулся к Ави.
— Сколько их?
— Двадцать, не меньше.
Теон вошёл и снова прислонился к стене.
— Ты зашёл на его территорию, — сказал он Ронину, как будто иного ожидать не стоило.
— Что происходит? — вмешалась Найя.
Ави посмотрел на неё.
— Твой брат послал организацию Руны и своих гулей в отместку за то, что Ронин перешёл границы его владений.
— Позови Ви, Ноа и Дамиана, — приказал Ронин. — Скажи им собрать своих людей и встретить нас там.
Ави принялся лихорадочно печатать сообщения.
Ронин повернулся к Найе; его движения стали резкими, а взгляд — твёрдым, полным предостережения.
— Оставайся здесь. Никуда не ходи. На здании стоят заклинания: они не пустят никого, кто мне не нравится.
— Что ты собираешься делать? — спросила Найя.
— Разберусь, — отрезал Ронин.
В голове мелькнули жестокие образы расчленённых тел. Она видела Ронина Кахале в совершенно ином свете. Теперь он не был бездумным, хрупким смертным — перед ней стоял опасный, потенциально жестокий маг.
Невысказанная угроза в его голосе лишь разожгла её упрямство.
— Неужели без кровопролития никак?
Он горько усмехнулся её суждению.
— То, что ты видела сегодня вечером в Холле Алке, — лишь малая доля крови по сравнению с тем, что его чертовы организации и гули творят на моей стороне Холлоу-Сити ежедневно.
Многое оставалось для Найи загадкой — их назревающая война, или почему Финниан решил преследовать кого-то из клана Химура, — но она не могла согласиться с тем, что её брат был настолько безжалостен.
И прежде чем сработала привычка защищать брата, который всего несколько часов назад её бросил, она сердито посмотрела на Ронина.
— Не верю. Финни не жесток.
— Ладно, — бросил Ронин с циничной усмешкой. — Верь тому, кто отдал тебя волкам, а не тому, кто не раздумывая вступил в бой ради тебя.
Его слова пронзили её, словно копье, вонзившись прямо в грудь.
Ронин направился к выходу, но остановился у двери, сжимая дверную ручку.
Он повернул голову к плечу.
— Следи за ней, — сказал он, обращаясь к Теону.
Теон сделал шаг.
— Не думаю, что…
Ронин бросил на него свирепый взгляд, оборвав возражения.
Теон с шумом выдохнул сквозь маску, когда Ронин вышел, а Ави последовал за ним.
Найя сжала челюсти, глаза наполнились слезами от боли, которая, казалось, исходила от самого сердца.
Проклятье. Он был прав, и ей до отчаяния хотелось ненавидеть его за это.