Страница 128 из 142
Пол под ногами растаял, уступив место пропитанной водой траве. Теон отпустил её. Резкий металлический запах ударил Найе в ноздри.
Задний двор Кахале превратился в поле битвы, где грязь и вода стремительно поглощали всё вокруг. Облака гремели, тяжёлые капли дождя били Найю по плечам. За считанные секунды она промокла насквозь, но терновник Ронина остался невредим. Густые багровые заросли заполнили прогалину. Изогнутые шипастые лозы пульсировали над головами, словно камеры сердца. Она чувствовала магию, поддерживающую их форму вопреки дождю.
— Тебе не победить меня, мистер Кахале. — Кассиан не делал попыток сопротивляться, и это лишь распаляло терпение Ронина.
Стиль боя Кассиана был воплощением элегантности. Танец, сплетённый воедино с Эшем, уютно устроившимся между рукой и карманом его пиджака. Шаг туда, шаг сюда, с грациозным расчётом и пугающим спокойствием, пока он уклонялся от атак Ронина.
При виде Эша в руках Кассиана ногти Найи впились в ладони, чтобы унять дрожь.
— Мне плевать, чёрт возьми, на победу или поражение! — Резким движением Ронин вскинул руку. Два кровавых терновника рассекли влажную землю, их иглоподобные концы сверкали под серым небом. — Верни мне ребёнка!
Вдали она разглядела струйку алого, сочащуюся из шприца в руках Ронина — такую крошечную, что капли дождя не могли её коснуться.
Всего одна капля.
Ронину нужен был шанс, и Найя собиралась его создать.
Она оттолкнулась от земли. Сжав кулак, отвела локоть назад. Костяшки встретились с хлюпающей, плотной почвой, вода брызнула в глаза. Трещины, словно по скорлупе яйца, разбежались по земле под ногами Кассиана.
Он не потерял равновесия и исчез снова, скрыв Эша своей силой невидимости.
Горло Найи сжалось от вида исчезающего ребёнка.
Кассиан возник в нескольких ярдах справа. С лёгкостью он безразлично наклонил голову, пропуская ледяные копья, летящие ему в лицо.
Теон шагнул перед Ронином, раскинув руки. Дождь, падающий с небес, застыл в воздухе, зависнув подобно драгоценным камням, а затем затвердел с отчетливым хрустом, сверкая, завертелся и устремился к Кассиану.
Найя поймала краешек усмешки Высшего Бога перед тем, как он снова стал невидимым.
Теон резко опустил руки, и, словно по натянутой нити, осколки льда нырнули туда, где, по его предположению, находился Кассиан. Найя хотела возразить ради безопасности Эша, но верила, что Теон не причинит вреда ребёнку.
Кассиан снова появился, защищённый густым, чёрным, призрачным щитом тумана. Это были не тени, подвластные его воле, но сама тьма, пожирающая осколки льда без остатка.
Мощный порыв ветра ударил в Найю. Она крепко упёрлась пятками в сырую почву, используя мышцы кора, чтобы устоять. Ронин пошатнулся, его пальцы сжались, призывая терновник, сплетённый вокруг них.
— Это бессмысленно, Маленькая Богиня, — пропел Кассиан. — Посмотри вокруг. Разве ты не видишь, что происходит?
Найя больше не могла игнорировать зловещие, штормовые облака, которые сгущались над ними.
— Ронин! — крикнула она, указывая в сторону моря.
Ронин проследил за её взглядом: вдалеке, за тяжёлой пеленой тайфуна, показался силуэт цунами, несущегося прямо на остров.
Он тихо выругался, вскинул руку к небу и запел заклинание на языке, который она не понимала. Небо озарилось ослепительной вспышкой белого света, охватив тонкую завесу, протянувшуюся от верхушек деревьев до береговой линии.
Найя сорвалась с места. Она выхватила шприц из руки Ронина и бросилась к Кассиану.
Уклонившись, тот плавно сделал шаг в сторону, избегая иглы.
Она атаковала снова и снова. С каждой попыткой он искусно маневрировал, двигаясь с пугающей скоростью. Она не смела смотреть на ребёнка у него на руках или назад, на стену воды, готовую поглотить остров её отца.
Основание ладони Кассиана упёрлось ей в ключицу — он почти не приложил силы. Хруст кости отозвался в шее и в черепе. Удар отбросил её назад, она покатилась по грязной траве. Шприц выскользнул. Она выругалась, поднялась на колени и потянулась к нему.
Кожаный ботинок Кассиана надавил её кисть. Она подняла подбородок. Уголки его губ едва заметно дрогнули в победной усмешке, когда он потянулся за шприцем.
Но другая пара энергичных пальцев опередила его.
Найя дернулась.
Финниан триумфально вертел шприц, одарив Высшего Бога Смерти и Проклятий порочной улыбкой:
— Слишком медленно, Кэсси.
— Финни, нет! — завопила Найя.
Кассиан прорычал и бросился на Финниана.
Фигура Финниана испарилась, превратившись в призрачные рубиновые ленты.
Плечи Кассиана напряглись под промокшей тканью пиджака. Он резко обернулся, и она вздрогнула, когда его глаза — две опасные золотые бездны — впились в неё.
Чертов Финниан.
Она вскочила на ноги и бросилась к ребёнку, охваченная маниакальной потребностью — хотя бы раз подержать Эша.
Кассиан схватил её за горло, впиваясь пальцами в кожу. Она чувствовала, как под кожей образуются синяки.
— Найя! — взревел Ронин.
Тонкий ледяной кинжал полоснул Кассиана по щеке.
Кассиан дёрнул головой влево, верхняя губа скривилась. Теон споткнулся, глаза расширились, колени подкосились. Он хлопнул рукой по груди и охнул от боли.
— Что ты сделал? — прохрипела Найя.
Кассиан наклонился ближе:
— Прекрати заклинание сейчас, Маленькая Богиня, или я заберу вас всех с собой в Земли Мёр…
Что-то, подобное пуле, полоснуло Кассиана по запястью, забрызгав щеки Найи его кровью. Он отдёрнул руку, зашипев сквозь зубы. Найя пошатнулась, повернув голову к Теону. Тот по-прежнему стоял на коленях, парализованный, его тело дрожало.
Золотой блеск её заколки кружил вокруг, словно пчела.
Губы приоткрылись, взрыв ликующего облегчения питал её надежду.
Не было времени размышлять о происхождении Рен, когда земля под ногами Найи содрогнулась. Она обернулась и увидела стену волн, белые гребни которых задевали края облаков, обрушиваясь на остров.
Найя напряглась, когда они врезались в магический барьер, созданный Ронином; звук был подобен столкновению двух кораблей. Барьер стонал и скрипел, сопротивляясь давлению.
Рука Ронина оставалась поднятой, губы шептали заклинание.
Сердце Найи болезненно колотилось в груди, когда по тонкой, полупрозрачной поверхности побежали паутины трещин.
Нет.
Барьер разбился, словно оконное стекло.
Найя вскрикнула.