Страница 122 из 142
— Похоже, именно это.
— Да господи, разве я сказал, что у тебя нет здравого смысла?
— Нет, но ты намекнул на это, когда…
Она охнула. Движение было похоже на взмах птичьего крыла внутри желудка. Детали кроватки медленно выпали из её рук, и она прижала ладони к небольшому бугорку своего живота. Ронин в одно мгновение оказался рядом.
— Что? Ты в порядке?
Через ошеломлённый смех она покачала головой:
— Я в порядке.
Он положил одну руку ей на поясницу, а другую — на её ладони, лежащие на животе.
— Детка, скажи мне. Что происходит…
У него перехватило дыхание. Найя взвизгнула, когда пинок ребёнка отозвался в её грудной клетке. Ронин резко вскинул голову, глядя на неё широко раскрытыми глазами:
— Это он?
Найя с восторгом кивнула, на её губах заиграла кокетливая улыбка:
— Похоже, он со мной согласен.
Выражение лица Ронина стало серьёзным.
— Или это его способ сказать тебе, чтобы ты слушалась меня. — С озорной улыбкой он дёрнул её за прядь серебристых волос.
Найя подняла пальцы к его подбородку, направляя его губы к своим:
— Никакой магии.
— Ладно. — Его рука обвила её талию, и он поцеловал её.
— Как успехи? — Найя поставила дымящуюся чашку чая на верстак перед Ави.
Он сидел, сгорбившись в ужасной позе над толстой книгой и набором камней, разложенных на деревянной поверхности стола. Под ними белым порошкообразным вещёством была начертана звезда, в центре которой красовалась небольшая лужица вишнёво-красного цвета. За последние месяцы она усвоила, что лучше не спрашивать, чья это кровь — человеческая или какого-нибудь несчастного зверя.
— Спасибо. Думаю, я почти разобрался, — сказал он, скорее самому себе. Волосы падали на бок, заправленные за ухо. — Если я останусь в центре заклинания, то смогу поддерживать его около двадцати минут.
Темнота просачивалась сквозь стеклянный потолок. Зажжённые свечи заливали комнату маслянистым светом.
— Хорошо. — Найя прислонилась к краю верстака, поглаживая живот круговыми движениями ладони. — Это должно дать нам достаточно времени, чтобы…
Она не была уверена, на что именно это даст им время. Как они собираются строить стратегию против Кассиана?
Ави развернулся на табурете и взял чай. Он рассматривал её, делая глоток, брови сдвинулись к переносице.
— Эй, не хмурься. — Он опустил кружку на колени. — Всё получится.
Она смотрела вниз, на свой живот, охваченная приливом эмоций, вызванных отчасти гормонами, отчасти — лавиной собственных опасений.
— У меня мало веры во что бы то ни было, — пробормотала она.
Ави откашлялся, поставил кружку на верстак и заёрзал на табурете. Найя собиралась извиниться за то, что испортила настроение, как вдруг он заговорил:
— Я встретил Ронина, когда мне было шестнадцать. Жил на улице. Моя мама села в тюрьму из-за наркотиков, а отец выгнал меня, потому что я занимал слишком много места и тратил его деньги на азартные игры.
Найя внимательно изучала его смущённое выражение лица и то, как он вертел серьги, будто преодолевая неловкость, чтобы открыться ей. Его уязвимость тронула её.
— Похоже, ему не стоило становиться отцом, — сказала она. — Ты заслуживаешь гораздо большего.
Уголок рта Ави дёрнулся в знак согласия:
— Чтобы выжить, я крал еду и деньги. Представь мою «удачу», когда я выбрал Ронина для карманной кражи.
Губы Найи приоткрылись, она прикрыла их рукой, глаза расширились:
— О нет. — Она тихо хихикнула.
Он рассмеялся, и у уголков глаз залегли морщинки:
— Ага, правда? Я специально промышлял своим воровством на немагической стороне города не просто так. Этот придурок чуть не убил меня своими кровавыми терновниками. Мне повезло, что при мне был самодельный порошок, который сработал как взрывчатка и источал вонючий дым. Это позволило мне сбежать. А всего две ночи спустя он выследил меня в Долине — переулках, соединяющих город, где бездомные ставят палатки.
У Найи сжалось сердце, когда она представила юного Ави, совсем одного, в хлипком укрытии — похожем на то, что она однажды видела с Теоном, когда вышла из пивоварни в поисках Финниана.
Она нахмурилась:
— Представляю, как ты был напуган.
Он издал неловкий смешок и почесал татуированную руку:
— Я заговаривал ему зубы. А он просто смотрел на меня своими пронзительными глазами. Я пытался отшутиться, твердил, что он ошибся человеком, даже предложил ему кусок заплесневелого хлеба, который жевал. Чувак был редкостным брюзгой, и я был уверен, что он меня прикончит, но в итоге он повёл меня есть бургер.
Найя снова стала очерчивать круги на животе, слёзы подступили к горлу:
— Похоже на него.
— Ронин не просил меня ходить за ним следом, но я начал. — Ави схватил чай и поднёс ко рту, ухмыляясь из-за края кружки. — Он не раз посылал меня к чёрту, но я просто смеялся или начинал говорить о чём-то другом. В конце концов он открыл свою пивоварню и нанял меня. Теон появился вскоре после. — Он сделал глоток. — Ронин никогда не просил нас следовать за ним. Мы сами выбрали этот путь.
Ави посмотрел на дымящуюся чашку блестящим взглядом:
— В каком-то смысле он спас нас всех — дал причину двигаться дальше в этом дерьмовом мире. Не знаю насчет остальных, но могу сказать точно: Ронин ни разу нас не подвёл. Он слишком упрям и всегда старается изо всех сил. — Он поднял голову, чтобы посмотреть на неё. — Верь в него, потому что, обещаю, он не откажется от тебя или твоего ребёнка.
На глазах выступила влага, она улыбнулась и кивнула, потому что Ронин был прекрасной душой, и она гордилась тем, что стала частью его жизни.
Она смахнула убегающую слезу тыльной стороной пальца:
— Спасибо, что поделился со мной, и за то, что всегда был добр.
Прежде чем Ави успел ответить, Найя обвила руками его шею и крепко обняла, зная, что его крепкое тело выдержит. Ави убрал чай в сторону, напрягшись под её объятиями. После его истории ей стало больно представлять его совсем юным, одиноким, не знающим, когда он получит следующий кусок хлеба.
— Спасибо, что сохранил мне жизнь, — прошептала она. — Мне жаль, что тебе пришлось пережить боль из-за родителей, которые не оправдали надежд. Ты не один, и обещаю, я буду лучшей матерью, чем наши с тобой когда-либо были.
Ави расслабился под её руками:
— Ты справишься на отлично, Богиня. — Он обнял её в ответ, прижимая к себе.
Она отстранилась и игриво щёлкнула его по носу: