Страница 77 из 79
Глава 26
— Твою дивизию, Барсик! — вырвалось у меня.
Перед глазами ещё плясали разноцветные пятна. Я несколько раз моргнул, пытаясь вернуть способность нормально видеть. Когда зрение наконец пришло в порядок, выяснилось, что пострадал не только я.
Барсик сидел напротив, ошарашенно хлопая глазами. Шерсть на загривке стояла дыбом, а морда выражала глубокое недоумение. Похоже, такого эффекта он тоже не ожидал.
— Напомни мне в следующий раз, чтобы я не доверял тебе непонятные штуковины. — тяжело вздохнул я. — А то ещё угробишься в столь юном возрасте.
Котёнок виновато опустил уши. По крайней мере, мне хотелось верить, что именно виновато. Судя по всему, он просто не до конца понимал, что именно сделал. Я подобрал с земли осколки кристалла. Те уже почти не светились. Лишь в глубине нескольких кусочков ещё тлели едва заметные голубые искры.
— Ну хоть что-то осталось.
Система на произошедшее никак не отреагировала. Ни сообщений, ни уведомлений, ни новых способностей. Хотя после такой вспышки я ожидал увидеть что угодно, вплоть до предложения стать местным богом. Однако ничего подобного не произошло. Быть может, она тоже в шоке?
Барсик осторожно ткнул носом один из осколков, после чего демонстративно отвернулся.
— Вот и правильно. На сегодня экспериментов достаточно.
Мелкий неожиданно зевнул настолько широко, что я невольно присмотрелся к его зубам.
— Слушай… а клыки у тебя вроде длиннее стали.
Барсик предпочёл проигнорировать замечание и направился в сторону деревни.
— Эй! Не делай вид, что не слышал.
Котёнок лишь махнул хвостом, и мне пришлось идти следом. К счастью, пока мы добирались до дома, никаких новых взрывов, вспышек и прочих сюрпризов не случилось. Более того, возле моего двора царила непривычная тишина.
Матвей наконец успокоился, ну или просто выдохся. Никаких помощников, никаких обысков и обвинений. Только мирная деревенская ночь. Я невольно усмехнулся. Хорошо всё-таки, что догадался сжечь мешковину. А ещё лучше, что Барсик умудрился сожрать едва ли не половину собственного веса. Главная улика исчезла самым надёжным способом из всех возможных. Хотя вопрос, куда в него столько помещается, по-прежнему оставался открытым.
Мы вошли во двор, и Барсик сразу направился к своей миске, заглянул внутрь и возмущённо мяукнул.
— Даже не начинай. — предупредил я. — После сегодняшнего ужина тебе полезно немного поголодать.
Котёнок посмотрел на меня взглядом существа, которое только что предали самые близкие люди.
— Не поможет. — покачал я головой.
Барсик тяжело вздохнул, после чего демонстративно улёгся возле порога и отвернулся.
— Вот и отлично.
Я поднял взгляд к звёздному небу. День выдался странным: подводная дверь, кодовый замок, кристалл, который оказался съедобным… ну или почти съедобным. И чем больше я узнавал об этом мире, тем сильнее мне казалось, что самые интересные проблемы ещё даже не начались.
— Ладно. — пробормотал я. — Завтра будем разбираться дальше.
Где-то рядом сонно муркнул Барсик. На этот раз я был с ним полностью согласен.
Проснулся я ещё до рассвета. Барсик мирно дрых возле двери, вытянувшись во всю свою заметно подросшую длину. После вчерашнего эксперимента с кристаллом никаких побочных эффектов у него вроде не обнаружилось. Разве что выглядел он ещё более довольным жизнью, чем обычно.
— Хорошо устроился. — хмыкнул я.
Котёнок приоткрыл один глаз, убедился, что мир не собирается рушиться, и снова уснул. А я отправился в сарай. Где-то здесь должна была валяться старая пила. После нескольких минут поисков она действительно нашлась. Правда, выглядела так, словно последние пару лет её использовали исключительно для издевательств над древесиной.
— Ну да, конечно. И как этим вообще пилить?
Пришлось искать напильник, после чего ещё минут двадцать ушло на то, чтобы привести зубья в относительно приличное состояние. Идеальной заточку назвать было сложно, но хотя бы появилась надежда, что инструмент будет пилить дерево, а не полировать его. Закончив с пилой, я прихватил топор и направился в сторону леса. Плот сам себя не построит.
Подходящие деревья нашлись довольно быстро. Слишком толстые брёвна мне были не нужны, их потом ещё тащить придётся. Тонкие тоже не подходили, хотелось получить конструкцию, способную выдержать и меня, и бочку, и верёвки, и весь остальной хлам, который неизбежно накопится в процессе исследований. В итоге я остановился на молодых соснах.
— Извините, ребята. — пробормотал я, примеряясь топором. — Но наука требует жертв.
После городской жизни и работы головой физический труд ощущался весьма своеобразно. Уже через несколько минут рубки я начал вспоминать, почему в прежнем мире люди изобрели бензопилу. Когда первое дерево наконец рухнуло на землю, я испытал чувство глубокого удовлетворения. Потом посмотрел на остальные.
— Ну да… это только начало.
Следующие несколько часов прошли под аккомпанемент ударов топора, зато к полудню на земле лежало около десятка подходящих стволов.
Потом началась ещё более весёлая часть работы: их нужно было доставить к реке. Некоторые брёвна удавалось катить, другие приходилось тащить волоком. Несколько раз я всерьёз задумывался над тем, чтобы запрячь Барсика. Правда, потом вспоминал размеры котёнка и отказывался от этой идеи. Хотя с его скоростью роста через пару недель подобный вариант уже нельзя будет исключать. К тому моменту, когда последнее бревно оказалось на берегу, я чувствовал себя так, словно лично победил небольшую армию.
— Зато бесплатно. — проворчал я.
Барсик, наблюдавший за работой из тени, лениво зевнул. Очень поддержал, не поспоришь.
Дальше дело пошло проще. Я очистил стволы от лишних веток, местами подровнял поверхность топором и пилой, после чего начал выкладывать основу будущего плота. Самые толстые брёвна отправились в центр, а более лёгкие — по краям. Конструкция постепенно приобретала осмысленный вид.
После этого настала очередь верёвок. Сначала я связал соседние брёвна между собой, потом стянул всю конструкцию поперечными связками, проверил всё и добавил ещё несколько стяжек. Потому что доверять собственной жизни одной верёвке я категорически отказывался. В некоторых местах пришлось вырезать неглубокие пазы, чтобы узлы не сползали по гладкой древесине.