Израиль

Глава 20

Усвоить урок

Сандра

Уложив Дженни спать, Сандра постелила себе в гостиной и написала Кристиану короткое сообщение, что у нее все хорошо и она любит его. Очень сильно. Рассказывать о конфликте с мужем она не торопилась – не хотела ввязывать его в клубок проблем, из которого без труда не выпутаться. К тому же воевать придется не с Дугласом, а с его амбициями, а они для мужа важнее всего человеческого. Сандра не сомневалась – он разобьется в лепешку, но испортит Кристиану репутацию как фотографу. К тому же его вмешательство станет прямым доказательством измены Сандры.

Уснуть не получалось до самого утра, сердце разрывалось на части, в голову лезли ужасные мысли, и каждая казалась хуже предыдущей. Угроза Дугласа оставить ее без денег не пугала, но без дочери…

Ее маленькая девочка, которую она носила под сердцем, чей смех согревал душу, а слезы ранили сильнее ножа… Дженни для нее все – без дочери жизнь теряла смысл, а остаться с Дугласом – все равно что похоронить себя заживо.

Когда стрелки часов показали семь, пришло время вставать. Поднявшись с дивана, Сандра побрела в ванную. В зеркале она увидела нечто с красными, опухшими от слез глазами. Открыв кран, она подождала, пока вода не станет ледяной, и только потом умыла лицо. Холод взбодрил, в голове немного прояснилось – вчера Дуглас вспылил, выпустил пар. Почему бы не попробовать поговорить с ним снова и понять, насколько он тверд в своих намерениях удержать Сандру в клетке.

Приклеив патчи под глаза, Сандра поторопилась на кухню готовить завтрак. Она заправила кофемашину для двух чашек – себе и Дугласу, сделала им тосты с сыром и ветчиной, нарезала авокадо, а для Дженни испекла медовые капкейки с ежевичным сиропом.

Дуглас зашел на кухню как ни в чем не бывало. Она ведь изменила ему, почему на его лице даже следов обиды не видно?

– Доброе утро, – обронил он, усаживаясь за стол.

– Доблое утло, мама! – Дженни подбежала к Сандре и обняла ее за талию.

Поцеловав дочурку в кудрявую макушку, Сандра усадила ее за стол.

В приоткрытое окно заплывал прохладный сентябрьский воздух и звуки пробуждающегося Манхэттена: гудки автомобилей, сирена проезжающей мимо полицейской машины, чей-то спор, лай собаки. Все это Сандра отчетливо слышала в повисшем молчании – Дуглас копался в телефоне, а Дженни – в тарелке.

Сандра мысленно повторяла заготовленную речь, одновременно уговаривая себя начать диалог. При Дженни Дуглас не станет скандалить. Во всяком случае, Сандра очень на это надеялась.

Проглотив авокадо, Сандра отложила вилку с ножом в сторону и сделала глубокий вдох.

– Дуглас, я хотела поговорить, – робко пробормотала она.

Муж отложил мобильный в сторону и, взяв в руки вилку с ножом, посмотрел на Сандру. В его взгляде стояла холодная пустота, какая бывает в заброшенных домах с пустыми окнами – без света и души.

– Ты сделала правильный выбор, ни к чему лишняя болтовня. Сделаем вид, что ты и впрямь навещала тетю, – монотонно проговорил он.

Сандра несколько секунд таращилась на него, осмысливая услышанное.

– Что ты имеешь в виду? – уточнила она.

– А разве не очевидно? Мы сидим за столом. Вместе. Как семья.

Сандра почувствовала колючий ком в горле.

– Нет, Дуглас. Я просто хотела решить все мирно. Без угроз.

Она с опаской смотрела на мужа, будто перед ней притаился хищный зверь. На первый взгляд он казался спокойным, но она знала – он способен атаковать в любой момент.

– Каких углоз, мама? – Дженни с волнением глядела на родителей.

Сандра улыбнулась дочурке – ее чувствительная малышка очень многое понимала на подсознательном уровне.

– Никаких, милая. Я просто поинтересовалась у папы, что он думает о моем вопросе.

Дуглас резко отодвинулся на стуле, поднялся и вышел из кухни. Сандра поторопилась за ним следом, бросив Дженни:

– Милая, сиди, кушай. Мы с папой немного посекретничаем.

– Ладно, – пробормотала Дженни и поджала губы.

Ее малышка все понимала. Дети способны улавливать эмоции родителей на подсознательном уровне, как ни прячься за ширмой улыбки. Сколько раз маленькая Сандра видела подобные сцены, когда мама плакала без слез, внутри себя. И так хотелось встряхнуть ее за плечи, сказать: «Мама, ответь отцу, заступись за себя. Хватит улыбаться и делать вид, что все в порядке!» А теперь Сандра вела себя так же.

Дуглас стоял в гардеробной и застегивал рубашку.

– Я тебя предупредил, Сандра. Развода не будет, – процедил он, снимая с вешалки брюки.

– Будет, Дуглас! Как ты не поймешь! Все! Между нами все кончено! Давай разойдемся, как цивилизованные люди! У моего отца достаточно средств и связей, чтобы добиться равноправной опеки над Дженни.

Дуглас застегнул ремень и вплотную подошел к Сандре, нависая над ней:

– Твой отец и пальцем не пошевелит, чтобы помочь тебе. Он консерватор до мозга костей, а развод для него – уход от традиций.

– Он прежде всего мой отец! И что бы ни произошло, он встанет на мою сторону! – заверила его Сандра, не веря ни единому своему слову. Она знала, что Дуглас прав, но старалась блефовать до последнего.

В глазах Дугласа проснулась ярость, на его скулах заходили желваки. Он резко схватил Сандру за грудки и склонил голову так, что расстояния между их носами оставалось не больше одного дюйма.

От страха дыхание Сандры участилось, и задрожали колени. Она смотрела на него, не моргая, боясь упустить момент, если он решит что-то ей сделать.

На лице Дугласа появилась легкая усмешка, словно он ожидал именно такой реакции от нее.

– Я раздавлю тебя, милая. Не играй со мной. Я плохо следил за тобой, теперь исправлюсь – отныне за я буду знать о каждом твоем шаге. Оступишься хоть раз – забудешь, что у тебя есть дочь. Поняла меня?

– Пошел ты к черту! – выплюнула Сандра.

– Я и есть черт, дорогая, – с хищной улыбкой ответил Дуглас, а после убрал руки так, словно выбросил мусор.

Когда входная дверь хлопнула, Сандра сползла по стене и горько заплакала, не в силах совладать с болью, рвущей душу. Она ощущала себя маленькой, ничтожной песчинкой, за которую всегда кто-то решал, что ей делать.

– Мама, почему ты плачешь? Папа лугал тебя?

Маленькие холодные ладошки обхватили щеки Сандры, а голубые глазки с беспокойством смотрели на нее. Уголки губ Дженнифер поползли вниз. Сандра прижала дочь к себе, торопясь успокоить ее.

– Нет, милая. Папа не ругал. Я просто случайно прищемила палец.