Израиль

Глава 8

Красиво, да?

Сандра

До самого вечера Сандра изнывала от начавшейся с утра мигрени. Таблетки от головы слегка приглушали боль, но их действия хватало ровно на пару часов, а потом – по новой. Еще и день выдался невозможно жарким и насыщенным на поездки по городу. Сначала Сандра возила Дженни в балетную школу, после чего они поехали прямиком в торговый центр за подарком для подруги Дженни – у Лесли Хайд завтра день рождения. Дженни ответственно подошла к выбору и подарка, и наряда. Перемерив штук двадцать воздушных фатиновых платьев, дочурка остановилась на ярко-малиновом. А к нему, естественно, пришлось подбирать туфли и заколки.

– Все должно быть в одном цвете, – со знанием дела пояснила Дженни.

– Понимаю, – проговорила Сандра.

Глядя на дочь, Сандра тоже решила подобрать себе новое платье на вечер. Как сказал Дуглас, это мероприятие исключительно для избранных – для тех, кто вращался в высшем свете. Попасть туда и познакомиться с мастером фотографии означало соответствовать. Лишь через несколько дней выставка откроется для всех поклонников его творчества, но уже без присутствия фотографа.

Сандра скептически воспринимала подобные «капризы» знаменитостей и заранее записала фотографа в эгоцентричные нарциссы, любящие пускать пыль в глаза. Она почти уверилась, что грядущий пафосный вечер – не более чем ярмарка тщеславия, устроенная для того, чтобы лишний раз заявить о себе. Будь он по-настоящему талантлив, не прибегал бы к таким дешевым трюкам. Сандра не исключала, что ее негативный настрой напрямую связан с надоевшей до ужаса головной болью, а «гуру кадра» на самом деле очень талантлив… В любом случае, она должна соответствовать уровню.

Ее любимый магазин одежды находился в паре кварталов от торгового центра. Джулия – консультант «Моник» – встретила Сандру с распростертыми объятиями. Они с ней знакомы уже несколько лет. Сандра ценила Джулию за любовь к своей работе и дар собирать потрясающий образ клиенту магазина.

– Детка, ты не поверишь! Это платье привезли на прошлой неделе, но я его спрятала подальше от посторонних глаз специально для тебя! Смотри! – Джулия вытянула перед собой вешалку с серебристо-жемчужным платьем до пола. – Смотри, как мерцает ткань!

– Да, как лунное сияние! – восхищенно согласилась Сандра, представляя, как изящно она будет выглядеть в нем.

– Какое класивое, мама! – Дженни восторженно похлопала в ладоши.

– Вот видишь, даже эксперт подтвердил! – улыбнулась Джулия, отчего подбородок Дженни приподнялся от гордости.

– Тогда я иду его мерить!

Платье до пола со струящимся силуэтом подчеркивало изгибы, не облегая слишком плотно. Оно и впрямь сидело на Сандре идеально, словно его сшили специально для нее.

– Су-у-упер! – протянула Джулия, держа в руках серебристо-жемчужные лодочки.

– Ну, раз туфли ты уже подобрала, наверное, аксессуары тоже приметила? – спросила Сандра, забирая обувь.

– Ага, уже несу! – Джулия подмигнула и исчезла за ширмой.

Когда образ был собран, дело оставалось за малым – отвезти Дженни к свекрови, а потом заехать к Виктории – стилисту Сандры на Пятой Авеню, чтобы та поколдовала над прической.

Руки Виктории творили чудеса и с волосами, и с головой. Выйдя из салона, Сандра наконец-то почувствовала облегчение – мигрень как рукой сняло.

Дуглас приехал домой переодеться, когда Сандра уже была собрана и стояла перед зеркалом, нанося на запястья духи с нотками трюфеля и пачули.

– Прекрасно выглядишь, – прошептал на ухо муж и поцеловал Сандру в шею.

Она стерла ладонью влажный след его губ, когда он скрылся за дверью ванной.

Через полчаса Дуглас вышел из гардеробной. Черный смокинг сидел на нем безупречно, подчеркивая широкие плечи и спортивную фигуру. Сандра подошла к нему, чтобы поправить галстук-бабочку, запах резкого мужского парфюма неприятно защекотал нос. Она еле удержалась, чтобы не чихнуть и не испортить макияж. Ей никогда не нравилась привычка Дугласа выливать на себя так много туалетной воды, и он об этом знал.

– Не закатывай глаза, – фыркнул Дуглас.

Они спустились на лифте в подземную парковку. Дуглас галантно открыл Сандре дверь и придержал, пока она не села.

– Ты что-нибудь узнал о фотографе? – поинтересовалась Сандра, когда он завел двигатель и тронулся с места.

– Да. Немного. У него особый стиль и, похоже, шизофрения, – усмехнулся он.

– Шизофрения? – Сандра скептически выгнула бровь и посмотрела на Дугласа.

– Да. Я так думаю. Ну, посуди: кто в здравом уме будет все вырученные средства пускать на благотворительность? Чертов Робин Гуд на минималках.

Сандра опешила от слов мужа, не веря своим ушам. Неужели он всерьез так считал?

В салоне повисло угрюмое молчание. Дуглас бросил на Сандру короткий взгляд, словно желая убедиться, что она с ним солидарна.

– Многие люди занимаются благотворительностью, и это не шизофрения, Дуглас! – возмутилась она, разрывая гнетущую тишину.

– Тут все понятно. Пусть. В наше время многие занимаются благотворительностью, но в основном те, у которых банковские счета ломятся от цифр. А тут…

– Возможно, у него есть деньги. Дуглас, я тебя не понимаю! – Сандра искренне изумлялась и до последнего надеялась услышать, что он пошутил, но нет – он на самом деле так считал.

Как бы неприятно было это осознавать, но Дуглас зациклен на деньгах и статусе. Как и ее отец.

– В сети не так много информации о нем. Лишь сухие факты: он снимает документальные фильмы о разных уголках Америки и не только. Его фотографии печатают в журналах. Вот весь его заработок. А потом он устраивает вот такие закрытые выставки для людей, готовых заплатить за его «необычные картинки» сумасшедшие деньги. Собранная сумма тут же уходит на счет фонда.

Головная боль возвращалась, издевательски сдавливая виски Сандры, автомобильный кофейный ароматизатор вызывал тошноту. Она поморщилась, отвернулась к окну и прикрыла глаза. Дуглас что-то еще говорил, но мысли Сандры улетели далеко отсюда. Сказать, что ее поразило услышанное, – ничего не сказать. Она устыдилась за то, что посчитала его нарциссом. Этот фотограф заслуживал уважения, и Сандре не терпелось его увидеть. Да она готова выложить крупную сумму на покупку любой фотографии, зная, что цель благородна.