Страница 37 из 93
— Ах да. Вон там, по твою правую руку, есть холм. Недалеко, до ночи дойдешь. В нем живет пара земликов. Муж и жена. Старые уже, уходить с родной земли не захотели. Сам я с ними не знаком, но слышал от других, что с людьми они ладят. Ну как ладят.. С руганью и проклятьями не бросаются, иногда что-то на драгоценные камни выменивают. В основном книги, нравятся они им очень, а у их народа книг никогда не было.
— Как же они их читают?!
— А магия на что? Говорю ж, с магией они хорошо управляются. Глядишь, и тебе помогут.
— Но мне нечего дать им взамен!
— Сказку расскажешь, – скрипуче хохотнул пень. – Они сказки как раз больше всего читать и любят.
Ола
— Ай-яй! – услышала я громкий писк. – Ай-яй-яй!
С Аниной штанины спрыгнула на землю и принялась нарезать круги крыса. Вот ведь гад, этот Пузик, и сюда с нами попал!.. Я тут же вспомнила про Белу, но та, замерев от испуга, по-прежнему сидела на плече. Я ее осторожна сняла и поставила на землю:
— Не бойся, моя радость. Все будет хорошо.
А потом я прыгнула к крысе и схватила ее за хвост. Бывший мудрец смешно задергал в воздухе лапками и еще сильней заверещал.
Я выбрала камень – поувесистей, но такой, чтобы удобно лежал в руке и занесла его над крысой:
— Говори, где Иван! Говори, что хотел с нами сделать! Считаю до трех. И учти, моя рука не дрогнет!
Вообще-то я лукавила. Даже если бы это была просто крыса, а не заколдованный мудрец (вот начало этого слова к нему точно подходило!), я и то не смогла бы ее убить. Но Пузику об этом знать было совсем необязательно.
— Я расскажу! – завизжал он. – Я все расскажу! Только расколдуйте меня!
Анна молча сунула ему под нос фигу.
Я озвучила:
— Вот когда расскажешь, тогда и..
Но ведьма меня перебила:
— Ни хрена. Он сейчас как раз в своем настоящем облике.
— Но я так не хочу! – начал голосить мудрец. – Я тогда ничего не расскажу!
— Да, ты и в самом деле больше ничего не расскажешь, – вновь замахнулась я камнем.
— Хорошо-хорошо! – задергалась крыса. – Иван сказал вчера: «Чтоб мне провалиться», и пропал..
— Где? В доме у мага?
— Нет, еще возле города.
— То есть мы сейчас опять не в одном с ним месте.. – пробормотала я.
— За это время он все равно бы с него ушел, – сказала Анна. – Меня удивляет другое: почему мы до сих пор перемещаемся?
— Потому что ты умничка, – без капли лести похвалила ее я. – Ты создала супер-пупер заклятье!
— Это же случайно..
— Ничего случайным не бывает. Это сказалась твоя не полностью разбуженная гениальность.
— Хватит прикалываться, – зарделась ведьма. – Пусть этот хвостатый гад расскажет теперь, зачем он привел нас к магу. И что имел в виду, когда говорил «обе». Кстати, я активизировала заклятье правды, – сурово посмотрела она на Пузика. – Соврешь хоть в одном слове – отсохнет язык.
— Мне совершенно нечего от вас скрывать! – заизвивалась крыса. – Я все сейчас расскажу! Все-все, как в дудку подуть! Только поставьте меня на ноги, пожалуйста.
— Нет, – сказала я. – Когда расскажешь, тогда поставлю.
— Или прибьем, – добавила Аня. – Смотря что расскажешь. Но врать не советую – про отсохший язык я не шучу. А если он отсохнет, я тебя тоже прибью.
— Так может лучше такое заклятье и сделать? – с деловым видом предложила я. – Если соврет – сразу лапки кверху. Как говорится, чтоб два раза не вставать.
— На убийство колдовать – это нужно много магической силы расходовать. Булыжником проще.
— Я расскажу! Сейчас.. Соберусь с мыслями..
— А ты в дудку подуй, – угрюмо сказала я.
— Уже! Уже подул. Все! Слушайте!
И мудрец Пузик рассказал, как он сговорился с парочкой магов, что будет искать для них пришлых из иных миров людей. Потому что на самом деле не так все было просто с переходами, как говорил он об этом раньше. Магов, кто мог устроить такой переход, было в Сизелоне очень мало, и это были действительно великие маги, к которым так просто не сунешься. А владеть этой магией хотели многие – такое умение дорого стоило. Поэтому буквально на вес золота ценились заклинания, способствующие переходу, вот только раздобыть такое, чтобы перемещало не куда угодно, а в нужное место иного мира, даже просто в конкретный мир – так никому и не удавалось, разве что тем самым – великим. А если кому и удавалось – те об этом помалкивали. Маги же, с которыми сговорился Пузик, пытались выведать у попавших из чужих миров людей рецепты снадобий и тексты заклятий, а если те этого не знали или не хотели говорить, собирали с них остаточную магию перехода – вроде бы мелочь, а пяти-шести остатков на один переход хватало. Таких «попаданцев» и искал по Сизелону мудрец и отводил «своим» магам. А еще он попытался внедриться в общину поклонников Юстера Литца, чтобы узнать секрет снадобья знаменитого шнырятеля. Да вот только эти поклонники и сами нужного рецепта не знали – экспериментировали только, а еще и Пузика заподозрили в шпионаже и, намяв ему как следует бока, вышвырнули из общины.
— А Иван как раз и сказал, что из-за Юстера Литца в Сизелон попал, – сообщил в конце рассказа Пузик. – Вот я и обрадовался, что он знает секрет, и мне за него отвалят много денег. А тут он взял и пропал.. Очень я сильно расстроился, не в дудку подуть!.. И тут вы. Оттуда же, откуда и Ваня! Обе! Вот я магу и сказал, что обе, мол, пришлые.
— Допустим, – сказала ведьма. – Но почему это делалось обманом? Что случалось потом с этими людьми?
— Ниче.. – пискнула было крыса, но замолчала вдруг, словно прикусила язык, а потом осторожно пропищала: – С некоторыми, правда, ничего – просто уходили. Но кто-то.. Кто-то память терял. Забывал, кто он, откуда. Такие становились работниками у магов, или те их кому-то другим в работники сдавали.
— Крутилово-закрутилово! – встряхнула я мерзкого грызуна. – Да это же натуральная работорговля! – Со злости я раскрутила муд.. реца за хвост и отпустила – пусть полетает, скотина, проветрится. И спросила у ведьмы: – Анечка, ты же воду можешь учуять? После того, что услышала, даже во рту стало гадко, запить бы.
— Так а чего ее чуять? Вон же, слышишь, ручей журчит. Идем, у меня тоже горло пересохло.
Пока шли к ручью, я заметила, что мы вроде как перестали светиться. Возможно, в полной темноте что-то еще и было бы видно, но сейчас, хотя освещение было не особо ярким, скорее, наоборот, признаков синевы у себя и подруги я не увидела. Попискивать мы тоже перестали. Хоть какие-то хорошие новости!