Страница 14 из 75
Отец схватил Сандру за запястье и потащил в сторону дома. Кому, как не Кассандре, знать: если отец в ярости, лучше переждать бурю – это все равно что сражаться с ветряной мельницей.
– Кристиан, мы завтра поговорим, ладно? – попросила Сандра, стараясь интонацией передать сожаление.
– Бесстыжая! Ночь, а она валяется на земле непонятно с кем! – Роберт Локвуд выплюнул слова брезгливо, словно перед ним лежала вонючая куча мусора.
– Мы просто разговаривали! – защищалась Сандра, чувствуя себя виноватой перед Кристианом. Она знала, что в ночной тишине он хорошо слышал оскорбления отца.
– Я видел все своими глазами!
– Ты ничего не видел! Отпусти, мне больно! – Сандра выдернула руку и побежала к дому.
В дверях она столкнулась с матерью.
– Мам, там папа…
– Замолчи! – прикрикнула мать, сердито сверкнув глазами. Она сжала губы в тонкую линию, поглядывая за спину Сандры.
– Эби, Кристиан – хороший мальчик, – попробовала заступиться бабушка.
– Мам, не вмешивайся! – тут же отрезала Эбигейл Локвуд. – Тебе поручили присматривать за ней, а не заниматься сводничеством!
Бабушка всплеснула руками и покачала головой.
– Эби, ну зачем ты так? Кристиан…
– Хватит! Разве ты не понимаешь?! Кто угодно, но не этот мальчишка!
– Эбигейл, ты себе жизнь испортила, теперь в ее вмешиваешься, – горько вздохнула бабушка, глядя на свою дочь с какой-то тихой грустью.
Входная дверь хлопнула так сильно, что Сандра вздрогнула от испуга.
– При всем моем уважении к вам, миссис Кларк, но не лезьте в воспитание моей дочери! – отец стоял посреди комнаты сердитый, как черная туча, и сжимал кулаки. – Этот голодранец…
– Не говори так о нем! Ты не знаешь Кристиана! – взвилась Сандра. В ней вскипала злость к отцу. Будь она старше на пару лет, ответила бы жестче, плюнула на все и убежала, хлопнув дверью.
– Он – грязь! Пятно на моей репутации! Чтобы моя дочь водилась с сыном преступника и матери-алкоголички? Нет, Кассандра! Ни за что на свете!
– Папа! – выкрикнула Сандра, чувствуя, как по щекам потекли горячие слезы. Она снова ощутила себя той обиженной девятилетней девочкой, которая вместо похвалы за старания услышала от отца, что вышло посредственно, плохо.
– Роберт! – попробовала заступиться бабушка, пока мать Сандры молча наблюдала за всем происходящим, словно зритель.
– Помолчите, миссис Кларк.
– Папа, я люблю его! И он меня тоже! – выкрикнула Сандра.
Отец схватил Сандру за грудки, глаза его пылали яростью.
– Живо в свою комнату, и не смей даже заикаться о нем! – Голос отца был ровным, но Сандре стало только страшнее. – Ты поняла?
– Д-да, – заикаясь, ответила она.
Отец отпустил ее, и Сандра побежала в комнату, достала дневник и начала записывать:
«Дорогой дневник, это было ужасно. Я испугалась, что он так же изобьет меня, как маму в тот вечер…»
* * *
Весь следующий день Сандра не находила себе места. Она боялась отца, но не встречаться с Кристианом не могла. Общение с ним стало жизненной необходимостью, глотком свежего воздуха.
Ближе к вечеру бабушка Руби сказала, что ее спрашивала Лили. Сандра недоуменно посмотрела на бабушку и по многозначительному взгляду поняла, что под Лили она подразумевала Кристиана.
Сандра подошла к отцу и, немного помявшись, спросила:
– Пап, могу я хотя бы с Лили встретиться? Она моя подруга.
– Ты не лжешь? – отец сощурил глаза.
– Нет, Роберт. Лили живет через несколько домов отсюда. У тебя начинается паранойя, – усмехнулась бабушка Руби.
Сандра посмотрела на нее с благодарностью и проговорила одними губами:
– Люблю тебя.
– Ладно, у тебя ровно час, – разрешил отец.
Сандра бежала к Кристиану так быстро, словно за ней гнались голодные койоты. Заскочив в лес, она встретилась с ним, и мир снова стал прежним – ярким и родным.
Они стояли, прижавшись друг к другу, как два сросшихся дерева. Сандре казалось, что никакая сила не сможет их разлучить.
– Он успокоится и оставит нас в покое, – шептала Сандра, прикоснувшись лбом к его лбу.
– Я буду оставлять письма в дровянике, если ты не сможешь приходить, – пообещал Кристиан.
– Ты не обижаешься?
– Нет. Мне важно только твое мнение! Мнение твоего отца меня не сильно волнует, если ты выбираешь меня.
– Хорошо, – кивнула Сандра и поцеловала его.
Два дня они обменивались письмами и договорились встретиться в лесу перед отъездом Сандры. Она снова солгала отцу о вымышленной подруге и побежала в их излюбленное место на опушке.
В лесу стояла тишина, время утекало сквозь пальцы – отведенный отцом час стремительно заканчивался, а в душе нарастала тревога. Сандра ходила по кругу, кусая губы и ковыряя заусенец на большом пальце. Ей казалось, что шепот листьев пытался сообщить о чем-то важном, но она не понимала его языка.
Внезапно ее внимание привлек белый лист, прижатый камнем у старого пня. Она выдохнула от облегчения, подняла его и развернула. Улыбка медленно сползла с лица, а горло сжал спазм. Она качала головой, не веря ни единому написанному слову.
«Сандра, прости. Думаю, что больше нет смысла в наших встречах. Мы из разных миров. Верить в то, что нас ждет общее будущее – приятная сказка, которая рано или поздно заканчивается. Было весело. Спасибо за клевое лето. Всего наилучшего!»
– Ложь. Все ложь! Этого не может быть! – убеждала она тишину леса или себя.
Она бежала со всех ног, задыхаясь от страха, что слова в письме могли оказаться правдой. Сердце стучало в груди, в ушах и где-то в горле. Волосы липли к шее и лицу, но она не замечала их.
Остановившись у светлой облупленной двери, она нетерпеливо постучала. Потом еще раз. И еще. Никто не открывал. Она со всей силы пнула дверь и закричала:
– Если ты не выйдешь, я выбью стекло!
Тихий щелчок, и дверь открылась. Сандра бросилась на шею к Кристиану, пытаясь его поцеловать, но он убрал ее руки, увеличивая между ними расстояние.
– Тебе лучше уйти, – сухо сказал он.
– Кристиан, перестань. Ты же лжешь! Все из-за моего отца? Это он тебе что-то сказал? Плевать! Через пару лет я стану совершеннолетней и сама смогу решать, что мне делать и кого любить!
Кристиан зажал ей рот ладонью и тихо проговорил:
– Послушай, Сандра. Я не люблю тебя и никогда не любил. Было весело и не более. Каждый получил хороший опыт в поцелуях. Поиграли в отношения, и хватит.