Страница 44 из 72
Ярость, которая кипела внутри Дугласа Хартли была сравнима с мощью вулкана, разрушившего Помпеи. У него было всё — продуманный план операции, ресурсы и люди. Почти идеальная схема, которая должна была вычеркнуть Лагова из уравнения под названием «жизнь».
А что в итоге? Груда трупов, полный провал и тотальный позор. Что самое обидное — за убийства ответственность нёс кто-то ещё. Использовавший их операцию, чтобы ткнуть Константина в информационном пространстве.
Выходит все детали операции были известны не только тому, кто должен был стать целью, но и третьей стороне. Заранее предположившей их поражение и самостоятельно разыгравшей карты.
Президент был близок к тому, чтобы распустить Супергруппу. И совсем не в том плане, что он дал им ещё один шанс. Вовсе нет. В самом, что ни на есть, буквальном смысле. Уже этим вечером структура будет распущена. Вместо неё либо сформируют две отдельные команды, либо повесят всю работу на одно из существующих ведомств, наделив его дополнительными полномочиями и расширив штат.
Другой бы на его месте сдался, но не Хартли. Его обставили. Обошли на повороте, убив множество его людей и растоптав репутацию. Кто его сдал Лагову он не догадывался. Об операции знал штаб Супергруппы, исполнители и некоторые из высокопоставленных австрийцев. Ещё — президент США и министр внутренней безопасности, которому было поручено выступать в качестве куратора Супергруппы.
Наверняка информация ушла куда-то ещё. Например в ЦРУ или АНБ. А те могли поделиться с кем-то из коллег среди союзников. Мало кто из них мог желать удачи выскочке из внутренних служб, который не имел никакого отношения к элитарной разведке. С их точки зрения, офицеры вроде Хартли мало чем отличались от обычных патрульных, что катались по вызовам. Тот факт, что его поставили во главе, никого из ветеранов разведки порадовать не мог. Для них парни вроде Дугласа всегда были плебсом и пушечным мясом, годным лишь для того, чтобы сдохнуть где-то там вдалеке.
Сейчас он жалел только о двух вещах. Что не решил провести операцию без санкции президента и что не стал возглавлять её лично. Ну и Защитников требовалось отправить всех. Вообще, нужно было загнать всю Супергруппу в Синий Столб, который воткнулся в пустыню около Лас-Вегаса и подождать, пока…
Мысль, которая тотчас осенила его разум была кристально чистой и яркой, как вспышка двадцати мегатонн на горизонте. Взгляд тут же упал на часы. Президент встретится с советниками и главами ведомств приблизительно через три часа. До того момента, Хартли оставался командиром Супергруппы и куратором всех задач, которые связаны со Столбами. А стало быть и с их охраной, либо рейдами на ту сторону.
Оскалившись, он поднялся из-за стола, поймав на себе озадаченные взгляды всех трёх заместителей. Знакомы они были совсем недавно, но успели понять простую истину — когда старший офицер начинает вот таким образом демонстрировать свои зубы, ничего хорошего ждать не приходится.
— Готовьте людей. Весь личный состав, до последнего человека. Джонс — сделай заявку в арсенал. Подготовить комплекты вооружения вне очереди. Отправка — через десять минут.
Никто не пошевелился. Лишь обменялись ошарашенными взглядами.
— Сэр, при всём уважении, о чём вы? Какой арсенал?
Взгляд Хартли сместился на самого смелого из замов.
— Тот, что выдаёт оружие будущим Защитникам, идиот! Пакеты с порошком, чтобы зайти командой, пусть тоже подготовят.
Штаб команды располагался не так далеко от Синего Столба. В худшем случае, дорога займёт час, не более того.
— Но… Как же президент, сэр? И…
Дугласа перекосило — наклонившись, он упёрся руками в столешницу и натурально зарычал.
— Отставить! Подняли жопы и за работу. Кто попробует саботировать — лично пристрелю на месте! Через полтора часа вся Супергруппа должна быть на той стороне.
Польский премьер-министр, к счастью оказался адекватным. Формально, за внешнюю политику у них отвечал президент. Но фактическим главой государства, как и в соседней Германии, был лидер правительства.
Потом были переговоры уже с нашими министрами и два перелёта. Сначала из Каргополя в Петербург, а оттуда на базу авиации в Ласке.
Туда же доставили Франсуа, Василину и Петра. После чего довезли нас до места, откуда по мнению польской военной жандармерии была пущена ракета. К точке развёртывания зенитно-ракетного комплекса «С-125 Нева».
Танковая основа и три торчащие вверх ракеты. Место для четвёртой пустовало — именно ей и сбили наш самолёт. В стороне стояла машина с двумя крупными перпендикулярными антеннами. А на земле были выложены в ряд семь трупов. Аккуратно размещены на земле, лицами вверх. Личный состав.
— Они светятся, мон ами. Даже сейчас, совсем чуть, но светятся.
В голосе Франсуа слышалось негодование. Я же шагнул ближе. Тут же едва не врезавшись в сотрудника военной жандармерии Польши.
— Дальше нельзя. Это место преступления.
Он даже руку выставил перед собой открытой ладонью. Как будто предполагал, что это может меня остановить.
Я оглянулся на сопровождающего нас вице-премьера Польши. Тот в свою очередь посмотрел на заместителя командира военной жандармерии. А генерал остановил взгляд на младшем офицере.
— Считайте его частью правительственной комиссии, пан.
Поле перевода сейчас накрывало всех присутствующих, но для того, чтобы понять, кем считает меня сонный и злой поляк в форме, оно не требовалось. Всё и так было показано в его глазах. Однако он и правда отодвинулся в сторону, позволяя мне пройти.
Когда я приблизился к трупам, рядом тут же оказался ещё один мужчина в форме.
— Очень странный характер ранений. Впервые такое вижу. Буду признателен, если подскажете.
Я вопросительно приподнял брови. А он в ответ приподнял голову одного из мертвецов, обхватив её пальцами в плотных перчатках.
В затылке зияла дыра. Как будто внутри головы взорвалось небольшое взрывное устройство. Версия была привлекательной и мне очень хотелось в неё поверить. Но я уже видел изъеденную плоть и фиолетовые следы от слизи. Уверен, если смыть сейчас кровь и детально всё осмотреть, обнаружится множество микроскопических каналов, пронизывающих череп изнутри.