Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 81 из 162

Я всё-таки чуть повернула голову,случайно, просто ловя очередную вспышку камеры, — и встретилась с ним глазами. Внутри всё мгновенно качнулось. Виктор стоял чуть поодаль, в компании Инессы и Яры, идеально одетый, высокий, красивый до болезненного раздражения, с бокалом в руке и таким лицом, что прямо сейчас мысленно убивает каждого, кто смеет смотреть в мою сторону. В его глазах не было ни грамма спокойствия. Только злость. Мне почему-то захотелось улыбнуться ещё шире. Чисто из вредности.

Потому, что если мне сейчас больно, то пусть и ему будет. Я медленно отвела взгляд и услышала, как рядом тихо, почти неслышно усмехнулся Константин.

— Не переигрывай, — негромко сказал он.

— О чём ты? — я чуть повернула к нему голову.

— Ты прекрасно понимаешь.

Я ничего не ответила, потому что он был прав… я прекрасно понимала. Очень даже.

Внутри поместья все было ещё хуже. Снаружи всё хотя бы двигалось, шумело, отвлекало. А здесь, под высокими потолками, среди хрустальных люстр, живой музыки, элитного шампанского, политиков, бизнесменов и их вылизанных, идеально собранных жён, всё становилось слишком наблюдаемым. Каждый шаг и взгляд. Каждое прикосновение Константина к моей талии фиксировались сотнями чужих глаз. И я снова и снова заставляла себя дышать ровно. Улыбаться вовремя. Говорить мягко. Смеяться там, где нужно. Кивать там, где положено.

Играть. Играть. Играть.

Я уже успела пережить несколько обязательных знакомств, пару натянутых комплиментов, одну откровенно фальшивую улыбку жены какого-то чиновника и три пристальных оценивающих взгляда от женщин, которые явно не могли решить, считать ли меня содержанкой, удачливой охотницей или просто красивой случайностью.

К нам подошёл ещё один мужчина. Лет сорока пяти. Высокий и ухоженный, с дорогими часами, с чуть хищной улыбкой и внимательным взглядом.

— Константин, — широко улыбнулся он, пожимая Орлову руку. — Ну ты и умеешь удивлять!

— Взаимно, Аркадий, — спокойно ответил Орлов.

Тот тут же перевёл взгляд на меня и я сразу почувствовала это. Не просто мужской интерес.

Нет. Хуже.

Он смотрел на меня, мысленно уже представляя, как именно я выгляжу без этого платья.

— А это, значит, та самая загадочная супруга, — протянул он с улыбкой, от которой меня мгновенно передёрнуло. — Должен признать, Константин, вкус у тебя с годами не испортился.

Я натянуто улыбнулась. Константин остался внешне абсолютно спокоен. Но я почувствовала, как его ладонь на моей талии чуть тяжелее легла на ткань платья.

— Натали, — представил он меня спокойно.

— Аркадий Серов, — мужчина чуть наклонил голову, а затем, не спрашивая разрешения, взял мою руку и поднёс к губам. — Очень рад знакомству.

Я выдержала. Даже не дёрнулась. Не отдёрнула руку. Только вежливо, холодно улыбнулась.

— Взаимно.

— Не сомневаюсь, — усмехнулся он. — Такая женщина всегда украшает вечер.

— Натали украшает не только вечер, — ровно заметил Константин.

Аркадий улыбнулся шире и продолжил:

— Верю. Но всё же, Константин, ты не можешь отрицать очевидное — рядом с такой женщиной хочется забыть даже о политике.

— Тогда тебе стоит почаще напоминать себе о самоконтроле, — сухо ответил Орлов.

Я почувствовала, как воздух вокруг нас становится чуть холоднее. Но, к сожалению, на этом всё не закончилось. Аркадий, вместо того чтобы понять границы, только ещё больше расплылся в улыбке и повернулся ко мне:

— Если этот вечер станет для вас скучным, Натали, надеюсь, вы хотя бы позволите мне украсть у вашего мужа один танец.

И вот в этот момент за моей спиной раздался знакомый и хорошо узнаваемый голос. Низкий и настолько спокойный, что мне сразу стало нехорошо.

— Не советую.

Я даже не оборачивалась. Не надо было.

Я и так знала.

Виктор

.

Аркадий удивлённо перевёл взгляд ему за моё плечо.

— Прошу прощения?

— Говорю, — Виктор подошёл ближе, и я буквально кожей почувствовала, как рядом с нами сгущается напряжение, — не советую тебе проверять, насколько уместно лапать чужую женщину.

— Виктор, — холодно произнёс Константин.

Но тот уже вообще никого не слышал.

Я медленно повернулась и едва не выругалась вслух. По его лицу сразу стало ясно: он уже на грани. Глаза тёмные. Челюсть жёстко сжата. Улыбки… ни грамма. Только тот самый взгляд, который я уже научилась распознавать. Взгляд человека, у которого внутри сейчас всё полыхает.

— Ты, кажется, путаешься в формулировках, — спокойно, но уже ощутимо напряжённо сказал Аркадий. — Я всего лишь проявил вежливость.

— Да? — Виктор усмехнулся без капли веселья. — А со стороны выглядело так, будто ты сейчас слюной захлебнёшься.

— Виктор! — уже жёстче повторил Константин.

— А что? — тот перевёл взгляд на отца. — Я просто помогаю человеку не позориться.

Твою мать…. щё секунда — и будет скандал

.

Скандал, который потом будут смаковать все, кому не лень. И он нам сейчас вообще не нужен. Поэтому, не давая никому времени на новую реплику, я резко шагнула вперёд и положила ладонь Виктору на предплечье. Он тут же перевёл взгляд на меня. Но я не позволила себе показать, как он на меня подействовал… только мягко, почти сквозь зубы, произнесла:

— Пойдём.

Виктор даже не сразу понял, поэтому смотрел на меня широко распахнутыми глазами.

— Что?

— Я сказала, — я чуть сильнее сжала его руку, — пойдём.

На секунду мне показалось, что он сейчас просто пошлёт меня к чёрту прямо при всех.Но, к счастью, в нём всё-таки осталось ровно столько здравого смысла, чтобы понять: либо он сейчас уходит со мной, либо через минуту здесь взорвётся всё.

Он тяжело выдохнул через нос. Потом перевёл взгляд на Аркадия.

И процедил:

— Тебе повезло.

— Это вряд ли, — лениво бросил тот, но уже заметно осторожнее.

Я не стала ждать продолжения и потянула Виктора за собой. Чувствуя, как от его злости буквально искрит воздух, повела его прочь из зала. Через длинный коридор, мимо высоких зеркал и множество дверей.

Подальше от чужих голосов, музыки и смеха, которые с каждым шагом становились всё глуше. И только когда мы наконец свернули в полутёмный служебный проход, где уже не было никого, кроме нас, и редко проходящих мимо официантов с подносами, я резко остановилась.

— Ты вообще в своём уме?! — развернулась я к нему, почти шипя. — Что ты, чёрт возьми, устроил?!