Страница 45 из 162
Чтобы меня кто-то ждал и можно было сесть на кухне в старой футболке, есть лапшу из коробки и смеяться над сериалом. Чтобы жизнь была просто жизнью, а не сделкой и не контрактом. Не ролью, в которую мне завтра придётся влезть с прямой спиной, холодным взглядом и идеально накрашенными губами.
Я горько усмехнулась сама себе.
Идеальная сука.
Вот кем мне теперь, кажется, придётся стать. Не плачущей, испуганной девочкой и загнанной сестрой. Не растерянной Натали, которая всё ещё иногда хочет просто свернуться клубком и исчезнуть. Нет. Если я уж вошла в эту игру, мне придётся играть по-настоящему. Холодно. Чётко и так, чтобы никто не увидел, как на самом деле дрожат у меня руки.
Я затушила сигарету о пепельницу, стоявшую на маленьком столике. Мне стало тошно от самой себя… Мне срочно нужно было выбраться из этой клетки, ну то есть квартиры, потому что если я сейчас не выйду куда-нибудь, не дам себе хоть каплю воздуха. А лучше шума, чужих лиц, алкоголя, хоть чего-то, что не пахнет клиникой, дорогими духами и чужим контролем, — я просто сойду с ума.
Это решение пришло внезапно и почти с облегчением. Я хочу в клуб. Хочу музыку, от которой дрожит грудная клетка. Хочу свет, который режет глаза. Коктейль, после которого хотя бы на полчаса станет чуть тише в голове и вспомнить, что мне двадцать пять, а не сорок, что я всё ещё живая и у меня всё ещё есть тело, а не только обязанность.
Я резко выпрямилась, стряхнула снег с плеч и зашла обратно в квартиру. И почти сразу почувствовала, как внутри начинает подниматься нечто странное. Не радость, но что-то похожее на злую, упрямую энергию. Я хочу хотя бы один вечер забрать обратно себе.
Хоть один.
Я пошла в спальню и распахнула гардеробную. Свет вспыхнул автоматически. Ряды одежды, идеально развешанной и расставленной, встретили меня безупречным порядком. Часть вещей уже была куплена для меня., потому что Орлов, видимо, решил, что проще полностью переодеть меня под свой вкус, чем терпеть мою старую, нормальную, человеческую жизнь. Иронично, но вкус у него был, чёрт возьми, отличный. Я провела пальцами по вешалкам и остановилась на платье. Черная комбинация с глубоким квадратным вырезом, подчёркивающим ключицы и грудь ровно настолько, чтобы это выглядело не вульгарно. Я сняла его с вешалки и пару секунд просто держала в руках, а потом усмехнулась.
Да… именно оно.
Сегодня мне хотелось выглядеть так, чтобы никто не подумал подойти ко мне с жалостью, а только с желанием, с интересом. С чем угодно, кроме сочувствия. Лучше я буду злобной сукой, чем жалкой овцой.
Я быстро приняла душ, смывая с себя день, запах больницы и тревоги. Потом долго стояла перед зеркалом, суша волосы, вытягивая их в гладкую, объёмную укладку, подкручивая концы так, чтобы рыжие пряди мягко ложились на плечи. Потом макияж, чуть темнее обычного. Стрелки. Холодный контур. Тушь. Матовые губы насыщенного, глубокого оттенка. Я надевала всё это, как броню. Слой за слоем. Платье село на тело идеально. Длинные сапоги на шпильке вытянули ноги, добавив рост, опасность и то самое ощущение, что сегодня я не собираюсь ни перед кем оправдываться.
Выгляжу как дорогая, элитная шлюха? Отлично, я этого и добивалась.
Я стояла перед зеркалом, глядя на своё отражение, и на секунду действительно замерла. Потому что, как бы мне ни хотелось сейчас цинично закатить глаза, правда была проста: я выглядела шикарно.Не просто хорошо. Не просто красиво. А именно так, как выглядят женщины, которых хочется разглядывать, которых запоминают и боятся трогать без разрешения. И, наверное, впервые за всю эту адскую неделю я почувствовала что-то похожее на крошечное, горькое удовлетворение.
Пусть. Если уж меня вытащили в этот чужой, дорогой мир, я хотя бы научусь смотреть на него без дрожи в коленях.
Я взяла маленькую сумку, телефон, ключи и, не давая себе времени передумать, вышла из квартиры.
***
«Хуже всего — встретить того, кто мог бы стать чем-то настоящим, именно в тот момент, когда ты уже принадлежишь своей катастрофе.»
Клуб встретил меня оглушающей музыкой, мерцающим светом и тем самым специфическим запахом ночной жизни, в котором смешивались алкоголь, парфюм, лёд, дым и человеческое желание на одну ночь забыть, кто они такие за пределами этого места.
Именно этого я и хочу. Забыть саму себя…
На входе охранник скользнул по мне взглядом, коротко кивнул и без лишних вопросов пропустил внутрь. Я вошла, и меня почти сразу окутал этот пульсирующий, искусственный полумрак.
То что нужно… Сегодня я слишком устала от реальности. Мне нужен был шум. Мне нужно было раствориться в толпе хотя бы на пару часов, не будучи ничьей будущей женой, ничьей обязанностью, ничьим проектом, ничьей жертвой. Просто женщиной в чёрном платье.
Я не пошла сразу в толпу. Не хотелось. Не было сил делать вид, что я готова танцевать и смеяться, когда внутри всё ещё стояло тяжёлым комом, поэтому я направилась к бару. Села на высокий стул, закинув ногу на ногу, и положила клатч рядом. Барная стойка была холодной и гладкой под пальцами. Бармен подошёл почти сразу:
— Что будете?
— Что-нибудь крепкое, — сказала я, даже не взглянув в меню.
Через минуту передо мной уже стоял коктейль в тяжёлом низком бокале, с янтарным оттенком и кусочком льда, медленно вращавшимся внутри. Я оплатила напиток остатком своих наличных. Не хотелось, чтобы этот вечер был испорчен звонком от Орлова, с претензиями о том, что я делаю в ночном клубе в ночь перед свадьбой, да и еще с целью напиться до беспамятства за его счет.
Я сделала первый глоток. Горько. Потом немного сладко. Я чуть расслабила плечи, опуская взгляд на танцпол, где люди уже двигались в рваном свете стробоскопов, сливаясь в единый, живой, шумный организм. Музыка била по рёбрам. Свет скользил по лицам. Смех, фразы, чужие прикосновения, звон стекла, вспышки телефонов — всё смешивалось в одно большое, пульсирующее ничто. И мне впервые за долгое время стало немного легче. Ровно до того момента, пока рядом со мной кто-то не остановился. Я почувствовала это раньше, чем посмотрела.
Но лучше бы, блядь, я это не делала…
— Надо же, — раздался знакомый, насмешливый мужской голос. — Рыжая катастрофа снова в деле.
Я медленно повернула голову и тут же узнала его. Даже несмотря на полумрак, музыку и лёгкий алкогольный туман в голове.