Прости меня, отец

– Я же говорил, – шепчет Роман, – чтобы брать мой член вот так, нужно попрактиковаться, – подмигивает он, и я знаю, что он пытается дать мне понять, что не осуждает.

– Очень смешно.

Потянувшись к бардачку, Роман достает влажную салфетку, продолжая держать меня на коленях и ласково не давая прикрыть грудь. Он тщательно вытирает мне рот, проверяя, чтобы не осталось ни следа рвоты. Он убирает растрепанные волосы, которые упали мне на лицо, за ухо, и проводит большим пальцем по линии челюсти; прикосновение посылает мурашки по спине. Моя голова кажется тяжелой, глазам тяжело оставаться открытыми.

Вытерев салон машины с помощью худи Луки, он выбрасывает его из окна и поднимает стекло, отгораживая нас от мира. Он не отводит взгляда от меня, пока трогает шрамы, и его прикосновение удивительно ласково, несмотря на голод в его глазах.

Скользнув рукой под низ моего купальника, он находит доказательство моего еще не угасшего желания, когда скользит пальцами по моим влажным складочкам.

– Как я и сказал, красавица, – шепчет он, его голос низко рокочет. – Я один могу касаться тебя вот так… только я могу заставить тебя чувствовать вот это.

Он подносит пальцы к губам и облизывает их с лукавой усмешкой. Мое тело инстинктивно подается вперед и падает на него, когда усталость берет свое; моя голова ложится в изгиб его шеи.

– Я знаю, что сказала, что не хочу нежности, – шепчу я, едва держа глаза открытыми. – Но не мог бы ты, пожалуйста, просто…

Без лишних слов Роман кладет меня на пассажирское сиденье, снимает худи и кутает меня в него. Он поднимает подлокотник посередине и снова тянет меня к себе, устраивая головой на колене. Он нежно перебирает пальцами мои волосы, убаюкивая меня.

Я слышу звук заводящейся машины, и гул мотора приближает меня к забытью.

– Ты меня погубишь, Иден, – шепчет Роман, постукивая пальцами по рулю. – И, боюсь, я буду наслаждаться каждой секундой.

Это последнее, что я помню перед тем, как скользнуть в пустоту.

1 Коринфянам 13:4–8а: Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине […]