Хаджиевы. Аслан

Глава 15

— С каким условием? — тут я почувствовала, что мне подурнело. Что еще придумал этот придурок?

— Юрьевич стареет. Сдавать начинает. Воруют у него из-под носа. Я пока не буду его увольнять, но приставлю к нему свою помощницу. Тебя. Ты будешь следить за всем. Начиная с кассы и заканчивая тем, сколько раз за смену выходят курить официанты. Каждое движение, каждый разговор. Ты будешь видеть и слышать все, что происходит в клубе.

— Подожди, ты что... Ты хочешь, что я тебе стучала?! На своих же?!

— Называй это как хочешь. Но это теперь твои должностные обязанности. За каждый косяк, за каждое воровство, за каждую мусоринку на кухне отвечать будешь ты. Поэтому либо пресекай это, либо получай за всех. Будешь нормально работать, никто к вам больше не придет, а ты сможешь выплатить свои долги. Ну или долги твоей чудо-семейки. Тебе виднее. И еще кое-что. Жить теперь ты будешь у меня в квартире. Там, где ты мне вазой впечатала, — произносит это с ухмылочкой, будто намекая, что ничего не закончилось. И не закончится.

— Что?! В квартире, где ты хотел меня поиметь? Решил закончить начатое? — тут же вспыхнула я. — Размечтался!

Он не только своей крыской меня хочет сделать, он еще и в свою постель хочет меня уложить. Тогда не вышло, решил доделать?

— Если бы я тупо хотел тебя поиметь, как ты некрасиво выразилась, я бы сделал это еще в тот вечер. И никто бы мне не помешал. А квартиру считай поощрением. Не задолбалась прозябать в притоне? Не тошно еще от перегара? Короче, это мое условие. Только после того, как ты согласишься выполнить мои условия я отозву всех, кого на тебя натравил. И даже Марине с рынка отдам деньги за испорченную рыбу. Займы отчима сама погасишь. Ну и на выпивку матери хватит. В общем, хорошая зарплата и комфортное жилье.

— Ааа, так вот чем ты хочешь меня купить? Зарплатой и жильем? Думаешь, я буду с тобой жить? Серьезно, Аслан?

— Я там не живу. Квартиру я использую крайне редко, когда не хочется ехать за город. Но если ты боишься, что я тебя там попользую...

— Да, я боюсь! Я согласна на все, лишь бы ты оставил в покое мою семью, кроме постели. Спать я с тобой не буду. Никогда. Понял? Хоть кого натрави! — я вздернула нос, а он заухмылялся. Так бы и стерла эту ухмылочку. Вазой.

— Обещаю, что не трону тебя, пока ты сама не раздвинешь ноги, как ты выражаешься. Я тебе даже дам ключ от свободной комнаты, где ты сможешь закрыться от меня, если что. Договорились?

— Нет, я не могу! Ни за что не буду жить у тебя!

— Будешь. Иначе завтра еще кто-нибудь нагрянет. Твоему отчиму опять достанется. Ну или из квартиры всю вашу развеселую семейку выпрут. Да много вариантов на самом деле. Я креативный.

Да уж... Креативная сволочь.

— Так значит, у меня нет выбора?

— Есть, конечно. Если кто-то захочет купить пропитые почки твоего отчима, то вы сможете рассчитаться с долгами. Нооо... Я бы особо не надеялся, — продолжал забавляться он. — Кстати, тебя мама ко мне жить отпустит? Или ей пофигу?

Я сглотнула. Опять бьет наотмашь своими словами. Жестокий, избалованный козел.

— Не трогай маму, — процедила я сквозь зубы.

— Понимаю. Маму не трогаю, — в его взгляде всего на секунду появилось что-то человеческое. Но оно тут же исчезло. Да и не было его. Мне просто показалось. У таких, как он, нет совести, нет души. Они могут лишь покупать, шантажировать, принуждать. Ломать об колено.

Только не получится у него сломать меня. Я еще не сдалась, что бы он там себе не напридумывал.

— Если ты посмеешь меня тронуть в своем логове, то я...

— То ты за вазу возьмешься. Понял уже.

Он уверенно шагал впереди. Настоящий хозяин...

Я торопилась следом, предчувствуя шок персонала, который они сейчас испытают. По его приказу Юрьевич собрал всех у подсобки. Там, где еще совсем недавно казнили меня, как воровку.

Когда мы пришли на место, первой я увидела Лику. Она удивленно вскинула крашенные брови, а потом перевела взгляд на Аслана.

— Юрьевич, — заговорил Хаджиев. — Я тебе уже говорил, что мне не нравится то, что творится в клубе. То у тебя камеры отключаются, то деньги из кассы пропадают, то официантки посетителям хамят. В клубе бардак. И мне это надоело. Это мой клуб. И в нем будет порядок. С сегодняшнего дня с тобой будет работать мой человек. Подчиняться она будет только мне. Выручка, отчетность — все будет проверять она. Скажем так, следить за порядком. Знакомить вас не буду, вы уже знаете друг друга, — он повернул лицо ко мне. — Приступай, Дина.

Я правда пыталась держать голову ровно и смотреть вперед, но в какой-то момент мой взгляд сполз вниз.

— Она? Она же сама деньги из кассы... — начал было Юрьевич, но Аслан его перебил.

— Не она. И вы все это запомните. А если нет, я найду виновного и вышвырну взашей, — он посмотрел на Лику, а та мгновенно побледнела. — Мне лезть в это или лучше не надо?

Все замолчали, перешептывания стихли.

— Работайте, — бросил Хаджиев и вышел в зал, а я поспешила за ним и схватила его за рукав рубашки. Он остановился, удивленно повернулся ко мне. Смерил взглядом, остановился глазами на моей руке, сжимающей ткань его рукава. Я отпустила. — Что еще?

— Ты хоть понимаешь, что они меня теперь сожрут заживо? Ты меня сейчас во всеуслышанье объявил стукачкой!

— А ты сделай так, котенок, чтобы они подавились, когда будут жрать. А будешь ты стукачкой или моей помощницей — решать тебе. Все, не трогай меня. У меня много дел. К концу смены все отчеты по бару и кухне ко мне на стол. А потом я отвезу тебя домой, соберешь свои вещи.

— Что, прям сегодня? Ночью? Ты мне даже не дашь времени на переезд? — я пялилась на него во все глаза, а он снисходительно усмехался.

— Можно подумать, у тебя там есть что перевозить. Я тебе озвучил свои условия, в чем дело? Ты с чем-то не согласна, так я еще не отозвал своих людей. Коллекторы могут нагрянуть и посреди ночи.

— Я все поняла. Ладно, — бросила зло и, отвернувшись от него, пошла к бару.

Радовала ли меня новая должность и жилье? Нет. Я четко осознавала, что угодила в капкан, который расставил для меня Хаджиев. Знать бы, зачем ему все это...