Страница 83 из 84
– Они мне не семья! Это ты слабохарактерная и глупая девчонка, которой нужны покровители и благодетели, – презрительно ухмыльнулся мистер Чарльстон, укрепляя в мысли, что горбатого могила исправит.
И я без того терзалась сомнениями, что нам стоило видеться. Я до последнего себя уверяла, что не хочу его знать! Что мне плевать, как он там! Но когда эмоции чуть поостыли, а душа потребовала упокоения, я нашла в себе силы поговорить с родственником.
Нет, не примирения ради. Не прощения… А чтобы прямо посмотреть ему в глаза и сказать:
– Может и так, но зато я не мщу на пустом месте всему миру. Да, я одинока, но не озлоблена. И я не предаю своих из-за собственных ошибочных суждений. Я выбрала другой путь. Я выбрала ЭТУ семью! И знаешь что… наш предок, – а звали его Зверигор, – в своё время сделал то же самое. Не было предательства! Он сам рассказал остальным откуда сила Проклятых. Они его поняли! И не возненавидели! Но захотели узнать, как это можно исправить! Он объяснил, что ритуал нельзя отменить. Но он нашёл, как его немного переиграть! Зверигор запечатал в телах воинов души Тёмных: так сказать, посадил каждого в тюрьму подсознаний Проклятых. Но прекрасно отдавал себе отчёт в том, что это не значит, что мир в безопасности. В основе основного ритуала лежало открытие врат для Главного Тёмного и его верных демонов. Зверигор понимал, что впустил в мир Зло. И как бы он не пытался «запечатать» его внутри Проклятых, пока разлом между мирами существовал, Проклятые в полном комплекте, и сосуд для Главного на земле – миру грозит опасность. Вот тогда, на общем совете было решено: один из воинов должен умереть, дабы другие могли жить. Они предположили, что если один род прервётся, закроются и врата… Но это было ошибочным. Его убили, но разлом так и остался открытым! Вот тогда воины поняли, что им придётся остаться на острове, чтобы следить за Тёмной стороной. И никто не догадывался, что род Зверигор не прервался… Любимую с острова он отправил ещё до решения Проклятьях. Он не зная, что она уже носила под сердцем ребёнка… Поэтому не было предательства и заговора! Так сложились звёзды… И как бы абсурдно не звучало, но ведун не смог предвидеть такого…
– Лжёшь! – зашипел дядя, давясь злобой и ненавистью. Дёрнулся на стуле, прикованный к месту наручниками. Только так ректор позволил нам общаться. – Они! Его! убили! – отчеканил по словам дядя.
– Да, – не отрицала случившегося я, – но по его требованию! И честному жребию! Смирись, дядя, – добавила снисходительно.
Как бы дико не прозвучало, но мне его даже стало жаль. Столько лет ненависти… Сойти с ума можно, хотя, судя по поступкам и поведению дяди – эта участь его и нагнала.
– Твоя ненависть – на пустом месте. Зверигор даже в смерти остался предан своему делу… а ты, один из его потомков, всего лишь мелочное и злобное существо. Я не хочу быть такой! Я тоже выбираю семью Проклятых. Нравится тебе это или нет, ты одинок в своём заблуждении… У тебя больше нет меня! А теперь живи с этим!
Больше не искала с ним встреч.
У меня в душе всё разложилось по полочкам: мои демоны были спокойны.
Разве что…
Войр! Главный из них…
Я ощущала, что не до конца перед ним извинилась, раскрылась и доказала, что больше не делаю глупостей! Мне хотелось заслужить его прощения и любви. Я, правда, хотела стать достойной его внимания. Я очень хотела ощущать, что достойна быть его Парой!
Шанс это доказать выпал на балу.
– Не провоцируй, Лиса, – прищурился Войр, когда мы встретились в столовой за несколько дней перед праздником и на его прямой вопрос, иду ли я на бал, я чуть замялась. Для меня ответ был очевиден, а вот для оборотня, вероятно, нет. Это и сбило с мысли, я ведь была уверена на сто процентов, что с ним…
– Для всех будет безопасней, если мы туда пойдём вместе, – прозвучало многозначительной угрозой.
Я бы рассмеялась его упрямой ревности и прежнему волнению за наши отношения, но еле удержалась от «игр» на его нервах.
– Конечно, Кром, – кивнула, не сдержав улыбки.
И мне вновь, если такое возможно, похорошело. Это было как в романах: весна на душе, бабочки в животе… Я хотела улыбаться и танцевать.
Я больше не опасалась близости оборотня, да и все сомнения растворились, когда позволила чувствам заполнить сердце. Теперь во мне бурлило желание и ему их доказать. Меня распирало сделать что-нибудь такое, чтобы Войр больше не сомневался на мой счёт. Моя душа требовала подчиниться Крому и я… ускользнула с бала, где мы словно играли друг с другом. Были вместе, но на расстоянии. Наблюдали друг за другом, но со стороны.
Я не выдержала напряжения.
Решила впервые сдаться первой.
И меня призвала Луна…
Даже не знаю, как очутилась на нашей поляне, но когда прозвучал голос Крома, я смотрела на небо и ждала своего принца.
– Сбежать решила? – его упрёк нарушил тишину леса.
– Вот ещё?! – с вызовом фыркнула я, поправив подол длинного в пол платья, слегка запутавшегося в травинках.
– Ты же не думаешь, что я позволю тебе передумать, и опять мной играть?
– Нет, – но в душе разгоралось волнение. Я до сих пор была под впечатлением от того, что когда-то призналась и в чувствах, и в парности оборотню. Но если глядя в лицо смерти, это казалось нормальным, то теперь… наедине, при Луне… в ночи… слишком личным, почти интимным.
– Хорошо, тогда помни, я не давлю, но больше не позволю меня задвигать в угол.
– Не собиралась, – я даже улыбнулась, стараясь скрыть чувства.
– Хорошо, – снова кивнул Войр. – Больше не отталкивай меня! Если возникнут недопонимания или вопросы, поговори со мной. Не хочу гадать, что случилось. Ненавижу, когда Зверь во мне беснуется, прислушиваясь к зову пары. Просто он не всегда верно может истолковать чувства, и тогда… могут полететь головы.
– Жуть, – деланно нахмурилась я. – Ты уж его придержи, если что, – попыталась свести к шутке разговор. – А то я… глупая и порывистая…
– Боюсь, это выше сил человека. Зверь в вопросах безопасности и личного куда отчаянней. Я бы сказал, без тормозов, – повинился Войр, а секундой погодя добавил: – Да ты и сама знаешь. Видела его много раз. Последний… так и подавно. Я чуть академию не разнёс, пока тебя искал, – недовольно пробурчал, словно не хотел признаваться, а вот ляпнул, и приходилось договаривать.
О том, что Войр порушил стены и двери, пока мчался меня спасать, было известно всем. Но я как-то не сопоставляла что, как и почему – приняла за факт, Кром вновь сорвался, и всё!