Страница 67 из 91
Одда – крупный портовый город на западе Драэра. Я никогда там не бывала (как, в принципе, и нигде, кроме Борга и Леверны), но много слышала об Одде. О том, что в гавани этого суматошного города причаливают корабли со сказочных Золотых берегов, привозя с собой специи, пряности, масла, самоцветы и тончайшие шелка, а уходят с трюмами, полными мехов, бархата и ларцов со слезами гротхэна. Или, скорее, ма-а-аленьких таких шкатулочек, потому что находить месторождения этих камней было непросто.
— И больше никого? – Хьяртан остановился, пристально посмотрел на Снежного.
Тот, казалось, занервничал, а может, мне просто безумно хотелось верить, что где-то здесь находится моя мама.
— Близких родственников не имеем, а дальние наведываются к нам очень редко, – развел руками Мелихар, после чего с елейной улыбкой поинтересовался: – Надеюсь, ваше величество не откажется с нами отобедать?
— Обедать еще рано. Я бы сначала осмотрелся, – по-хозяйски проговорил Хьяртан. Не обращая внимания на то, как помрачнел отпрыск герцога, ускорил шаг, торопясь скорее оказаться в замке.
Обменявшись с Бьяртмаром взглядами, я поспешила за его величеством и едва не споткнулась, заметив, как Родуэлл-младший резко обернулся. Прозрачные, как талая вода, глаза встретились с моими, правда, уже спустя секунду Снежный понесся за Хьяртаном, что-то негромко ему рассказывая.
— Такое ощущение, что он вас узнал, – задумчиво пробормотал Бьяртмар, глядя вслед ускакавшему Снежному.
— Готова поклясться, что никогда раньше его не видела.
— Хьярт говорил, что вы с норрой Оллиной были похожи. – Снежный нахмурился и, вскинув голову, оглядел взлетающие к мглистому небу башни.
— Мы ведь не уйдем, пока все здесь не осмотрим? – спросила с надеждой.
— Хьяртан точно не уйдет, – заверил Снежный.
И действительно, его величество неожиданно превратился в крайне любознательного сюзерена. Хьяртана интересовало все! Каждая комната, каждый закуток. Мы поднялись в башни, спустились в подземелье, хотя было видно, что Родуэлл не получает ни малейшего удовольствия от этой экскурсии. Заглянули в погреб и в крыло прислуги, посетили конюшни, псарню. Один из солдат сунул нос даже в голубятню.
С каждой минутой осмотр замка все больше походил на обыск, хоть Хьяртан и продолжал делать вид, что просто интересуется жизнью своих подданных. Перед каждой новой дверью, которую нам предстояло открыть, во мне вспыхивала надежда, что вот сейчас, еще пара мгновений, и я снова ее увижу.. Но при виде очередного пустынного помещения внутри будто что-то надрывалось.
Ломалось и рвалось.
Мне так сильно хотелось увидеть маму, поверить, что она чудесным образом осталась жива, что в какой-то момент начало казаться, будто я чувствую согревающее тепло солнечной магии, хотя в замке было промозгло, темно и пустынно, словно дневное светило не желало в него проникать.
В этом месте было так же одиноко, как сейчас в моем сердце.
— Где она?
От неожиданного вопроса его величества застыли все, и я в том числе.
— О.. она? – растерянно переспросил Родуэлл, после чего попытался выдавить улыбку. – И правда, что это я! Совсем ничего не рассказал вам о жене! Карола с детьми отправилась в деревню, но к обеду они обязательно вернутся. Супруга будет счастлива быть представленной вашему величеству и..
— Где солнечная чародейка? – резко перебил его Хьяртан. Настолько резко, таким ледяным тоном, что даже у меня внутри все похолодело. – Женщина, которую твой отец похитил из Борга десять лет назад. Где. Она?
Голос Снежного стих, и в холле, куда мы вернулись, обойдя прилегающие к замку строения, воцарилась тишина. Несколько секунд, минута.. Родуэлл молчал, глядя правителю в глаза, пока наконец не выдавил:
— Я не понимаю, о чем вы, ваше величество. Я..
И тут меня накрыло. Едва ощутимое тепло, которое я не то чувствовала, не то просто себе напридумывала, вдруг накатило жаркой волной, словно в меня плеснули кипятком. Я сорвалась с места, толком не понимая, что делаю, и бросилась к лестнице.
— Ливия!
Хьяртан не успел меня остановить. Никто не успел. Никогда я еще так не бегала. По ступеням взлетела как порыв ветра и еще быстрее понеслась по галерее. Двери, двери, двери.. Мы здесь уже были, мы все это обходили, но..
— Ливия! – позади звучал встревоженный голос Снежного.
Добежав до конца коридора, я уперлась в стену, украшенную портретом. С него на меня с жестким прищуром смотрел эрцгерцог в окружении сыновей. От его изображения веяло холодом и тьмой, в то время как из-за стены, как бы безумно это ни звучало, до меня доносилось тепло.
— Что на тебя нашло?! – Хьяртан нагнал меня первым.
— Там.. – Я бросилась к стене, заскользила ладонями по щербатой кладке. – Там что-то есть!
— Родуэлл! – прорычал Снежный, и будущего герцога в одно мгновение подтащили к нам. – Открывай!
Рискуя слиться цветом лица со снежинками на витражах, Мелихар промычал:
— Ваше величество, я уже ничего не понимаю. Я показал вам замок, сделал все, что вы пожелали!
— Открывай, – схватив лжеца за грудки, глухо приказал Хьяртан.
— Открывать что? Вы же видите, здесь стена! – голос герцогского наследника взметнулся до жалобного фальцета.
Но жалости к нему я не испытывала. Наоборот, хотелось оказаться на месте Эртхарда, схватить мерзавца и трясти, пока не перестанет ломать комедию.
— Открывай или больше никогда не увидишь ни свою жену, ни детей, – тихо пригрозил Снежный, нетерпеливо добавив: – Не будь идиотом и не взваливай на себя преступления отца, за которые одному из вас, так или иначе, придется отвечать!
Что-то прикинув в уме, Мелихар решил, что ни за чьи преступления отвечать он не собирается. Кивнул, сдаваясь, а когда Хьяртан отпустил его, скользнул пальцами по картинной раме. Раздался щелчок, едва уловимый, чуть слышный, и стена с недовольным скрежетом подалась назад. Жар, который я теперь явственно ощущала, ударил в лицо, опалил и сердце, и плоть.
Не отдавая себе отчета в том, что делаю, бросилась во тьму. Первой спустилась, скорее скатилась по ступеням, слыша за спиной окрики Снежного, а впереди чувствуя, ощущая каждой клеткой своего естества солнечную магию.
Она была там.
Она. Там. Была!
Тихий женский вскрик, приглушенный и слабый, смешался с глухим рычанием не то человека, не то животного. Рванув на себя дверь, к которой подлетела за два удара сердца, я увидела женщину и склонившегося над ней Снежного.
Сжатые в кулак пальцы.. Острый клинок изо льда..
Нацеленный прямо в грудь Оллины Селланд.