Страница 55 из 91
Я не ответила. Продолжать общаться с этим типом не было никакого желания. Хотелось одного: чтобы скорее отсюда убрался и перестал колоть меня взглядом.
— В замке достаточно нэри, с которыми можешь говорить хоть до посинения. А сейчас.. – Его величество недвусмысленно перевел глаза на распахнутые настежь двери, и Дойнарт оторвался от перил.
— Я же говорю, околдовала она тебя, Хьярт. Только ты один этого не замечаешь, а все видят. Все!
Он ушел, и напряжение сразу спало. Правда, вернулась неловкость. Особенно когда Снежный, нахмурившись, сказал:
— Ты дрожишь. – И тут же снял с себя камзол, чтобы набросить его мне на плечи.
Дрожать я не перестала. Наоборот, стоило его ладоням скользнуть по рукам, как мурашки отправились в очередное путешествие по коже.
— Что он тебе сказал? – тихо спросил Хьяртан.
— Что я ничтожество и, возможно, преступница.
— Преступница?
— Ваш брат считает, что я могу быть как-то связана с теми, кто пытался вас уничтожить.
— Я в это не верю.
Он сказал это так быстро и уверенно, что стало ясно: не верит. А потом шагнул ближе, и я почти почувствовала его дыхание на своих губах.
— В тебе слишком много света, Ливия. В твоем сердце просто нет места для тьмы. Пусть мы знакомы недолго, но мне не перестает казаться, что я знаю тебя давно. Знаю, что ты неспособна причинить боль. А я не позволю, чтобы кто-нибудь причинил боль тебе. И себе тоже больше не позволю тебя ранить. Обещаю.
От такого заявления у меня пропали и слова, и дыхание. Я застыла, глядя ему в глаза, а он смотрел на мои губы, и от этого взгляда внутри меня что-то вспыхивало и разгоралось.
— Ливия.. – хриплый шепот обдал жаром.
Почувствовала тяжесть королевской ладони на талии, но решить, сбросить эту ладонь или ну его, не успела. Поблизости послышался звонкий женский смех, который резко оборвался. Хьяртан отстранился и хмуро посмотрел на появившуюся на террасе хохочущую компанию.
— Ваше величество.. – Нэри зарделись и заприседали в реверансах, стараясь сильно на нас не пялиться, но получалось у них плохо.
Кивнув им, Снежный протянул мне руку.
— Вернемся в зал?
— Одну минуту.. Фабиан!
Брат наконец-то изволил меня услышать. Подлетел к террасе, раскрасневшийся, запыхавшийся, улыбающийся.
— В зал, – велела я строго.
— Ты чего рычишь, Лив? – весело выдохнул он. – Я ведь всего лишь летал!
Всего лишь.. Говорит так, словно он птица, а не мальчик с.. тут же мысленно себя одернула, напомнив, что скоро брат поправится. Летать точно не сможет, но бегать, как раньше, будет обязательно.
— Пойдем, – сказала уже мягче и следом за его величеством направилась к распахнутым дверям.
Уже в зале вспомнила, что на мне камзол Снежного, и это видят все, кто на нас смотрит. А смотрела добрая половина придворных: на меня в чужой одежде, на Хьяртана, оставшегося в одной рубашке.
— Потанцуй со мной, – попросил он, снова протягивая мне руку.
Это был не приказ, не повеление, а тихие слова, произнесенные с надеждой.
— По-вашему, мы привлекли недостаточно внимания? – ответила так же тихо.
— Сегодня ночь чудес, так почему бы нам не продолжать всех удивлять? – весело отозвался Хьяртан.
Неужели он действительно умеет веселиться?
— Потанцуй, Лив, – дернул меня за юбку Фабиан. – Ну же, давай..
Отказать его величеству на глазах у всего двора я не могла, да и, честно говоря, отказывать не хотелось. Секунда, и рядом нарисовался слуга, забрал камзол, а моя ладонь несмело коснулась руки Снежного. Нежная музыка увлекла нас в центр зала, а следом за нами потянулся шлейф из удивленного шепота и пристальных взглядов.
Только оказавшись среди танцующих, в полушаге от Снежного, я осознала, на что подписалась. Танец теней – один из самых откровенных, интимных. Томная тягучая мелодия разлилась по залу, и ладонь короля легла мне на талию. Другой рукой он коснулся моего предплечья, скользнул пальцами по обнаженной коже, медленно, будто лаская, а потом сплел наши пальцы.
Музыка подхватила нас и вместе с магическими огнями закружила по залу. В какой-то момент я поняла, что больше не чувствую на себе чужих взглядов, меня не донимает назойливое внимание, вообще никого не замечаю.
Никого, кроме Хьяртана..
Незаметно стерлись лица, исчезли, растаяли фигуры. Я видела только ведущего меня в танце мужчину. Чувствовала его прикосновения, скользящие, осторожные, нежные.
Мы ни о чем не говорили, да и слова были лишними. Важны были только мы двое и соединившая нас чарующая музыка. Я почти забыла не только о придворных, но и о том, кто он и кто я. Что нас связывало, а что разделяло. Почти забыла..
А потом Хьяртан устало прикрыл глаза.
— Вам плохо? – тут же вернулись и тревожные мысли, и беспокойство за мужчину, за которого я не должна была переживать, но почему-то переживала.
— Наоборот, очень хорошо, – пошутил он. – Настолько, что все кажется ненастоящим.
— Но..
— Лив, – мягко перебил он, и не знаю, что удивило больше: теплые нотки в его голосе или то, как он меня назвал. Лив.. – Все хорошо.
Когда музыка стихла, Снежный поклонился, благодаря за танец, и коснулся губами моей руки. Это было не обязательно и не по этикету, но он это сделал. После чего вернулся на трон, возле которого его дожидалось трио нордов, я же осталась с Фабианом.
— Здесь столько вкуснотищи! – с восторгом заявил брат. – Пойдем покажу. Ты ведь еще не ела!
Фабиан потащил меня к столам, ломящимся от яств, к созданию которых наверняка приложила руку и Дорота. В последние дни она все больше времени пропадала на кухне в обществе главного королевского повара, в котором явно нашла родственную душу. Вот и сегодня с утра пораньше предавалась любимому занятию, только ближе к вечеру забежала к нам, чтобы поздравить с праздником.
— Даже не знаю, кто тебе идет больше: его величество или его брат, – накладывая себе в тарелку всего и побольше, принялся бесхитростно рассуждать Фабиан.
— Ни один из них, – смутившись, нервно отрезала. – Не говори ерунды!
— Почему сразу ерунды, – насупился он. – Ты моя сестра и заслуживаешь самого лучшего на свете мужчину!
— По-твоему, Снежные – самые лучшие? – спросила я с усмешкой.
— Еще бы! – с искренней уверенностью заявил брат, выразив одной коротенькой фразой все свои чувства к ним.