Страница 18 из 49
Когда Коля закончил и ушел грызть семечки, на сцену бодро вышел Петька — тот самый подросток, вечно гоняющийся за нашей местной звездой Маринкой. На нем была бейсболка задом наперед, футболка с надписью «РЭП — это я».
— Дамы и господа! — заорал он в микрофон, вызывая хрип и пуканье звука. — Сейчас будет рэп-баттл!
Собравшиеся оживились.
— Кто против? — крикнул Петька, озираясь. — Где тут мой соперник?
Неожиданно для всех, отряхивая руки после пирожка с капустой, вперед вышел Виталий Игнатович, школьный бухгалтер. Тридцать семь лет, очки, клетчатая рубашка и борода, которая делала его похожим на Льва Толстого.
— Я, — сказал он, поднимаясь на «сцену». — Я тебе покажу рифму, сынок.
Петька начал:
— Йо, я тут самый главный, не лезь, Виталик, Твой стиль — как борщ с компотом: как-то банальненько. Я читал в TikTok’е, как качают районы, А ты читал «1С» и газету «Аргументы и факты»!
Толпа захлопала, Игорь мигнул гирляндой, словно поставив «лайк».
Виталий Игнатович поправил очки и сдержанно ответил:
— Ты тут флексишь, малец, будто ты мегазвезда, Но твой стиль — как козел: только блеет и мчится туда-сюда. Ты в рэпе — как утка в борще, не к месту, А я — как налог: придется платить, даже если не квест тут.
— Опа-а-а! — раздалось из толпы. — Виталий Игнатович, впер-е-е-д!
Петька не сдавался:
— Ты читаешь налоги, я читаю жизнь, Мой стиль острый, как серп, я рэпом дышу! У меня есть лайки, у тебя — старенький комп, Я вайблю на лавке, ты — на даче у тетки.
Виталий Игнатович продолжил философски:
— Ты лайкаешь мемы, я лайкаю суть, Твои рифмы пусты — как клубника в декабрьский путь. Ты хочешь хайпа, я хочу уюта, Твой рэп — как шашлык без лука: вроде мясо, а вкус — как у каблука.
Петька сдался. Толпа аплодировала стоя (ну, в смысле, кто стоя, кто сидя на лавочках, но душой — стоя).
Елисей, стоявший рядом со мной, склонился и прошептал:
— А я ведь думал, что рэп-баттл в деревне — это шутка.
— В нашей деревне все не шутка, — ответила я. — Даже борщ может звучать как хип-хоп, если постараться.
Победителю вручили банку домашнего варенья. Петьке — утешительный лимонад и объятия от Маринки (которые он, конечно, не заслужил, но зато со сцены спустился с видом победителя по жизни).
Когда выступления закончились, начались танцы, но до них уже дошли не все. Кто-то просто сидел на лавочке с квасом и семечками, а двое подростков дергали гирлянду, проверяя, не сгорит ли она, если к ней подключить чайник.
Я фыркнула. А потом снова посмотрела на Елисея.
Он стоял у стены — простой, как утро в деревне. И такой.. настоящий. Не герой со страниц глянцевого журнала, не вырезанный из мечты, а живой, чуть небритый и с искренней улыбкой.
— Пойдем? — спросил он, протягивая руку. — Потанцуем?
Я хихикнула:
— Сначала я хочу посмотреть, кто тут танцует. Может, нам стоит поберечь ноги.
Мы стали наблюдать. Танцы уже шли полным ходом. Аня и Маргарита, вдовы в коротких платьях, с ярким макияжем сражались за внимание дяди Вани, местной звезды. Он был в кроссовках, майке с тигром и танцевал так, будто у него в пятках были моторчики. Вокруг него крутилась Татьяна-почтальонша под хит группы «Руки Вверх».
— Ты видел? — донеслось до нас справа. — Она его три года добивается. Может, сегодня ее вечер.
— Я боюсь, если он закрутится быстрее, у нее пойдут искры из глаз.
Народ визжал от счастья, когда Игорь сменил «Руки Вверх» на «Комбинацию». Виталий Игнатович начал танцевать в центре круга, при этом так отчаянно тряс ногами, что пыль стояла столбом.
Я смотрела и не могла перестать улыбаться.
— Ну? — Елисей снова протянул руку. — Или хочешь сидеть тут до тех пор, пока Игорь не поставит «Despacito»?
Я поднялась.
— Только пообещай, что если я начну танцевать как Татьяна, ты сделаешь вид, что мы не знакомы.
Он обнял меня за талию.
— Если ты начнешь танцевать как Татьяна, я женюсь на тебе прямо сегодня.
Танцевать на деревенской дискотеке — это как ездить на велосипеде по картофельному полю под тяжелый рок рядом с трактором. Ноги не слушаются, пол трясется, музыка скачет, рядом кто-то визжит, сзади подпрыгивает Макар в трениках с лампасами. Но, честно говоря, мне было все равно.
Потому что Елисей держал меня за руку.
Мы кружились под что-то ритмичное и ужасно бодрое. Я наступала ему на ноги, он случайно врезался в Татьяну, та засмеялась:
— Ну ничего, Елисей, если упадешь — мы тебя в сено положим, отдохнешь как настоящий королевич!
Следующая песня была медленная. Словно по команде, все пары сблизились. Даже Ваня с Татьяной наконец обнялись: она прижалась к его широкой груди, он дышал тяжело, как трактор на подъеме. А мы стояли в сторонке. Елисей молчал. Я тоже.
— Хочешь.. — Елисей склонился ближе, — я покажу тебе звезды?
— Прямо сейчас? У тебя телескоп есть?
— Ну, может, не все. Но самые яркие точно.
Мы вышли на улицу. Под ногами хрустела выгоревшая на солнце трава, над нами плыли звезды — яркие, такие далекие и близкие одновременно. Как только мы отошли подальше от бухающего музыкой клуба, стало тихо. Только сверчки, редкий лай где-то вдали и запах летней ночи.
Волшебство, начавшееся с нашей прогулки, продолжалось. Оно таилось в летних ночных ароматах и в тишине, снова окутавшей нас, и даже в шелесте наших шагов. Оно было вокруг, как и говорила Степанида — неосязаемое, но постоянное, вечное, бесконечное.
Елисей остановился, обернулся ко мне.
— Завтра домой?
— Нет, я останусь. До конца лета точно, а там видно будет.
— Не будешь скучать по городу?
— Может быть. Но тут будто душа в тело возвращается. Понимаешь? Я.. я как будто сняла с себя бетонный костюм. И осталась в платье и кедах.
Он улыбнулся и взял меня за руку.
— Тогда все правильно. Я давно не видел никого, кто смеется так, как ты.
— Это просто день сегодня такой.
— Возможно. Но, Василиса..
Он замолчал. Я смотрела на него.
И вдруг Елисей склонился ко мне, коснулся губами моего лба.
— Спасибо, что подарила мне сказку.
Я вздрогнула: в его простых словах было так мало подтекста, но все равно мне показалось, что наша с ним история развивается слишком стремительно.
— Мне там сено обещали, — сказал Елисей, — где прилечь можно? Вот был бы кайф..
Я расхохоталась:
— Ты понимаешь, что если бабушка увидит меня рядом с тобой и с сеном, она достанет веник? И он поломается?
— Я куплю ей новый веник. С Bluetooth.
Я рассмеялась громче, но добавила уже серьезно:
— Спасибо, что выбрал не вечер в ресторане, а местный концерт с баяном и бабушками.