Страница 25 из 61
Глава 7
Мой чуткий слух уловил шуршание листьев, а затем шаги по песку. Вскинулась и заметила идущего ко мне невысокого молодого мужчину в белом. Слугу. Человека. Подойдя ближе, он поклонился мне и неожиданно заговорил за легорийском:
— Пиретта Венера, добро пожаловать на остров Найя, что означает «радость». Меня зовут Альваро, верховный назначил меня вашим помощником.
Произношение у него было не таким чистым, как у Рамона или Мишель, со слишком явным акцентом, но я его понимала. Я его понимала! Действительно радость.
— Вы здесь, чтобы шпионить за мной? – уточняю я, но Альваро лишь открыто улыбается, обнажая белоснежные зубы.
— Если вы подразумеваете заботу о вашем благополучии, то да. Я здесь ради этого и еще немного для языковой практики.
Хитро!
Интересно, чем ему Мишель не угодила? Или с ней он не практикуется? Хотя какое мне дело до пассии Рамона, пусть он с ней разбирается, я только что пообещала своему малышу любовь и заботу. Вот и буду любить и заботиться!
— Что входит в обязанности моего помощника?
Если бы не обстоятельства моего нахождения на «радостном» острове и отсутствие интернета, мне бы понравилось. Да что там – весь день Альваро только и делал все, чтобы мне здесь понравилось. Для начала меня проводили в заботливые руки невысоких, но крепких массажисток, которые устроили мне настоящий СПА-рай, разминая мое тело и втирая в кожу и волосы разные масла. Неудивительно, что после всех этих процедур я снова вырубилась на пару часов, а когда проснулась, внизу меня ждал обед из множества мясных закусок, какого-то местного наваристого супа и свежих овощей. Альваро отказался есть, но присоединился ко мне за едой и все время пил ледяной чай из местных трав.
— Он здорово освежает. Когда круглый год живешь в тропиках, начинаешь ценить прохладу.
— На материке не так?
— Вилемия большая и разная. Я родился на севере страны, зимой там холодно.
— Думаю, не так холодно, как у меня на родине.
При упоминании Легории у мужчины зажглись глаза:
— Расскажи о ней. Я мечтаю там побывать.
Да, я почти сразу попросила, чтобы мы перешли на «ты»,
— Ты никогда не был в Легории? – приподнимаю бровь. – И так хорошо знаешь язык.
— У меня была практика, – уклончиво ответил Альваро.
— Если ты любишь холод, тебе понравится. С некоторых горных вершин даже летом не сходит снег, а солнечные дни в Крайтоне можно пересчитать по пальцам.
Я, конечно, утрировала, лето и солнце в Легории тоже бывали, и даже в море можно было купаться. Вервольфам и людям-моржам.
— Здесь океан очень теплый, – сообщил Альваро.
— Но у меня нет купальника.
Что меня искренне расстраивало.
— Я думаю, мы можем решить этот момент.
— Чужой я не надену, – предупредила поспешно, представив, как мой помощник одалживает одежду у Мишель.
— Такое я бы даже не предложил, – понимающе усмехнулся парень. – Солнце на острове настолько агрессивное, что местные стараются поменьше обнажать тело и купаются в специальных костюмах. Я попрошу до завтра сшить тебе такой.
— Ты будешь лучшим мужчиной на свете!
Жди, океан! Завтра я погружусь в твои волны.
Во второй половине дня Альваро устроил мне экскурсию по острову, правда, настоял, чтобы я надела принесенную им шляпу. Чтобы избежать солнечного удара. То, что я гораздо выносливее любой человеческой женщины, его как-то не волновало, поэтому я не стала отказываться. Что говорить, подобная забота была мне приятна, а еще я не знала, как на жару или палящее солнце может отреагировать малыш. Благодаря его отцу почитать об этом я тоже не могла!
Сначала мы обошли территорию возле коттеджей и особняка, Альваро рассказал, что этому поместью более двухста лет, и что его восстанавливали из руин после разрушительной силы урагана. Но это было в прошлом веке. Особняк и острова, помимо этого было еще два поменьше, принадлежали семье людей, но сорок лет назад их выставили на торги и «Радостный» с младшими братьями перешел в собственность отца верховного старейшины.
— А где его родные сейчас?
Как бы ни хотелось в этом признаваться, сам Рамон интересовал меня гораздо больше истории острова.
— Отец верховного погиб, а мать, насколько мне известно, живет в стае на материке.
— В стае Рамона?
Альваро замялся, кажется, впервые за наше общение.
— Нет. Верховные старейшины не принадлежат ни к одной стае.
Я даже остановилась, как раз возле той беседки, где мы с Рамоном спорили утром.
— Это как?
— Таковы правила, но подробностей я не знаю. Лучше спроси у самого верховного. Кстати, можем подняться на гору, там есть смотровая площадка, и посмотреть на закат.
Альваро старательно избегал взгляда и так быстро сменил тему, что только очень наивная волчица подумала бы, что ему действительно ничего неизвестно. Наивность я потеряла давно. Ясно же, что мой помощник сболтнул лишнего!
Но что значит – нет стаи? Ее нет только у изгоев, какой была я. Верховного старейшину вряд ли можно считать изгоем, его власть практически не ограничена. Тогда это загадка. Мой истинный – сплошная тайна, которую хочется разгадать. Даже после случившегося сегодня. Тем более после случившегося сегодня в его спальне. Я хотела знать, как он это делает. Как лишил меня свободы воли. Как, даже не прикасаясь, превратил меня в стонущее, изнывающее от желания животное? Он же как-то это сделал, и мне надо знать, что и как, чтобы в следующий раз подготовиться. Противостоять этому притяжению.
До вершины горы мы добрались на джипе, и вид сверху оказался не просто великолепным, а каким-то сказочным. Теперь я смогла рассмотреть два других острова, поменьше того, на котором мы находились, но они были такими же зелеными с белыми штрихами естественных пляжей и отвесными скалами. В общем-то, острова и океан – единственное, на что здесь можно было смотреть: повсюду, куда хватало взгляда, простиралась бесконечная водная гладь.
— Сколько отсюда до ближайшей земли? – спросила у Альваро.
— Три часа на самолете.
Ничего себе!
— Далеко забрался, – пробормотала я.
— Что? Я тебя не расслышал.
— Хотела спросить: надолго ли улетит верховный?
— Этого я не знаю. Никто не знает. Спроси у него..
— Сама, – закончила за него. Прошлое мое «спроси» закончилось совершенно не так, как я планировала, так что останусь в счастливом неведении. Если, конечно, их верховное койотище не соизволит меня навестить. – Хорошо, я поняла. Что будем делать дальше?