Страница 58 из 82
— Потому что я хочу видеть, как ты его уничтожишь. Я хочу искупить свою вину за то, что просто наблюдал, пока ты умирала.
— А Цзи Сичэнь?
— А при чём здесь я?
Я обернулась и посмотрела на главу Тайной Канцелярии, который стоял в пяти шагах. Он нарушил обещание ждать у границы и решил сам заявиться сюда.
— Ты не умеешь ждать, Цзи Сичэнь. Я ещё не успел показать ей сад, а ты уже пришёл.
— Я не доверяю твоим садам. — Цзи Сичэнь подошел и встал за моим плечом. — Ты предлагаешь ей яд? Опять?
— Я предлагаю ей справедливость. Настоящую Слезу Истины.
— Ты решил сыграть по-крупному? Если узнают, что это ты дал зелье, то тебя казнят.
— Кто узнает? Я дам ему обычное успокоительное, а подменит его... ну, кто-то другой. Кто-то, кто имеет доступ к его вину на приёме, например. — Он посмотрел на меня.
— Ты хочешь, чтобы я подлила ему это? Но я не могу приблизиться к нему, потому что он сразу меня узнает. Он знает о моем существовании и о том, что я жива.
— А тебе не нужно приближаться, Юйлань, — вмешался Цзи Сичэнь и взял флакон. — Достаточно, чтобы это попало в чашу. У меня есть люди во дворце, которые как раз подольют ему эти снадобья.
— Нет, это должно быть сделано её рукой, по её воле. Это кармический закон, Сичэнь. Жертва должна нанести удар, иначе круг не замкнётся. Её душа никогда не будет упокоена с миром. — Шу Цзыжань недовольно поднялся.
Внезапно голоса стихли. Мы замолчали и только смотрели на маленький флакон со смертью. Тёмный принц — меч и защита империи. Безумный лекарь — яд и хитрость. И я — воскресшая жертва, которая должна была стать палачом. Безумный тандем.
— Я сделаю это. Но как?
— На императорском банкете будут выступать танцовщицы. Одна из моих сестер руководит ими. Они все будут в масках, и одна из танцовщиц должна будет поднести вино почётным гостям.
— Я не смогу танцевать с одной рукой, — указала на перевязь.
— А тебе не нужно танцевать сложные танцы. Ты будешь Тенью. По легенде, это танцовщица, которая неслышно скользит между остальными и подносит гостям вино. Очень символично для тебя: тень прошлого подносит чашу будущего. Или чашу смерти. Я буду рядом, ведь приглашён как личный врач императора, поэтому если что-то пойдет не так, то смогу помочь.
— И я буду там, — добавил Сичэнь. — Потому что отвечаю за охрану. Хоть меня и лишили звания стража, мои люди всё ещё там и смогут нас защитить.
— Значит, всё решено. Союз трёх, — произнёс Шу Цзыжань и протянул свою ладонь.
Я немного помялась, но положила ладонь поверх его. Сичэнь накрыл наши руки своей. Он был мрачен, но всё же решил довериться своему другу детства.
— Союз существует до тех пор, пока Гуань Юньси не падёт, — проговорил Цзи Сичэнь.
— А что потом? — спросил Шу Цзыжань с хитрой улыбкой.
— А потом я заберу её домой. Если ты попытаешься удержать её, то я вспомню, где у тебя находится сонная артерия, — ответил Сичэнь.
Шу рассмеялся.
— Договорились.
Остаток дня в долине прошёл на удивление спокойно. Шу Цзыжань, как и обещал, показал мне сад, но теперь рядом с нами был Сичэнь. Мы ходили втроём. Шу рассказывал о своих ядовитых цветах с таким вдохновением, словно читал стихи. Сичэнь шёл молча, но его присутствие меня успокаивало. Он то и дело касался меня: то поправлял плащ, то поддерживал под локоть, демонстративно показывая Шу Цзыжаню, что я принадлежу ему.
А я чувствовала себя странно. Недавняя ссора с Сичэнем ещё не забылась, но словно отошла на второй план. Решив оставить прошлое позади, сейчас я чувствовала себя так, словно у меня появилось ещё одно крыло. И теперь я могла долететь до самого солнца.
Вечером, когда мы собирались обратно в поместье, Шу Цзыжзань остановил меня у ворот.
— Возьми, — протянул он мне цветок. — Это редкий сорт, я вывел его сам. Он красив, но если его сорвать, то он выделяет сок, от которого немеют пальцы. Поэтому будь осторожна.
— Это я? — удивилась я, рассматривая цветок в руках.
— Это ты, магнолия, и ты больше не жертва, а хищный цветок. И мне нравится, что ты становишься такой.
— Не увлекайся, Цзыжань. — Сичэнь подошёл и по-хозяйски обхватил меня за талию, притягивая к себе. — Она никогда не попадёт в твою коллекцию.
— Это пока что. До встречи на приёме, — подмигнул Шу.
Мы сели в повозку. Когда мы отъехали достаточно далеко, Сичэнь с шумом выдохнул, словно всё это время держал воздух в груди и не мог дышать.
— Я ненавижу его. Он больной ублюдок.
— Но он полезный ублюдок, — возразила я, вертя в руках белый цветок с чёрными прожилками. Именно тогда Сичэнь вырвал его у меня и выбросил в окно.
— Эй, это моё!
— Не трогай то, что он даёт! У тебя и так одна рука не работает, не хватало того, чтобы и вторая полностью онемела!
Он притянул меня к себе и усадил к себе на колени, стараясь не задеть больную руку. Сердце в груди моментально подскочило. Я чувствовала его прикосновения и его тепло. Как он может? И это после нашей недавней ссоры!
— Ты провела с ним полдня, — проворчал он, зарываясь лицом в мои волосы. — От тебя пахнет так же, как и от его сада. Мне это не нравится.
— Ты ревнуешь? Ты?
— Да, я ревную. Потому что я тиран и не привык делить своё.
Он прикоснулся своими губами к моим. Я сначала не стала отвечать, но потом, когда поцелуй углубился, я уже не могла его игнорировать. Его рот захватывал мой — сильно и властно. Я не могла сопротивляться, все мысли тут же покинули меня. Он сжал моё плечо, притягивая ещё ближе, хотя, казалось бы, куда уж ближе. Когда воздуха стало не хватать, он отстранился.
— Ты справишься на приёме? Роль Тени — это очень опасно. Тебе придётся проходить мимо императора и других гостей. — проговорил он в мои губы.
— Я справлюсь. У меня нет другого выхода. — тяжело дышала.
— Я буду наблюдать за тобой каждую секунду, Юйлань. Если кто-то заподозрит неладное, я начну резню, и мне будет плевать на приказы.
— Не начнёшь. Мы же договорились обо всем. Я просто подолью Слезу Истины в вино, и всё закончится.
— Посмотрим.
Мы ехали домой. Скоро наступит тот самый миг, когда будут соединены все нити. У нас был странный план и странный союз, и я чувствовала, что после этого приёма моя жизнь изменится навсегда. Либо я буду свободна, либо мертва. Третьего не дано.