Страница 95 из 99
— В общем так, товарищ старший лейтенант, передавайте все дела — отныне вы занимаетесь только Плаксой, Новой зарей и Масяней. Именно в таком порядке! Докладывать лично мне. При необходимости оперативных решений на месте — действовать по ситуации. А про капитана — чтобы впредь я не слышал о торговле званиями в этом кабинете! Понятно? — получив утвердительный кивок от спрятавшей улыбку сотрудницы, полковник завершил беседу. — Сделайте все необходимое, но Орлов должен стать нашим! На время проведения операции повышаю ваш уровень допуска до третьего. Свободны, товарищ старший лейтенант.
* * *
Александр Иванович Тувко взбивал шагами густой ворс ковра в своем кабинете.
Все здесь было мягким и кричащим. Бархатные кресла у окантованного позолотой стола сулили комфорт. В воздухе витал довольно навязчивый цитрусовый аромат, напоминающий полковнику о местах, где он провел детство. Собственно, в этом кабинете комфортно было только самому Тувко. Более никто не чувствовал себя здесь уютно.
— Ты просрала его, Тамара! — хозяин кабинета пребывал в ярости и не собирался этого скрывать. — У тебя его прямо из-под носа увели, как у последней дуры, а ты сидишь здесь и спокойно чаи гоняешь? Удобно тебе? Может еще печенья принести⁈
— С корицей, пожалуйста. То самое, ну ты помнишь. — Собеева словно и не заметила состояния своего начальника. — В магазинах такого не купишь.
От подобной наглости Тувко застыл на месте. Казалось, что прямо сейчас земля разверзнется и наглую женщину поглотит бездна, а с неба на нее обрушится ливень молний. Однако вместо этого полковник открыл тумбочку и водрузил перед подчиненной «то самое» печенье.
— О-о-о! — пухлые пальчики сразу же потянулись к лакомству. — Хрюня, ты так галантен.
— Рад услужить. — буркнул Тувко, тяжело опустившись в соседнее кресло. — Я тебя, дуру набитую, только под эту операцию и смог вытащить. С Москвой договорился! Понимаешь ты это или нет? Сидела бы и дальше на Периметре до окончания своих дней.
— Ты меня вытащил, потому что никто другой тебе, балбесу, верного совета не даст. Жопу до блеска вылижут, а сами копать яму будут и дождутся, пока ты в нее свалишься. — она, урча от удовольствия пережевала печенье и только потом продолжила. — Не хочется напоминать, что я говорила, что так и будет, но ведь так и произошло. Зря ты всех, кто при твоем появлении не бледнеет, по Периметрам разослал, Хруня. Зря! Это со мной отдельная история, а Листьев? Костин, Вареников, Яшин? Кто остался из головой думающих, а не тупо приказы исполняющих? Сам виноват!
Это действительно так и Тувко прекрасно знал об этом своем недостатке в нетерпимости любого мнения, отличного от своего собственного. Знал, но ничего не мог с этим поделать и извиняться за это ни перед кем не собирался.
— Тама. — он наклонился чуть ближе. — Мне нужен этот пацан. Понимаешь? Он мой билет из этой сраной Сибири в Москву. Здесь холодно, Тама, а я ненавижу холод и меня воротит от этого города со всеми его тупыми жителями. Понимаешь? А ты упустила НАШ с тобой билет. Как же так?
— Пф-ф, дурак ты, Хруня и всегда таким был. — с сожалением посмотрела на него толстушка. — С чего ты взял, что упустила? Толстой своей поспешностью в знатную лужу угодил, отправив Одаренного к людям, на которых тот обижен. Я тебе больше скажу — мальчик до скрежета зубовного аристократию Красноярска не переваривает. День, два и его опросные листы запестрят такими подробностями, что придется спасать отрока из лап злодеев. А право вторгаться на территорию старой крови есть только у одной организации в Советской России. Мальчик умен не по годам, но и только. Жизненного опыта у него маловато пока. Увидев мощь СОБ, пришедшего на помощь, он и сам захочет обладать такой властью. Только это совсем не победа, нет. Это кирпичик, вокруг которого мы построим стену. С одной стороны стены окажемся мы с ним, а с другой — все остальные. Ясненько?
Вопрос был задан с издевкой, но Тувко на это внимания не обратил. Он сидел с расфокусированным взором без единого движения.
— Работа вдолгую? — хозяин кабинета распрямился пружиной и вновь занял место на ковре. — Согласен! Работай, Тама. Привлекай, кого посчитаешь нужным, но чтобы с результатом. Мальчишка должен быть наш!
* * *
В небольшом плохо освещенном помещении пахло оружейной смазкой, потом и порохом. Приятный запах и почти родной для двух мужчин, с комфортом разместившихся на деревянных стульчиках, предназначенных для чего угодно, кроме комфорта. Секунду спустя аромат дорогого алкоголя дополнил общий антураж коморки.
— Ну, — генерал Халидов поднял старенький граненый стакан. — За твои восемь из десяти, Бык. Чтоб рука и впредь крепка была и передергивала лишь затвор автомата.
Раздавшийся звон сменился довольным кряканьем. Затем чириканье спички предрекло табачную вонь, но для каптерки у стрельбища это норма.
— Времена идут, а тосты у Горна все те же. — беззлобно заметил Быков и выпустил колечко в потолок. — Сам-то стрелять так и не научился, а все зубы скалишь.
— Зато зубы скалить научился получше многих!
Мужчины тихо посмеялись, отдав дань заезженной шутке и ненадолго установилась тишина.
— Я должен его отцу, Горн. — наконец заговорил Быков. — Орлов-старший выполнил задачу ценой своей жизни. Из-за моей ошибки едва не полег полк, а ему вообще не нужно было там оставаться. Остался… Такого человека потеряли.
Генерал с силой затушил окурок в обшарпанной медной пепельнице.
— Хотел дать его сыну шанс обрести Дар, но мамаша вывезла мальчишку в Красноярск и отказалась идти на контакт. Пришлось договариваться с Толстым, а ты знаешь мое отношение к этим недобиткам. Перешагнул через себя, договорился и вроде сладилось, но парень исчез. Теперь нашелся вот…
— Проект «Хрустальный замок»? — серьезно спросил Халидов.
— Да. Командование пошло на встречу, ведь Дар Михаила Владимировича был уникален. — генерал усмехнулся и прикурил новую сигарету. — Был. Парень сам открыл его. Без всякой моей помощи, так что долг до сих пор висит.
Он немного помолчал.
— Теперь вот приказ. Дурацкий, но ты прекрасно знаешь министра нашего. Зяблик и сам прекрасно понимает, что к Орлову теперь не подступиться. Так что пришлось мне в сторону отойти. Потому и просьба у меня к тебе, Горн — присмотри за парнем. Подставь плечо при случае, но склонять к служению не смей. От Зяблика я прикрою. Возьму огонь на себя — не впервой.
— Такой Одаренный армии пригодился бы. — задумчиво сказал Халидов.