Страница 47 из 99
Ценник, конечно, за все это его «друг» заломил приличный, но оно того стоит. Может, я и зря все это затеял, но вновь становиться Вальцовым Андреем Александровичем не стану ни при каких обстоятельствах.
Даже думать об этом неприятно!
Дверь в класс распахнулась без стука и на пороге показался тот самый взрослый мужик из ближнего круга Масяни. Такой насыщенный на посетителей день.
Однако этот посетитель не произнес ни слова — лишь мотнул головой в сторону.
— Варька за старшую. — голос директора был сух. — Плакса, Казах, Ух, Жука — в машину.
Я подскочил одновременно со всеми, но следующее событие заставило споткнуться.
— Я — Вектор теперь.
— Что? — Ефимов также замер, как вкопанный.
— Ух — плохой позывной. — парень стоял с низко опущенным, как перед дракой, подбородком. — Теперь я — Вектор.
— Отставить разговоры! В машину! — рявкнул Егорыч и что-то еле слышно пробурчал себе под нос.
Мы быстро забежали в зал, не забывая хихикать, а Ух-Вектор ожесточенно сопеть. Похватали заранее подготовленные рюкзаки и резво припустили вслед за Ефимовым.
— Николай Ефимович, тут с фасадом… — начал было случайно встреченный прораб.
— Позже! — директор отмахнулся от него. — Детей на экскурсию везу. Опаздываем!
Мы быстро втрамбовались в салон черной Волги и Ефимов аккуратно вырулил со двора.
Хорошая машина, хоть и не новая. О тратах на нее не жалел даже Казах, а Жука так и вовсе в восторге от аппарата. Кто бы мог подумать, что приобретение тачки настолько сильно расширит «оперативное поле», как выразился Егорыч и позволит экономить кучу времени. Еще и мою идею по поиску кривых сразу в движении опробовали. Пока безрезультатно, но дайте время.
— Свои роли все помнят? Жука, отчитаться!
— Проверяю соседские квартиры. Потом сижу тихо у черного хода. Если почую «особых» гостей, то поджигаю свистульку, спокойно ухожу по улице и жду в условленном месте.
— Вектор?
— Девку слепую вытаскиваю и несу на первый этаж. — парень поморщился. — Если жива будет. Потом спокойно ухожу через черный ход к условленному месту.
— Хорошо и на будущее — перед выходом в поле позывной менять нельзя. Кто-то может замешкаться, пока будет решать, как к тебе обращаться, а промедление может обернуться чьей-либо смертью. Казах?
— Блокирую главный вход. Вешаю запоры на двери, если Жука кого почует еще и глазки замазываю. Потом ухожу через черный ход к условленному месту.
— Плакса?
— Стою напротив входной двери. Когда объект займет нужную позицию в коридоре — даю отмашку союзникам и ухожу.
— Все верно и главное помните — в каждом плане всегда что-то идет не так. — Ефимов не стал проскакивать на желтый, а спокойно притормозил. — Наш приоритет — анонимность. Сейчас разгар рабочего дня и в доме кроме пары пенсионеров никого быть не должно. Однако в гости всегда могут пожаловать дети, внуки и прочие. У них может оказаться свое мнение по поводу непонятной возни на лестнице и уровня их подготовки мы заранее знать не можем. Это только один из вариантов потенциальных рисков, а их множество. Поэтому если что-то пойдет не так, то уходите.
— Николай Егорович, а почему наш кривой к слепой девке хаживает? — не удержалась Жука. — Мужик он не бедный и не старый. Вернее, старый, конечно, но не так, чтобы шибко, а меленькая писька — она и на ощупь меленькой будет. Чего стесняется?
Я сидел позади директора и лица его не видел. Однако по дрогнувшим плечам и паузе перед ответом понял — пробрало его. В нашей стае народ простой, ко многому привычный и пора бы уже Егорычу привыкнуть к совсем недетской информированности и не детским вопросам. Вот только до сих пор коробит бывалого офицера при упоминании интимных дел из уст ребенка. Едем человека убивать, а тут замялся.
— Вы все помните наш урок о больных Туманным синдромом? — наконец «ожил» Ефимов. — Так вот, та мизерная часть кривых, которая не вычисляется сразу — они люди особые. Они хорошо скрываются и очень хорошо контролируют свои эмоции. Самые настоящие психопаты! Да вы уже и сами это понимаете… Они обязательно срываются, как те же измы. Человек для них — враг, но они живут в окружении врагов, чтобы просто выжить. Нагрузка на психику колоссальная и как бы это странно ни звучало, но психи обзаводятся психозами. Странные увлечения, которые, в основном, завязаны на коллекционировании, сексе и боли. Необязательно именно на этом, но чаще всего. Так что эта слепая девушка, которая удачно получила себе покровителя, может и вовсе не для удовлетворения похоти ему нужна. Как я говорил, фантазии у них бывают… разные.
— И чего? Не убьет он ее?
— Вектор, да кто же его знает⁈ — не выдержал директор и чуть поддал газу. — Там всегда все по-разному. Ты думаешь, почему в СОБе столько народа пашет? Да потому что паттерны поведения психов также прогнозируемы, как начинка пирожков на ярмарках. Может, пронесет, а может и пронесет.
— Много народу в СОБе, много разработанных тестов, регулярные медосмотры Одаренных. — задумчиво перечислил я. — Люди, которые рядом. Так почему кривые все равно регулярно всплывают? Взять хотя бы нашего. За военными присмотр особый и подмечают они многое. Почему наш объект еще не в дурке?
— А вот это о-очень хороший вопрос! — мгновенно повеселел Егорыч. — Прорваться способна только треть претендентов — это первый факт. Одаренными становится только четыре процента от прорвавшихся — это второй факт. Цифры примерные — для простоты, но есть и еще один очень важный факт. Какой? Почему в миллионном Красноярске не двенадцать тысяч Одаренных, а меньше двух?
— Потому что люди боятся сдохнуть! — заявил Казах. — И при чем тут Громов?
— При том что далеко не каждый начальник может похвастать Одаренным в подчинении. Это вопрос престижа! Если подчиненный сидит тихо и выполняет указания без вопросов, то пусть хоть Дар свежего дыхания имеет. Главное — Одаренный! Таких людей берегут и закрывают глаза их странности.
— Ну да. — изрек Ух-Вектор. — С таким-то Даром только и остается сидеть тихо. Ну а что? Рубликов по двести в месяц имеет и то хорошо.