Страница 60 из 116
Я смотрела на возмущённого мужчину и неожиданно вспомнила одну интересную рекламу по корейскому телевидению, когда в прошлой молодости несколько лет жила в Южной Корее и работала там экскурсоводом. За время проживания там я хорошо научилась разговаривать на их языке и даже выучила иероглифы и умела читать. В общем дело обстояло так. Однажды по телевизору показывали рекламу, в которой красивая кореянка рекламировала лак от грибка ногтей. Намазав его на ногти на ногах, она в в конце рекламы погрозила пальчиком и предупредила, что его ни в коем случае нельзя....пить! Когда я это услышала, то не могла поверить своим ушам и даже посмеялась, а потом поняла, что сказано это было видимо на всякий случай, чтобы не дай бог не было прецедентов. Ведь в мире полно идиотов, а производителя потом бы могли засудить, если кому-нибудь пришло бы в голову выпить лак, перед этим тщательно перемешав кисточкой. Как говорится: стар гриб, да корень свеж.
Тем временем Юрий Борисович возмущённо постукивал листком по ладони и по нему было видно, что ему не нравилась эта ситуация из-за путаницы с инструкциями.
- Вот кому мне теперь предъявлять претензии из-за перенесённого стресса?! - недовольно воскликнул он. - Ведь мне даже не пришло в голову, что инструкции банально перепутали! А может это продавец в отделе так несмешно пошутила?!
- Наверно ему. - вполголоса произнёс Вениамин Робертович и указал глазами на входную дверь, в которую входил Пётр Николаевич Акулов в сопровождении своих молчаливых телохранителей.
- Что-то случилось, Юрий Борисович? - негромко спросил он, видимо услышав его возмущённую речь. - У вас есть какие-то жалобы?
- А? - слегка побледнел он и заискивающе заулыбался. - У меня ? Да нет, нет! У меня всё хорошо, у нас вообще всё просто отлично! Спасибо вам за всё!
Пётр Николаевич внимательным взглядо посмотрел на него, а потом сказал:
- Заехал попрощаться с вами и пожелать всего самого наилучшего.
С этими словами он открыл папку, которую ему протянул один из телохранителей. Быстро прочитав что-то на самом верхнем листе, он поблагодарил Юрия Борисовича, пожал ему руку и отдал лист. Следом то же самое ждало Вениамина Робертовича, потом Сан Саныча, Аллу Николавну и Дмитрия Павловича. Всех он благодарил и вручал листки от которых члены красноярской делегации просто светились от счастья и благодарили в ответ. В самую последнюю очередь он назвал моё имя, поздравил и пожав мою ладошку, так же вручил...грамоту. В ней говорилось, что ансамблю "Ветер перемен" и в частности солистке Кире Платовой объявляется благодарность за участие в новогоднем концерте.
- Спасибо вам большое! - от всего сердца с улыбкой сказала я ему. - Эту нашу первую, самую лучшую и такую важную грамоту мы повесим в рамке в нашей музыкальной студии! Мы с ребятами очень гордимся!
Ребята тут же стали кивать головами и с широкими улыбками наперебой благодарить Петра Николаевича, который благосклонно принимал благодарности. В этот момент в фойе гостиницы зашёл наш водитель и сказал, что карета подана.
Мы тут же стали хватать свою поклажу и попрощавшись с неприветливой работницей ресепшена, у которой были вечно сжатые губы и прищуренные глаза, торопливо пошли на выход. Ребята помогли мне затащить в салон чемодан и тут же стали с радостью занимать места у окон автобуса. Только я хотела подняться в транспорт, как почувствовала, что меня придержали за локоть.
- Кира. - раздался за спиной голос Петра Николаевича и я удивлённо оглянулась. - Кода приедешь домой, передавай от меня большой привет дяде Захару. Скажи ему, что я всё помню и его слова не забыл.
- Какому...- начала было я и тут же изумлённо открыла рот.
- Счастливого пути.- улыбнулся он мне неожиданно доброй улыбкой и отошёл на несколько шагов от автобуса. Мы медленно выехали с парковочного места перед гостиницей и я через стекло посмотрела на серьёзного мужчину, который помахал мне на прощание рукой.
*****
В аэропорту царила всё такая же суета пассажиров, среди которых в обязательном порядке были провожающие и встречающие люди. Мы приехали относительно рано, поэтому решили скоротать время в буфете, перед этим распихав свой багаж по камерам хранения. В буфете тоже была толчея и мы заняв очередь, стали разглядывать стеклянную витрину, где была разложена еда.
Самое любопытное, что на продажу были выставлены большие торты на которых красовались яркие розовые розы с зелёными листочками и на эти кондитерские изделия, приблизившись почти вплотную, неотрывая глаз смотрела девочка лет трёх-четырёх. Налюбовавшись на них несколько минут, она повернулась и стала смотреть на снующих туда-сюда взрослых людей. Сначала она разглядывала их с любопытством, потом растерянно, а в следующее мгновение взгляд её голубых глаз стал испуганным.
- Мама! - крикнула она. - Мама!
Не дождавшись ответа, она заплакала, а люди тут же стали кричать, что маленькая девочка потеряла родителей и плачет. И мужчины и женщины окружили малышку и стали наперебой спрашивать кто она, как её зоут и сколько ей лет. Мы даже не успели оглянуться, как в громкоговорителе раздался женский голос.
- Внимание! Потерялась девочка! Четыре года, зовут Павлова Лена! Родителей девочки просьба подойти в буфет аэропорта! Повторяю...
И буквально через пару минут в буфет с испуганными лицами ворвалась молодая супружеская пара. Мама девочки со слезами на глазах бухнулась перед ней на колени и крепко прижала к себе, а молодой отец нервно переминался с ноги на ноги и благодарил чутких и отзывчивыхых людей, которые моментально обратились за помощью, а сейчас с улыбками взирали на воссоединившуюся семью. Потом мама девочки поднялась и сурово погрозила пальчиком девочке.
- Ни на сееккнду не отходи от нас, понятно? - сказала она ей и девочка счастливо улыбаясь, кивнула головой, а потом спросила:
- Мама, а я хочу торт! Хоть маленький кусочек, но только с розочкой. Вы купите торт?
- Какой торт? - растерялась её мама и посмотрела туда, куда показвала пальчиком Лена. - Нет доча. - с сожалением ответила она. - Торт мы сейчас не купим, потому что мы его просто не довезём до дома. Вот когда приедем домой, тогда и купим, к тому же ещё намного больше и красивее.
Лена расстроенно вздохнула и бросив прощальный взгляд на торты, пошла с родителями на выход, держась за мамину руку. Я же наблюдала эту сцену и мне было обидно за девочку, что она свой испуг даже не могла немножечко заесть сладеньким.
Подошла моя очередь и я стала делать заказ.