Страница 55 из 116
Гардероб для женщины сравни лекарству, а на здоровье экономить нельзя.
Сначала я даже не поняла, кто пожаловал в спецотдел ГУМа, так на глазах одного из посетителей были затемнённые солнцезащитные очки. Это был элегантный брюнет и он неспеша шёл в сторону мужского отдела в сопровождении троих мужчин, один из которых шёл рядом с брюнетом. Они о чём-то между собой негромко переговаривались, а двое других следовали чуть позади, но своими серьёзными и цепкими взглядами ясно давали понять окружающим, что подходить к впереди идущему точно не рекомендуется.
Тут мужчина в солнцезащитных очках остановился и с интересом посмотрел на какую-то женскую вещицу, там где находились аксессуары. Он всё так же медленно направился в ту сторону и взял в руки ярко-розовый зонтик, раскрыл его и на нём появились павлины с распущенными великолепными хвостами. И тут же с лучезарной улыбкой к нему подскочила продавщица, показывая шёлковый платок с похожей расцветкой. Чтобы его лучше разглядеть, мужчине всё же пришлось снять очки и мы в немом восторге, а так же с неверием уставились на чехословацкого певца Карела Готта!
Вот как такое можно назвать? Ведь мы за неполные четыре дня встретили столько легендарных людей, что иному человеку и за всю жизнь не посчастливилось бы! А тут такое впечатление, что на небе Юпитер сошёл со своей орбиты и всем своим авторитетным весом прижал растерявшуюся Венеру в тёмном углу галактики. Наплевав на телохранителей и так же на все приличия, мы тут же окружили звезду зарубежной эстрады и не скрывая обожания, уставились на него с глупыми улыбками.
- Он такой же красивый, прямо, как Муслим Магомаев! - не сдержалась Даша.
- О! Пан Муслим Магомаев! То добре спевак,! - вдруг с улыбкой сказал Карел Готт, который видимо понял, что именно произнесла Даша, а мы без всякого переводчика поняли, что он назвал нашего артиста хорошим певцом.
Тут из примерочной во всей своей красе выплыла Анна Степановна и подойдя к нам, тоже в изумлении открыла рот и уставилась Карела Готта, а он при этом как-то вздрогнул и пристально вгляделся в её тут же порозовевшее лицо.
- Вас тоже очень любят в нашей стране! - как всегда полезла я вперёд батьки в пекло, так как наши тёти продолжали хлопать ресницами и молчать. - А какая у вас прекрасная песня про колокольчики счастья! Мне она так нравится! - воскликнула я, прежде чем успела сообразить, что эту песню он споёт только года через два.
Переводчик рядом с ним, а это оказался именно он, тут же перевёл мои слова артисту, который удивлённо поднял брови, но всё же с ослепительной улыбкой сказал, что к сожалению у него такой песни в репертуаре нету и я ошиблась.
- Да? - деланно в ответ удивилась я. - Ну значит теперь точно будет, можете даже не сомневаться! Разрешите спросить, а можно задержать вас на несколько минут и сфотографироваться с вами?
Певец сначала как-то растерянно оглянулся по сторонам, видимо он не расчитывал тратить своё драгоценное время на фотосессию, но потом махнул рукой, вроде как давая своё добро. Я же незамедлительно вытащила свой "Полароид" из рюкзака и сделала несколько снимков в обнимку с нашими счастливыми женщинами, запечатлев их на память вместе и по отдельности. Причём Анна Степановна позировала в ещё не купленной одежде, но даже не вспомнила об этом. А потом переводчик сфотографировал и меня с ним тоже.
Тут артист что-то быстро сказал переводчику, а тот выслушал его и сказал мне:
- Товарищ артист тоже пожелал взять на память одну фотографию вот с этой женщиной. - показал он на Анну Степановну. - Он сказал, что она очень похожа на его юношескую любовь, но у него к сожалению не сохранилось ни одной её фотографии.
После слов переводчика, Карел приглашающе протянул руку Анне Степановне и она очень сильно зардевшись, со смущением подошла к певцу. Карел Готт бережно приобнял её за талию и я сделала ещё парочку фото. Мы стали благодарить друг друга, но тут приятное и неожиданное знакомство испортило ещё одно действующее лицо.
Неизвестно откуда к нам быстро подбежала недовольная женщина и представившись заведующей отделом, сначала извинилась перед зарубежной звездой, а потом повернулась к нам.
- Вы что здесь устроили? - с улыбкой кобры прошипела она,. - Здесь у нас не принято приставать к людям такой величины. Вы пришли за покупками? Так значит покупайте и уходите. Сюда приходят очень много знаменитостей и просто уважаемых товарищей, но никому даже в голову не пришло устроить нечто подобное! Может у вас где-то там, в Новых Выселках, принято со всеми незнакомыми людьми панибратское отношение, то в Москве это просто нонсенс!
Мы не стали даже что-то объяснять ей и попрощавшись с певцом, решили уйти подальше от разъярённой тёти. Пока строгая начальница пыталась смутить нас пылающим взглядом, я прислушалась к разговору переводчика и ещё одной продавщицы, которая подошла к нашей компании. Из их диалога я поняла, что костюмеры певца что-то там напутали и взяли для выступления не те концертные туфли. Что мол они совершенно не подходят к костюму, в котором он собирается выступать, поэтому им в срочном порядке пришлось идти сюда за подходящей парой обуви.
Наконец зарубежный артист в сопровождении остальных мужчин и услужливой продавщицы, удалился в сторону мужского отдела, прихватив с собою женский розовый зонт и яркий платок. Мы же собрались дальше посмотреть на то, что предлагает покупателям этот секретный отдел. Тут заведующая пригляделась к Анне Степановне и её тонко выщипанные брови поползли на лоб.
- Э-э-э...простите...А вы же в нашей одежде? - спросила она, разглядев на юбке и кофте болтающиеся ценники и после утвердительного кивка, тут же пошла красными пятнами. - По какому праву вы даже ещё не расплатившись, не только разгуливаете в по отделу, но ещё и фотографируетесь?! - истерично воскликнула она. - Вы хоть понимаете, что это уже считается ношенная одежда?! Да это...это...Нина! - резко крикнула она и к нам тут же быстро подбежала девушка, которая предлагала Анне Степановне эти самые обновки. - Вы куда смотрите?! Я вычту деньги из вашей зарплаты за эти вещи и уволю! А ещё постараюсь сделать так, что вас больше не взяли ни в одно приличное место!
Анна Степановна покраснела и в растерянности не могла произнести и слова. А Алла Николаевна как-то мстительно молчала и видимо ждала, что последует дальше. Даша же при этом зашла за её спину и лишь высовывала голову сбоку. Бедная продавщица не ожидавшая такого поворота, переводила несчастный взгляд то на Анну Степановну, то на свою разозлившуюся начальницу.