Страница 41 из 116
- Хотя надо отдать Кире должное, она просила товарища Акулова, чтобы там на приёме обошлись как-нибудь без их ансамбля. Но тот был непреклонен и даже намекнул, что своим отказом они оскорбят товарища Брежнева.
- Н-да-а-а...дилемма...- вполголоса выдохнул первый секретарь. - Направо пойдёшь - хрен что найдёшь, налево пойдёшь - вообще не знаешь чем всё закончится.
- Поэтому глаз не спускать с неё и всем нам быть при ней постоянно, хотя бы мне вам и Вениамину Робертовичу. - вперив в мужчину свой взгляд, как можно более серьёзно сказала Алла Николаевна. - Дашу она вообще ни во что не ставит, да и не будет её там, не в том она статусе, так же как не будет там и этой названной костюмерши Анны Степановны. Как говорится: каждый сверчок знай свой шесток. Сан Саныч в этом плане не подойдёт, он не успеет даже осмыслить ею сказанное, а нам уже статью припишут за...за...Ай, был бы человек, а статья найдётся.
При виде её серьёзного и решительного лица, у Юрия Борисовича вспотели ладони и неприятно скрутило живот. Господи! Ну когда же это всё закончится и он сможет жить спокойно?! Ну как так получилось, что жизненные пути его и этой девчонки вообще пересеклись?! Как же хорошо было до их знакомства! А сейчас он ощущал себя, какой-то мухой в паутине - трепыхался и надеялся избавиться от налипших неприятностей и когда казалось, что он от них уже избавился, то оказывалось, что он наоборот ещё больше запутался и зря рано радовался, наивно думая, что вот, началась уже более-менее светлая полоса, а в итоге выходило, что это хорошо замаскированная неприятность.
- Так уж и быть. - согласно кивнул он рано поседевшей головой. - Лучше перебдеть, чем недобдеть и надеюсь, что впоследствии это полжизни спасёт, если не всю.
При этом Юрий Борисович покосился в сторону, где сидели Анна Николаевна с девочкой и о чём-то улыбаясь разговоривали, а ему вдруг ни с того, ни с сего показалось, что эти улыбки обещали очередную пакость, особенно со стороны мелкой бестии. Он хотел суеверно сплюнуть через левое плечо, но вовремя остановил себя, так как слева от него сидела Алла Николаевна и не известно чем бы это закончилось. Поэтому он просто поёрзал на стуле и мысленно взмолился, чтобы на том приёме всё обошлось.
- А что всё-таки случилось-то? - спросил он в полголоса и заинтересованно посмотрел на женщину.
- Всё потом. - одними губами еле слышно ответила ему она и показала глазами на входную дверь.
А в помещение уже заходил Пётр Николаевич Акулов со своими неизменными сопровождающими, которые пристальными и цепкими взглядами быстро оглядели помещение.
- Ну, все готовы? - спросил первый помощник Генсека и внимательно посмотрел на каждого. - Если да, то попрошу следовать за нами.Нестройной гурьбой мы проследовали на выход, а Алла Николаевна еле заметно кивнула Даше головой, явно на что-то намекая. Но перед тем, как мне пойти вместе со всеми, Анна Степановна поправила мне платье, шляпу и осторожно обняв меня, тихо прошептала на ухо, чтобы я вела себя хорошо и обдумывать каждое слово, прежде чес что-то кому-то сказать. Я конечно же пообещала быть хорошей и послушной.
*****
Мы шли по тускло освещённым коридорам с красными дорожками, которые были абсолютно пусты, если не считать каких-то безликих мужчин, стоявших в начале и конце коридоров. Они бросали быстрый взгляд на Петра Николаевича и без всяких вопросов отступали в сторону, пропуская нашу молчаливую процессию. Ковровые дорожки абсолютно глушили наши шаги и было лишь слышно наше дыхание, в которое присоединялись чуть слышные вздохи Юрия Борисовича. Он вытирал носовым платком обильно потевшее лицо и лоб, при этом беззвучно шевеля губами. Я бы не удивилась, если бы узнала, что он шептал молитву.
Но вот мы вывернули из-за очередного поворота и оказались перед высоченными двойными дверями с позолоченными вензелями. У дверей стояла пара очередных мужчин с незапоминающимися лицами и при нашем появлении они лишь на секунду стрельнули глазами на нашу группу и тут же настежь открыли двери.
Огромный и ярко освещённый зал встретил нас негромким гулом голосов находящихся там гостей, которые стояли небольшими группами, а некоторые из них держали в руках бокалы с шампанским. Людей было много и даже разной национальности, так среди них я заметила национальные костюмы известных мне стран - начиная от индийских сари и заканчивая африканскими этническими нарядами со сложными узорами и яркой расцветкой. Интересно, а шотландцы тут есть? Было бы любопытно посмотреть на них вблизи, особенно на мужчин в их килтах и с волынкой наперевес. Самое смешное, что под килтом у мужчин не было нижнего белья, так как это издавна было своеобразной традицией, которой они до сих пор придерживались. Видимо раньше, когда шотландцы вели войны, чтобы напугать и дезориентировать своих врагов, они задирали свои клетчатые юбки и показывали свой голый зад.
Представив эту красочную картину, я фыркнула и чуть не рассмеялась, а Алла Николаевна находившаяся рядом со мной, подозрительно посмотрела на меня и нахмурила брови. Чтобы её не нервировать ещё больше, я постаралась отогнать столь фривольные мысли и выглядеть посерьёзнее.
Мы неспешно прошли по залу и приблизились к столам, поставленных в два длинным ряда, между которых так же медленно проходили гости банкета и выбирали себе понравившиеся закуски и напитки. А посмотреть было на что: небольшие бутерброды со шпротами и свежим огурцом с укропом, с икрой чёрной и красной, мясные закуски в виде различных паштетов, рулетов и заливных языков. Последнее я вообще никогда не ела, ни раньше, ни сейчас, так как не могла себе представить, что буду жевать то, что у кого-то раньше было во рту.
Юрий Борисович при виде всевозможного яства шумно сглотнул слюну и окинул голодным взглядом всё, что было на столе.
- Уважаемый Юрий Борисович. - тихо обратилась к нему Алла Николаевна и он с трудом оторвал взгляд от еды, вопросительно посмотрев на женщину. - Я конечно же понимаю, что у вас особенная диета и всё такое. Но пожалуйста, умерьте свой аппетит хотя бы тут, чтобы про нас не подумали, что мы вылезли из тайги и отродясь не видели таких деликатесов.
Взгляд мужчины с горем пополам приобрёл осмысленность и он, взяв с тарелки один бутерброд со шпротиной, с огорчённым лицом отошёл от стола. Я же подошла туда, где были расставлены всевозможные сладости и фрукты с соками. Взяв банан, я его тут же очистила и откусила, но не успела даже прожевать, как услышала громкий и уже такой знакомый женский голос:
- А вот и наше юное дарование, которая мне пообещала чудесную песню.