Страница 146 из 168
Глава 29
События перед нами замелькали в ускоренном темпе. Следующие несколько месяцев пролетели чередой будней. К нашему удивлению, когда леди оставалась со мной наедине, я стала видеть в ней черты матери. Её волосы будто светлели, менялся цвет глаз, розовела кожа, и удлинялось лицо, приобретая другие очертания.
- Что за ерунда? – удивился Стомиан. – Это что – магия иллюзий? Или артефакты?
Я отрицательно покачала головой, сама не понимая, как у неё это выходило.
Виконтесса стала неотъемлемой частью нашей жизни. Она стала появляться даже в лаборатории, куда отец категорически запрещал входить посторонним. Обычно леди сидела в сторонке и читала или же наблюдала со стороны, как отец со мной занимается и учит. Иногда пыталась мне помочь с чтением и математикой. На занятиях с преподавателем этикета показывала, как двигаться, поясняла нюансы дворцовой жизни. Маленькую Лею, видимо, обмануло искажение образа, и она перестала избегать леди, постепенно всё больше привыкая к ней. Леди весьма целеустремленно пыталась привязать к себе ребёнка, используя какое-то непонятное колдовство.
Через месяц после разговора в гостиной состоялся бал в честь помолвки. В замок было приглашено много гостей. Весь третий и часть четвертого этажа отдали под их размещение. Пришлось даже нанимать дополнительных слуг.
Леди Бофор явно любила мероприятия с широким размахом. Всем детям, прибывшим вместе с родителями, организовали свое торжество в малой гостиной. На бал нас, естественно, не пустили, было не положено. Но я сбежала вместе с Сантаной, дочерью одной из горничных, что помогала матери убирать комнаты, и мы вместе, устроившись за балюстрадой второго этажа, подглядывали за леди и лордами, танцующими внизу.
Именно это голубое платье я вспомнила на леди Евгении, когда ко мне начали возвращаться воспоминания. Будущая жена моего отца привезла его из столицы. Последний писк столичной моды: нежно-голубое, расшитое замысловатым орнаментом и цветами, с тяжелым подолом, обшитое воздушными рюшами, с красивым ажурным воротником-стоечкой, что делало её похожей на некую сказочную королеву и придавало величия. Только истинная леди могла так грациозно и легко перемещаться в нём и не испытывать неудобств. Леди Бофор блистала в своем великолепии и демонстрировала изысканные манеры. На её пальце сверкало обручальное кольцо дома Хардин. Кольцо-артефакт, некогда принадлежавшее моей матери, и которое в свое время сделал для неё отец.
Мне было тяжело наблюдать за тем, как эта женщина постепенно занимает важное место в жизни моего родителя. Какими сияющими глазами он на неё смотрел, и с какой гордостью представлял своим вассалам.
Мой отец всё больше времени уделял Евгении. Даже совместные занятия отошли на второй план. Мне приходилось подолгу ждать его после уроков с учителями в лаборатории и коротать время с гувернанткой. Добрая нянечка пыталась успокоить и объяснить, что я должна с пониманием относиться к этому, ибо для мужчины его женщина в какой-то момент становится главной в жизни.
С приходом весны герцог Хардин все чаще стал отлучаться по делам герцогства, и я подолгу стала оставаться на попечении леди Евгении.
Когда отец вернулся, то объявил, что скоро отправится на месяц или полтора в экспедицию в Сарнгейт. Новость я восприняла печально, меня он в этот раз с собой не брал. Сейчас, будучи почти взрослой, я понимала, что маленький ребёнок в гарнизоне и походах - тяжкая ноша и обуза. И мой родитель брал меня с собой из-за безвыходности. Возможно, по этой же причине мой любимый папочка и озадачился мыслью жениться второй раз.
Узнав новость, леди Бофор изъявила желание отправиться на несколько дней в столицу, уладить некоторые дела и лично пригласить своих знакомых на предстоящую свадьбу.
Как только леди отбыла порталом, между мной и отцом вечером состоялся разговор.
- Лея, как тебе Евгения? – задал мне вопрос папа, когда я сидела у него на коленях перед камином в малой гостиной и готовилась слушать любимые сказки и легенды.
- Она странная, - ответила девочка, которая скучала по такому совместному времяпрепровождению.
- Почему? – вздёрнул бровь родитель.
- Хочет показаться другой, не такой, какая есть.
- Что ты имеешь ввиду? – поинтересовался герцог.
- Евгения не любит нас так, как хочет показать, - ответила я.
Я видела, как отец закусил губу. Он явно был сейчас в смятении.
- Лея, мне кажется, ты всё же предвзято относишься к ней. Разве она сделала что-то плохое? – риторически спросил он. – Евгения тянется к тебе и прикладывает массу усилий, чтобы понравиться. Не отталкивай её и не расстраивай меня этим. Мне казалось, что между вами появилась симпатия.
Слова прозвучали довольно резко. Как же это было удивительно и неприятно для меня. Складывалось впечатление, что виконтесса породила между нами зыбкую почву недоверия. Но тень сомнения после моих слов в душе моего отца всё же поселилась. То, как он нахмурил брови и задумался после этого, говорило о внутренних терзаниях родителя.
Вернулась леди Бофор на несколько дней позже, чем планировала, и сразу же занялась грандиозной подготовкой к моему дню рождения. Таким образом она хотела сделать мне приятное.
Вечер, устроенный в виде детского бала, был почти как настоящий. Отличием этого мероприятия стало то, что на него позвали детей из знати нашего герцогства. Мероприятие было всего на несколько танцев, но отпрыски аристократов очень старались произвести впечатление и совсем не по-детски вели себя, что вызывало гордость у их родителей, наблюдающих в сторонке за чадами. Получить приглашение на бал удалось далеко не всем, и вассалы во всю выражали свое признание леди Бофор, которая лично принимала решение, кто достоин попасть на этот праздник. Они вились вокруг нас и сыпали комплиментами, надеясь на дальнейшую благосклонность будущей герцогини.
Мне же показалось, что праздник леди больше устроила исходя из своих интересов, пытаясь показать подданым отца себя как хозяйку и утвердить свой статус. У маленькой меня он не вызывал такого восторга, как у остальных. Отец согласился на такой формат праздника только после того, как виконтесса пояснила, что в столице так принято, а мне нужно учиться подавать себя и больше репетировать дворцовый этикет, занятия по которому я не очень любила. Герцог уступил, полагаясь на мнение леди Бофор.