Страница 117 из 168
Инквизитор удерживающий вампира арканом будто ждал этих слов. Удавка засияла сильней и стала сжиматься. Вампир захрипел громче, отчаянно пытаясь освободиться. Его глаза выкатились из орбит глазниц и видно было как лопаются сосуды внутри белков.
Инквизиторы и маги тайной стражи молча наблюдали, не вмешиваясь в происходящее. Затряслись, прижимаясь друг к другу, арестанты. А Истед и Тенебрей молча наблюдали за муками бывшего охранника. Я предпочла не смотреть на дальнейшее, отвернувшись в сторону. Хрипы продолжались пока не раздался треск, и за ним наступила тишина. Когда всё закончилось, увидела, что голова вампира оказалась отделена от тела, а останки медленно истаивают рассыпаясь дымчатым прахом. Убийство вампира и его развоплощение воочию я видела впервые.
Переведя взгляд на Корина, в его глазах я рассмотрела ту холодность и пустоту, что напугала меня в видении оракула. Абсолютное отсутствие эмоций и сострадания. Будто перед тобой стоит не живой человек, а нечто бездушное и равнодушное ко всему. По сравнению с ним даже Истед, брезгливо поджавший губы, не внушал такого страха. И все вокруг тоже ощущали нечто подобное. Даже стражи и инквизиторы старались держаться от Главы внутренней безопасности подальше.
- Продолжим… - ровным тоном сказал Тенебрей. - Кем вы здесь работали?
- Я – артефактор, - первым выдавил из себя испуганный до смерти гном. – Создавал камни-филактерии для сущностей.
- А я просто помощник зельевара, - ответила орка, утирая мокрое от слёз лицо. – Помогала мастеру. Занималась снабжением и подготовкой ингридиентов. Пощадите, лорды, у меня в клане дети…
- Маг-монстровед, - призналась женщина-человек. – Я работала с… экзофитами.
Остальные так же назвали свои должности в лаборатории и род занятий. Другие служащие хоть и были до смерти напуганы, но признаваться не спешили.
- Леди Нило и «этих» доставить в форт ди Биер, - кивнул Тенебрей на работников, решивших пойти на сделку с инквизицией. - Лабораторию досмотреть, конфисковать все ценное и уничтожить. Всех остальных вывести во двор.
Стражи занялись досмотром в помещении, а инквизиция выводила арестованных по очереди из лаборатории.
Последней выводили леди Нило, что все еще пыталась принять вторую ипостась и сопротивлялась аресту всеми возможными способами. В один момент ей даже удалось вырваться, полоснув когтями инквизитора по руке. Но остальные стражи были начеку и тут же снова скрутили злобную русалку, повалив ее на пол.
- Отпустите меня, гады! Вы все пожалеете! – завопила леди Нило.
Каким-то образом у нее получалось использовать магию несмотря на антимагические браслеты.
Вмешался Корин, отпустив тьму, что окутала тело женщины. Под маревом было не видно, что с ней происходит, но она истошно закричала, задергавшись как рыба, выброшенная на берег. Инквизиторы, держащие ее, отпрянули в стороны. Тьма отступила, и русалка перестала кричать.
- Это ты, тварь, подкинула в академию артефакт открывший разлом? – спросил подойдя к ней Тенебрей.
Глаза пленницы открылись и загорелись зеленоватым свечением. На что Корин поднял ногу, и наступил подошвой сапога на ее лицо, придавливая к полу.
- Ты еще не поняла, что тебе не преодолеть ментальную защиту никого из нас? И уж тем более не мою.
Глаза леди Нило погасли.
- Не только, - ответила она на вопрос довольно спокойным тоном. – Это я пронесла филактерию лича и помогла вселить в тело адептки. Жаль, что мой замысел не удался и в тот вечер никто не сдох.
Корин убрал ногу и отошел на два шага назад.
- Какова была цель?
- Хардин, - зло улыбнувшись некроманту, ответила русалка.
- Ты будешь умирать медленно и мучительно, - пообещал ей некромант. И сказано это было так спокойно и ровно, будто все уже было решено. – Уводите ее, - приказал Корин инквизиторам.
- Ты привёл меня сюда, чтобы я увидела это? – спросила я оракула.
- Именно…- ответил мне он. – Ну и разве тебе не интересно понаблюдать за лордом Тенебреем со стороны?
Я не ответила, ибо то, что увидела, мне совсем не нравилось.
Когда все осмотрела, Персципиатус поднял меня снова на поверхность.
Во дворе что-то происходило.
Истеда и Тенебрея я увидела стоящими у кучки догорающих в магическом пламени останков. Оба явно были расстроены.
Подойдя ближе, я увидела тлеющие останки и кости наполовину рыбы и наполовину человека.
- Она снова пыталась сбежать ваше Светлейшество, - потея перед начальством, оправдывался капитан. – Увидела у стены бочку с талой водой, обездвижила конвоиров и рванула к ней.
- Ну вот… А говорила бессмертна! – огорчился Истед будто прослушав подчиненного, и брезгливо посмотрел на останки.
Тенебрей присел, вынув кинжал из сапога и поддев лезвием, поднял в воздух колье с большим голубым камнем в подвеске, рассматривая его.
- Не поэтому ли она считала себя бессмертной, и смогла использовать ментальную магию, несмотря на наручники? Кажется камень по свойствам такой же, как у лаэры Уринтелл.
- Жаль что мы это наверняка, как и много чего еще интересного, уже не узнаем…
У оплавленных ворот в этот момент остановился экипаж, и из него выскочил упитанный мужчина, решительным шагом направившись к их светлостям.
- Хозяин этой богадельни, - пояснил мне демон. – Пришёл выяснять, что происходит, и поскандалить за разгром и причиненные убытки.
Промышленник явно хотел обвинить представителей власти в превышении должностных полномочий и сразу перешёл в «наступление», забыв о титулах и званиях тех, с кем имел «честь» общаться.
- Я требую немедленно прекратить это безобразие! – на ходу начал он, поднимая палец вверх.
Оба герцога посмотрели на фабриканта как на насекомое. Стражи у ворот, пытались остановить и оттеснить потерявшего почтение владельца от высоких лордов, но Тенебрей остановил их, подняв руку.
- Ваши Высокоблагородия, данное предприятие принадлежит графу Вилаару, подданному Дейранара, и является одним из фабрик «Кристаллиона»! Вы не имеете права врываться и бесчинствовать на этой территории!
- «Бесчинствовать?» - переспросил Тенебрей, не веря в то, что услышал. Он был и так «не в духе». Слова фабриканта уверенного в своей безнаказанности и правоте, заставили его на время растеряться. В следующую секунду вокруг него вспыхнула черным маревом магия, и глаза заволокло тьмой, а кожа начала сереть и трескаться.