Страница 98 из 102
— Я знаю, сынок, прекрасно все понимаю. Именно поэтому я последнее время улаживал дела в бизнесе, чтобы в будущем не приходилось проводить через весь этот ад внуков и правнуков. Чтобы это гребаное слияние не мешало счастью. Я хотел все рассказать, но подумал, будет лучше, если ты ее найдешь сам. Я думал, вы поговорите. Но потом мне позвонила Светлана Владимировна, и пришлось действовать быстрее. Так что, сынок, поздравляю, — Эдуард Васильевич встает, похлопывая сына по плечу. — Ты теперь официально в разводе.
— Что? —
— Да, это было проще простого. Клим был в бешенстве, но у него не все так гладко оказалось. И он еще долго не вернется к делам, — усмехается.
— И? Ты хочешь услышать от меня спасибо? — кривится Руслан. — Не думаю, что я готов на это. Ты сам заварил эту кашу.
— Я и не жду, сынок, — печально улыбается. — Я просто хотел все исправить. И надеюсь, в будущем, дети, вы сможете меня простить.
Он подходит ко мне, целует в щеку.
— Прости, что тебе пришлось через все это пройти. Это полностью моя вина, но не наказывай его за мои необдуманные поступки, — печально поджимает губы и уходит.
Мы остались одни. Молча стоим. Я даже не знаю, что сказать. История прояснилась, все факты сопоставлены. Но в голове полная каша. Моя любовь не исчезла, я держалась за гнев все это время и боялась ослабить его хоть на секунду. А сейчас, когда все встало на свои места, я даже не знаю, что чувствую.
— Думаю, нам нужно поговорить, — шепчет Руслан, словно боится, что я сорвусь с места и убегу.
— Да, думаю, стоит, — отпускаю его руку и отхожу.
— Может, поговорим в спальне, чтобы никто не прерывал? — предлагает Руслан, и я соглашаюсь.
Сажусь на кровать, облокотившись на спинку. Руслан садится на край, поворачиваясь ко мне лицом.
— Давай я начну, — говорю немного нервничая. — Когда ситуация прояснилась, я больше не держу на тебя зла. Я полностью понимаю тебя. Правда, я бы не знала, что со мной было, если бы всю мою жизнь на мне висела эта удавка. Но я просто не понимаю, как сосуществовать дальше с тем, что я уже знаю. Ты женился на другой, я все это время страдала и не знала, как жить. И в один момент ты возвращаешься в мою жизнь, и все рушится. Я злилась на тебя, ненавидела всем сердцем. Но... — сглатываю, поднимая взгляд на Руслана. Он выглядит разбитым моими словами. Но я не могу смягчить правду.
— Но... — хрипит он, откашливаясь.
— Но никогда не переставала любить. Как бы сильно я себя ни презирала и как бы сильно ни ненавидела. Я любила вопреки всему. Я правда не знаю, что делать дальше. Прошло столько времени, я запуталась, — в привычном жесте кладу руку на живот. Сильнее заваливаюсь на спинку.
— Я не жил все это время. Я просто существовал. От меня прежнего абсолютно ничего не осталось. Я не мог спать без алкоголя. Глаза, если и закрывались от усталости, я просыпался в поту с криками и кошмарами, возвращаясь в тот день, когда тебя потерял. Я не хочу снова возвращаться в этот ад. Без тебя моя жизнь не имеет смысла. Ты и ребенок — это все, что у меня есть, — глаза Руслана наливаются слезами, как и мои собственные. В этот раз я не игнорирую это.
На коленях приближаюсь к нему и вытираю слезу. Он закрывает глаза, прижимаясь к моей руке.
— Я так тебя люблю, — шепчет, целуя ладонь.
— Я тоже люблю тебя, — шепчу в ответ.