Страница 115 из 117
— Почему нет? — его голос тоже прозвучал хрипло, а от пальцев принца по запястью словно потекла паутинка. Будоражащая такая. Проникающая под кожу.
Ну уж нет. Один раз я ему позволила это, больше такое не повторится.
— Потому что, Люциан. Потому что, — я с небывалым облегчением продемонстрировала виритту, которая полыхнула сообщением от Валентайна.
Прищур Люциана стал жестче, а я отняла руку и отошла в сторону, чтобы прочитать: «Срочное дело. Сегодня вечером заберу тебя из Академии».
Странно. Очень странно. Я была уверена, что Валентайн меня к этому алтарю одну не отпустит, учитывая, что у меня темная магия, и все происходящее. Хотя, разумеется, для меня это была самая обычная экскурсия, но у него свои заморочки на эту тему. Видимо, они прошли. Или он понял, что ничего страшного в том, что я туда схожу под присмотром преподов, нет.
Как бы там ни было, я обернулась в тот самый момент, когда во дворе появилась Женевьев и объявила, что произошла небольшая заминка, но магистр Оллихард и магистр Въерд скоро появятся. При упоминании последнего она слегка поморщилась, а я даже не сразу поняла, кого она имела в виду. Когда поняла, поморщилась уже сама, потому что в нагрузку, то есть третьим надзирающим магистром, нам выдали Доброе утро.
Вот уж точно утро добрым не бывает!
— Пока ждем, послушайте меня внимательно, пожалуйста. — Женевьев коснулась значка-артефакта, усиливающего голос, на лацкане пиджака. К вящему удивлению всех, она тоже надела брюки. Ну, то есть брючный костюм, не совсем классику из нашего мира, скорее, более удобный, но даже в нем и со стянутыми в хвост волосами она умудрялась смотреться элегантно.
Слава Женевьев Анадоррской! Теперь все перестанут пялиться на мою задницу в брюках. И правда, во все глаза смотрели уже на Женевьев, а она тем временем продолжила:
— Алтарь Горрахона находится на территории Даррании, но тем не менее в непосредственной близости от Харонсвилла и от Темных земель. От них нас будет отделять город и равнина Сигиба, которая славится своими пространственными аномалиями. Именно поэтому рядом с алтарем порталы открывать нельзя, они нестабильны, и мы не имеем ни малейшего понятия, где можем оказаться. Также на землях самой равнины известны случаи спонтанного переноса, когда человек или дракон просто делает шаг, а оказывается на огромном расстоянии от места, где только что находился. В коридоре, где мы будем идти, вокруг самого алтаря, такое не наблюдается, но именно по этой причине далеко отходить от группы или самостоятельно бродить по окрестностям запрещено. В целях вашей же безопасности. Тех, кто захочет это правило нарушить, предупреждаю сразу — мы будем назначать взыскания.
М-да? Тогда я буду идти строго по линеечке. Мне еще загоны чистить с Драгоном, начиная со следующей недели.
— Но есть и хорошие новости: места там незабываемо живописные, почти всегда пасмурно, часто бывают сухие грозы. Это тоже аномалия, которая возникла во времена Горрахона из-за того, что он творил. Зато это позволит лучше настроиться на экскурсию, и мы с вами сможем глубже погрузиться в атмосферу тех времен. Если есть вопросы, спрашивайте.
Вопросов не возникло, хотя некоторые девушки слегка побледнели. Одной из них оказалась Амира, которая как-то незаметно потянулась к Люциану. Точнее, к его компании: он стоял в окружении Невса, Лиллеи и Милли. Дас к ним не присоединился, бывший лучший друг Люциана о чем-то говорил с Аникатией.
— Готова к путешествию? — подошедший Макс хлопнул меня по плечу.
— Ага.
— О-о-о, я уже предвкушаю, — произнес Ярд, почему-то глядя на Женевьев.
Брат хрюкнул, но поинтересоваться, что же здесь происходит, мне в очередной раз не дали. Потому что явились магистр Оллихард и Доброе утро (совершенно недобро зыркнувший на меня), а после открыли портал.
— Выйдем в предместьях, — на сей раз скомандовал историк. — Пойдем вдоль леса. Полчаса — и мы на месте. По сторонам не разбредаться..
— Держать строй, — вздохнула я. Негромко. Потому что мне еще загоны чистить, да.
— Магистр Въерд будет вас возглавлять, магистр Анадоррская будет идти по центру, я буду замыкать наше шествие.
— Зайду с тыла, — опять прокомментировала я.
Макс снова хрюкнул, а потом посмотрел на меня:
— Совсем не волнуешься?
— А должна? У нас же школь.. тьфу, академическая экскурсия. Самое страшное, что там может случиться — я сдохну со скуки.
— Ой, не зна-аю, там же такое творилось, — Алина сделала большие глаза. — У меня сердце так колотится. Слышите?
Она плюхнула руку Макса себе на грудь, и у него тоже стали большие глаза. Правда, уже по другой причине. Я с трудом удержалась, чтобы не закатить свои. Потому что к нам присоединились Драгон с друзьями и Амира. Пока все обменивались приветствиями, я смотрела, как в портал уходят адепты, вслед за Добрым утром. Потом присоединилась Женевьев и пошла следующая партия, мы оказались в последней. Как я и сказала Соне, магистры нагнетали, потому что вышли мы в районе совершенно обычного леса. Здесь было уже за полдень, а еще, что интересно, ярко светило солнышко. Правда, впереди, туда, куда нам предстояло добраться, граница черных туч и черной земли выделялись и правда знаково.
— Ж-жуть, — пробормотала Алина, рассматривая пейзаж вдалеке. Пока еще он напоминал какую-то иллюзию, словно там картину для спецэффектов и съемок намалевали.
Хотя да, вынуждена признать, смотрелось это действительно жутко.
— Кто помнит, сколько убийств совершил Горрахон на одноименном алтаре? — раздался усиленный артефактом голос Оллихарда.
Я обернулась: портал за нами уже закрылся, вредный старикан топал бодро, с энтузиазмом вглядываясь в лица адептов.
— Более тысячи, — раздалось спереди.
Это была Аникатия.
— Правильно. Почему он выбрал именно алтарь, одно место, хотя мог убивать где угодно?
— Потому что ему нравились ритуалы, нравилось вести своих жертв к алтарю и видеть ужас в их глазах. А еще нравилось с ними беседовать, пока они шли, — дополнил информацию Дас.
Да, серийные маньяки — они во всех мирах такие. Одинаковые.
— Все верно. Этот ужас запечатлелся..
На последних словах я слегка «отлетела», потому что про алтарь Горрахона все знала, и очень хорошо, а погружаться в магистерские страшилки не было ни малейшего желания. Он рассказывал то, что я уже знала: про запечатленный ужас и смерть жертв, про то, что это сказалось на природе — ее там попросту нет, и в принципе на близости Загранья в этих местах.