Страница 4 из 26
Глава 4. Чудовищный хозяин
Он молчал, постукивая пальцами по столу. Я заметила, что на его запястье тонкий кожаный шнурок с крошечным узелком, похожим на оберег. Забавно. Хозяин разваливающегося курорта – и оберег. Значит, всё-таки он понимает, в какой трясине сидит.
– Ты думаешь, это просто гостиница? – спросил он наконец, глядя куда-то мимо меня. – Ну, типа неудачный бизнес, плохой сезон, не повезло с погодой? Тут всё устроено иначе. Этот курорт – как пробка в бутылке. Он держит тут… границы. Между мирами, между силами. Если он совсем развалится, сюда полезет такое, что тебе даже в самых страшных снах не снилось.
Я невольно фыркнула, но тут же осеклась.
– То есть ты хочешь сказать, что эти руины – это стража? И я, заплатив деньги каким-то жуликам в переулке, купила себе билет на передовую?
Он наконец посмотрел мне в глаза.
– Примерно так. Эти типы, которые тебе билеты всучили, они знают правила. Они специально заманивают сюда тех, у кого есть… ну, ресурс. Сила. Энергия. Ты ведь ведьма. Твоя магия – она живая, она умеет держать пространство. Вот тебя и выбрали.
Внутри всё похолодело. «Курорт мечты» – это ловушка для тех, кто умеет колдовать. Их «горящие путевки» – это рекрутинг. А я, со своей усталостью и желанием просто сбежать от серости, сама прыгнула в капкан.
– И что, много таких, как я, сюда уже заманили?
Хозяин горько усмехнулся:
– Были. Кто-то сбегал. Кто-то… растворялся. Кто-то пытался качать права – и быстро понимал, что тут законы другие. Я сам сюда попал так же. Только мне билет не продавали. Мне это досталось по наследству. От деда. Он думал, это просто земля с гостиницей. А я… я думал, справлюсь. Думал, можно просто делать вид, что всё нормально, чинить крышу, улыбаться гостям – и границы сами как-нибудь удержаться. Но они не держатся. Им нужно топливо. Магия. Воля.
Я машинально сжала кулаки, чувствуя, как кончики пальцев снова начинают покалывать. «Топливо», значит. То есть я должна была приехать, излить свою силу и подпитать эти развалины, пока кто-то наверху греется на воображаемом пляже.
– А деньги? – спросила я, и голос мой прозвучал резче, чем я хотела. – Ты говоришь, вернуть нельзя. Потому что они сразу уходят на «поддержание границ»? Или потому что ты их просто потратил на что-то другое?
Он не отводил взгляда. Это, пожалуй, было самое странное – он не врал в открытую.
– Деньги тут ни при чём. Формально они сгорают в момент покупки. Это такая плата за переход. А вот твоя сила – это уже другое. Она остается. И если ты сейчас развернешься и уйдешь, трещина станет шире. Я не пугаю. Просто говорю как есть.
Я истерически рассмеялась.
– Знаешь, звучит как идеальная отмазка: «Не уходи, а то мир рухнет». Очень удобно! Вначале обманывать, потом пугать глобальными катастрофами.
Он устало провел рукой по лицу.
– Можешь не верить. Можешь злиться. Я бы на твоем месте тоже злился. Но посмотри вокруг. Ты думаешь, тут просто ремонт затянулся?
И тут я посмотрела магическим зрением на само пространство в комнате. Заметила то, чего не видела раньше: воздух над столом слегка рябил, будто поверхность нагретого камня. На пожелтевших картах на стене некоторые линии пульсировали тусклым светом. А шнурок на его запястье вспыхивал крошечными искорками, когда он шевелил рукой. Магия тут была везде.
– Допустим, я тебе верю, – сказала я и сама удивилась, насколько спокойно прозвучали эти слова. – Допустим, тут правда есть какие-то границы и трещины. Но это не значит, что я согласна стать бесплатной батарейкой. Я приехала сюда не для того, чтобы затыкать чьи-то дыры. Я хотела просто отдохнуть. Хоть немного.
Он кивнул.
– Я понимаю. Правда. Но тут такой расклад: либо ты подпитываешь курорт своей волей, либо он разваливается. А когда он разваливается, сюда приходит то, что питается хаосом. Огры, например.
– Огры? – переспросила я, невольно вспоминая, как уложила тролля в коридоре. – И они сюда могут прорваться? Прямо сейчас?
– Пока курорт хоть как-то держится – нет. Но с каждым днём держать становится труднее. Мне не хватает ресурса. А новых «волонтёров» заманить всё сложнее – люди стали умнее, недоверчивее. Или слабее.
Я отвернулась к окну. За мутным стеклом простиралась серая пустошь, и ветер гнал по земле клубы пыли. «Пляжный рай», ага. Самая злая шутка, которую я слышала за долгое время.
– И что ты предлагаешь? – спросила я, не оборачиваясь. – Я остаюсь, «подпираю границы», а ты?
– Я предлагаю сделку, – ответил он неожиданно твёрдо. – Ты помогаешь удержать курорт на плаву – становишься частью управления. Ты чувствуешь магию. Я устал делать это в одиночку. А ты… ты явно умеешь стоять на своём.
Я резко обернулась:
– То есть ты хочешь, чтобы я стала твоей правой рукой в этом бардаке?
Он наклонился вперёд, и сейчас я заметила в нём то, на что ярость раньше не давала разглядеть. Он был не простым магом – явно драконом, причём молодым и довольно симпатичным. Такие обычно восседают на высоких должностях и создают крепкие семьи. Почему он сторожит это место? Что-то тут нечисто.
– Я предлагаю тебе изменить это место вместе со мной. Если у нас получится, границы станут крепче сами собой. Потому что люди будут приходить сюда не из страха и не по обману, а потому что тут хорошо. Возможно, даже в море можно будет купаться без опаски, что морское чудище утащит в свое логово.
– А если я откажусь? – спросила я тихо.
Он пожал плечами:
– Тогда ты уйдёшь. Я останусь тут сам, буду держаться сколько смогу.
Я снова посмотрела на шнурок с узелком на его запястье.
– Ладно. Допустим, я согласна попробовать. Но на моих условиях. Никаких больше обманов. Никаких «сюрпризов». Ты рассказываешь всё – абсолютно всё, – что тут происходит. И мы начинаем с того, что делаем это место хотя бы минимально похожим на курорт.
Он выпрямился в кресле. В глазах мелькнуло что-то похожее на надежду, смешанную с недоверием.
– Это… это больше, чем я смел просить. Обычно люди либо сразу бегут, либо просто отдают силу и становятся тенью.
– Ну так я не «обычно». Я ведьма. И знаешь, что бывает, когда ведьму долго злят? Она перестаёт быть удобной.
Он попытался улыбнуться, и улыбка вышла кривой, но настоящей.
– Да. Это я уже заметил. Когда ты тролля уложила, я сразу понял – с тобой лучше не спорить.