Страница 73 из 79
Глава 51.
Тем не менее, я очень спокойно провела собрание нашего отдела по Ликии. Катастрофа, о которой все утро намекал Хардвик, на первый взгляд, не выглядела неизбежной.
Я могла его понять. Он ориентировался на положение дел на железной дороге, главной артерии, связывающей между собой месторождения, производства, города и порты.
Ему оставалось хвататься за голову. С одной стороны, от нападения банд спасались усилением охраны и перенастройкой кристаллов. Пока их артефакторы пытались взломать код, он уже обновлялся на новый. Но тут же выяснялось, что проблемы на этом не заканчивались.
У одного из локомотивов обнаружили трещины на подшипниках ведущих осей — его отправили в депо на десятидневный ремонт. А у второго, — причем новенького, передового (все, как Себастьян любит) — внезапно отказал двигатель. Проверка показала, что один из питающих его эфиритовых кристаллов имел редкую аномалию.
Но если бы только поезда… Инженеры внезапно закрыли один из крупнейших мостов. У него просели несущие опоры. Никто не понимал, в чем дело. На путях, в разных частях Ликии, проверяющие фиксировали участки смещения рельс. А количество случаев с неисправностями стрелок выросло за квартал на тридцать процентов.
По всему полуострову сбоили каналы связи — якобы были виноваты магнитные бури. И это не могло не настораживать.
Я понимала, почему Хардвик хмурился. Я бы на его месте тоже подозревала как минимум несколько слоев заговора. И со стороны администрации Ликии, зависимой от нашей империи, — и со стороны коренных элит, уверенных, что Нетания выкачивает из их земель ресурсы, мало считаясь с их интересами.
Волнения в Ликии — это как стихийное бедствие.
С момента образования Ликийского протектората — территории с особым статусом — прошло около ста лет. Полуостров сохранял свои исторические регионы, семьи оставили за собой территории и титулы — и даже органы управления, такие как советы, суды, полицию.
Однако губернаторов провинций назначал император Нетании, и именно он ставил губернатора всей Ликии. Владыка также определял внешнюю политику, держал на полуострове армию, собирал налоги, а, главное, контролировал добычу и производство… А вот уже касалось меня непосредственно. Основные отрасли экономики Ликии, на условиях концессии, последние пятьдесят лет вели Лэнгфорды.
До прихода корпорации это были нищие сельскохозяйственные земли с богатыми недрами. Люди буквально мерли от голода, сидя на богатейших недрах. Соседние князья никак не могли договориться, предпочитая резать друг друга, а не вкладываться в буровые установки или те же дороги.
Лэнгфорды вложили в Ликию колоссальные средства. Построили железную дорогу и порты, усовершенствовали шахты, провели энергетические сети, открыли десятки предприятий — и вся эта инфраструктура принадлежала империи лишь частично. Разумеется, траст платил налоги. А порт Навир, крупнейший из перевалочных пунктов Нетании, да и всего мира, был стратегически важен. Почти как уникальные ликийские месторождения эфирита, алой руды и черного стекла.
Благодаря Хардвику я чрезвычайно подробно вошла во все процедуры железнодорожных перевозок, испытывая, однако, нехватку столь же подробных сведений по другим направлениям. Квартальные отчеты из энергетического департамента, портов и шахт еще только предстояло получить.
Впрочем, что-то сразу бросалось в глаза. Например, тот факт, что перевалка грузов в порту за полгода выросла на десять процентов, несмотря на удлиняющиеся простои и на возросшее количество аварий — при этом прибыль Навира продолжала сокращаться. Из-за расходов на содержание, кратно поднявшихся страховых взносов и выплаты компенсаций.
Если коротко, грузов становилось больше, а денег — меньше.
Лэнгфорды по-прежнему вкладывали в Ликию. Сейчас в Навире строился третий глубоководный терминал, хотя, на мой взгляд, эксплуатация первых двух должна была сначала пройти ревизию. Трещала общая логистическая цепочка, в которой обнаруживались все новые дыры.
Экспертиза Хардвика была бесценной. Мы только что лишились очередного управляющего. Менеджеры на местах, они по-прежнему находились на полуострове, — и другого такого специалиста по Ликии под рукой я не имела.
Я только изредка его перебивала:
— Эти аварии, по-вашему, связаны между собой, Патрик?
— Что появилось раньше, диверсии или технические поломки?
— Если убрать банды, насколько это облегчит ситуацию?
Он отвечал обстоятельно. Прямых доказательств нет. Но столько случайностей разом…
— Диверсии точно были. Но и без них система начинает сыпаться. Или кто-то очень старается, чтобы это выглядело естественно… Нельзя сказать, чтобы банды вдруг стали опаснее, чем раньше.