Хозяйка Скальной гряды

Сама девушка по утрам брала себе помощниц и обустраивала садик возле дома. Отец велел расчистить значительно больше территории, чем изначально определила Полина, и теперь она на него сердилась, рассаживая по контуру купленные им саженцы вишни и орешника. Этой работе, казалось, конца-края не было.

А во второй половине дня под чутким руководством Полины мужчины, расширяли ей оконный проём в комнате у стола, долбили новые: один при входе, другой в закутке на антресоли, где спала девушка. После их работы Поля прибиралась, готовила еду и когда на улице появлялись звезды, а селяне ложились спать, садилась делать украшения из цветных стеклянных палочек.

Привычное дело успокаивало её, настраивало на позитивный лад и придавало веры в себя. Возле окна, (недоделанный проем окна) на стол она ставила керосиновую лампу, а с боку, немного припрятав, закрепляла современную лампу на прищепке, работающую от батарейки, и именно она давала основной свет.

За несколько вечеров Полина сделала пяток стеклянных массивных колец, пару интересных плоских круглых кулонов, намереваясь всё это продать в столице вместе с притащенными с Земли карманными зеркальцами, иголками, булавками, цветным бисером.

Королевское вознаграждение таяло, а деньги были необходимы хотя бы для оплаты дорожных расходов, съёма жилья в столице, покупки корма для лошади и.. да что ни шаг, везде деньги нужны! А ведь она ещё запланировала открытие мастерской, чтобы не вызывать подозрение о нескончаемых диковинных товарах. И так увлеклась хлопотами в своём имении, что едва не прозевала назначенную дату встречи с Огневым.

Полина гнала пустую повозку в столицу, стараясь нигде не задерживаться. Начались дожди, и дорога превратилась в сущее наказание. Сама девушка нигде не вязла, но вот другие.. Доверху загруженные телеги крестьян, спешащих в города, застревали, преграждая путь. На Полину смотрели, ожидая помощи, не понимая, что плечистый здоровяк — всего лишь иллюзия.

Объезжать застрявший транспорт под злыми взглядами пострадавших было непросто, как эмоционально, так и физически. Полине не хватало умения «рулить», а размякшая дорога всячески препятствовала любым усилиям выскочить из колеи. А один раз девушке преградил путь другой такой же мужик, каким представлялась она людям на дороге, требуя помощи.

— Подмогни! — велел он.

Господи, она и рада бы, но ей показали на край телеги, который требовалось приподнять..

— Не могу, друже.. — миролюбивым баском прохрипела она, — в столицу еду, спину лечить. Знахарка сказала, что подними я что-нибудь тяжелее ложки — ноги откажут.

Косматый мужик сердито сверлил её взглядом, а потом сплюнул и, зло крикнув сидящей на груде мешков женщине: «Слезай, разгружаемся!», отошёл в сторону.

Нервничая, Полина поспешила убраться, сочувствуя мужику. Скидывать в грязь ровно уложенные мешки с зерном, а потом опять загружать — та ещё перспективка! Но ведь не первый раз этот товарищ едет в город, и дожди для него не сюрприз, так чего же он ожидал?

Полина сердилась на всех, кто смотрел на неё осуждающе, ругала их, но, когда успокаивалась, понимала, что взаимовыручка на дороге священна, а она.. Эх, ведь ничего не объяснишь же им про себя!

В паршивом настроении она въехала в столицу, с руганью сдала грязнущую повозку с едва держащимися колёсами, оставила в общественной конюшне лошадей и отправилась во дворец, искать постоя и Огневого.

Прикрываясь именем герцога и размахивая свёрнутыми в рулон листами с коротким докладом о якобы своём королевстве и парой свитков, которые ей дали для примера, Полина попала внутрь и даже поселилась в той же комнате, что ночевала в первый раз.

За основу будущего «Трактата иноземки» она взяла чью-то курсовую об освоении северных земель и слегка подогнала под стиль вручённых ей свитков. Убрала конкретные события, оставила примерное представление о том, что было на заре освоения якобы её земель и что стало, добавила девичьих впечатлений о красоте ныне существующих городов, изысканной литературы, музыки..

В общем, много всего, но не по делу. Вроде «ох» и «ах», а никакой конкретики, но герцог, пробежавшись глазами, поблагодарил за труд и разрешил гостить во дворце, сколько надобно.

О делах баронства он не поинтересовался, о личной жизни Полины ничего не спросил.. она вроде бы ещё имела ценность, как маг иллюзий, но.. Вот в этом «но» была свобода для Полины — и одновременно обида. Неразумно было бы привлекать к себе внимание сильных мира сего, но до чего же оказалось обидно вновь стать серой мышкой!

На Земле её никто не замечал и не интересовался, чем и как живёт девушка Полина, а теперь и здесь всё идёт к тому же..

Обрадованная визитом госпожи Скальной Бель немного подняла настроение, и вот с ней Полина поделилась тем, что задумала открывать мастерскую и что её люди долбят в скалах пристань, которая может стать полноценным портом, потому что от Скальной гряды до столицы есть прямая дорога. А ещё рассказала о том, с чем столкнулась на своих землях.

— Дикость какая! — прижимала женщина руки к щекам, взбудораженная рассказами о жизни людей на Скальной гряде. — Я о таком слышала, но не верила! Говорят, в некоторых местах до сих пор существует обычай, где все женщины в семье принадлежат старшему мужчине. Доходит до абсурда! Старшим может быть ребёнок, а у него уже целый гарем из взрослых тёток! — прошептала Бель.

— А порт.. — женщина с восхищением смотрела на Полину, отчего та смущённо призналась, что это не она придумала, а ей подсказали. — Всё равно, это так неожиданно и смело! В Забродном не справляются с потоком кораблей. Я слышала, что там давно говорят о расширении, но некому взяться, да и никак не могут решить, выгодно ли это.

— Забродном? — отец ей что-то говорил, но он и сам толком не понял, что за порт в Забродном.

— Да, это портовый город. Там весной к берегу прибивает очень много водорослей, и они гниют, бродят, меняют цвет воды.. — Бель смешно поморщилась.

— А почему думают, что невыгодно расширять порт?

— Да откуда же я знаю? — всплеснула руками служанка, а потом задумалась и предположила: — К нам же не так просто попасть: зимой льды, весной непогода, осенью опять же шторма, остаётся только лето, и то всякое бывает. Вот летом в Забродном не протолкнуться, а в остальное время там безработица и люди уходят на заработки в другие города.

— Бель, а как же Моравийский перешеек? Я слышала, что там местные живут за счет проходящих мимо караванов.