Страница 115 из 159
Глава 54. Что-то не сходится
К третьему дню лазарет заметно опустел.
Риэль ушёл первым, хотя перед этим ещё долго доказывал, что мог покинуть койку гораздо раньше. Орион последовал за ним ближе к вечеру, прихватив с собой такое количество наставлений, что по его лицу было понятно: половину он забудет ещё до ужина. Остальные тоже постепенно возвращались к обычной жизни, и только несколько свободных коек напоминали о том, что совсем недавно здесь негде было пройти.
Тайтар восстановился быстрее всех и теперь при каждом удобном случае напоминал, что с самого начала говорил: лечить его незачем.
— Ты ещё скажи, что повязка сама на тебе появилась, — заметила за обедом, когда он в очередной раз назвал свои раны царапинами.
Орк отрезал себе ещё кусок мяса и невозмутимо пожал плечами.
— Я не мешал тебе чувствовать себя полезной.
— Какая невероятная забота. А то, что я проверяла твои раны на яд, тоже было исключительно для моего развлечения?
— Я говорил, что стрелы меня не задели.
— А я говорила, что после увиденного не собираюсь верить тебе на слово. И, между прочим, до сих пор считаю это одним из самых разумных решений за последние дни.
Тайтар хмыкнул и вернулся к еде, явно оставшись при своём мнении.
— Даже не пытайся, — лениво заметил Эмрис. — Он уже решил, что оказался прав.
— Потому что оказался, — тут же отозвался орк.
Пришлось признать, что эту битву я действительно проиграла.
Эмрис говорил уже нормально, хотя голос к вечеру всё ещё становился ниже и тише. За стол он начал выходить только сегодня, да и то после долгого спора со мной, закончившегося тем, что позволила ему дойти до кухни исключительно при условии, что обратно отправится сразу после еды.
Разумеется, он согласился слишком легко, и уже одно это заставляло подозревать, что Эмрис задумал что-то ещё.
— Даже не думай, — предупредила, заметив, как после ужина он задержался возле двери вместо того, чтобы повернуть к лазарету.
— Я просто стою.
— Ты стоишь в сторону палубы.
— Удивительно наблюдательная женщина.
— Эмрис.
Он тяжело вздохнул, однако всё-таки развернулся.
— Хорошо, ведьмочка. Иду обратно в свою темницу.
— В твоей темнице мягкая койка, еда, лекарства и целительница, которая несколько раз в день проверяет, не решил ли ты умереть ей назло.
Эмрис остановился и посмотрел на меня уже с привычным лукавством.
— Несколько?
Вот теперь пожалела о собственных словах.
— Не льсти себе.
— Даже не собирался. Просто пытаюсь понять, когда именно ты успеваешь заниматься остальными делами.
— Когда ты спишь и не мешаешь.
— Тогда мне стоит спать чаще.
— Вот это действительно полезная мысль.
Он усмехнулся и пошёл дальше, а мне пришлось несколько секунд постоять на месте, собираясь с мыслями.
Эмриса уже спокойно можно было оставлять одного на несколько часов. Рана затягивалась, яд вышел, слабость постепенно проходила, но большую часть свободного времени я почему-то всё равно проводила в лазарете. Объяснение находилось удобное: записи Зоряны лежали здесь, кресло давно стало привычным, а за состоянием пациента можно было присматривать между делом.
Правда, присматривать требовалось всё меньше, а уходить отчего-то не хотелось.
— Ты эту страницу уже минут десять читаешь, — заметил Эмрис вечером, сделав глоток из кружки. — Причём последние пять смотришь примерно в одно и то же место. Начинаю подозревать, что Зоряна спрятала там что-то особенно важное.
Проследив за его взглядом, поняла, что он прав. За всё это время не добралась даже до конца абзаца.
— Я думаю. Иногда полезное занятие, между прочим. Тебе тоже стоило бы попробовать.
— Пробовал. Скучно, — невозмутимо отозвался он и удобнее устроился на подушках. — Гораздо интереснее наблюдать, как ты третий вечер подряд делаешь вид, будто остаёшься здесь исключительно ради записей.
Вот теперь книга действительно перестала читаться.
— А ради чего ещё? Тетради лежат здесь, ты пока тоже лежишь здесь. Очень удобно совмещать приятное с полезным.
— Даже спрашивать боюсь, кто из нас приятное, а кто полезное.
Пришлось опустить тетрадь на колени.
— Эмрис, тебе обязательно комментировать всё, чем я занимаюсь?
— Всё мне неинтересно, — ответил он, и привычная насмешка вдруг исчезла из голоса. — Ты интересна.
На несколько мгновений так и осталась сидеть с раскрытой книгой на коленях, не придумав ни одного достойного ответа. Вот ведь кошак. Ещё несколько дней назад лежал без сознания, а теперь снова прекрасно справлялся с задачей действовать мне на нервы.
— Кажется, тебе всё-таки пора спать, — решила наконец, снова поднимая тетрадь. — Во время выздоровления ты становишься подозрительно разговорчивым.
— А ты подозрительно часто остаёшься рядом.
Сделала вид, что очень увлечена следующим абзацем.
К счастью, Эмрис рассмеялся и больше развивать тему не стал.
Позже, когда он действительно уснул, читать стало проще. За окном давно стемнело, в лазарете горели только несколько мягких светильников, а корабль шёл так ровно, что движение ощущалось лишь по едва заметной дрожи дерева под ногами.
Новые записи Зоряны оказались совсем не похожи на те тетради, которые попадались раньше. Среди рецептов и наблюдений встречались целые исследования о природе магических существ, связях между ведьмой и фамильяром, редких видах превращений. Прапра записывала всё настолько подробно, будто собиралась однажды составить собственную энциклопедию.
Одна из тетрадей задержала внимание дольше остальных.
На потемневшей обложке сохранилась выцветшая надпись о фамильярах и двойственной природе их сущности.
Полистав первые страницы, устроилась в кресле удобнее.
Оказалось, привычное представление о фамильярах было слишком упрощённым. Зоряна писала, что для большинства естественной остаётся звериная форма, а вторую ипостась способны принимать только достаточно сильные и древние существа. Даже им долгое пребывание в ней давалось непросто и требовало постоянного расхода сил.
Нахмурившись, перечитала сначала этот абзац, а затем и следующий.
Смешение двух форм Зоряна описывала как крайне редкое состояние, возможное лишь на короткий миг перехода. Когти, клыки или иные признаки звериной сущности не должны были проявляться отдельно, если фамильяр полностью находился во второй ипостаси.