Страница 3 из 53
Если вещь была магической, последствия могли оказаться куда серьезнее стоимости.
Лот 113 перестал казаться отдельным безумием.
Возможно, это была вершина чего-то, что прежняя Элира заметила раньше.
— Покажите мне карточки сегодняшних лотов.
Ивен раскрыл каталог.
Я проверяла их одну за другой.
Владельцы, документы, дата принятия, оценка, резервная цена.
Ничего подозрительного.
На седьмой карточке остановилась.
— Это что?
— Купеческий расчетный диск.
Передо мной лежало изображение круглого бронзового предмета с зубчатым краем.
— Магический?
— Совсем немного. Старые торговцы использовали такие для проверки счета. Он запоминает итог последнего расчета.
— Полезно.
— Раньше было полезно. Сейчас почти никто ими не пользуется. Есть более удобные счетные доски.
Оценка составляла четыре кроны.
Резервная цена — три.
— Кто продавец?
— Господин Рейс Даннер.
Имя ничего мне не говорило.
— Документы?
Ивен раскрыл приложение.
Обычная наследственная запись. Никакой Палаты имущественных споров.
Я просмотрела лист и вернула.
— Когда приняли?
— Три недели назад.
Значит, до меня.
— Все одиннадцать лотов проверьте еще раз до открытия дверей. Особенно владельцев.
— Они уже проверены.
— Еще раз.
— Да, госпожа Кастель.
Он собрал каталог.
— Ивен.
— Да?
— Почему я собиралась вас уволить?
Он застыл.
Вопрос был жестоким, но мне нужно было знать.
— Вы не сказали.
— А как думаете вы?
Он не ответил сразу.
— Три дня назад я отнес в городской архив копию договора, хотя вы велели никому не показывать документы по отказанным лотам.
Вот это уже было полезно.
— Какого договора?
— Бренца.
Первый в моей стопке.
— Зачем?
— Вы попросили проверить номер решения Палаты. В архиве отказались отвечать без копии.
— А потом я решила вас уволить.
— На следующий день.
— Вы кому-нибудь рассказывали, что проверяли документ?
— Архивисту пришлось объяснить.
— Имя?
— Мирен Солт.
Я записала.
— Что он нашел?
— Номер был настоящий.
— Решение тоже?
— Он не показывал дело целиком. Только подтвердил, что такое решение существует.
— И результат совпадает?
— Бренц указан владельцем.
Я смотрела на Ивена, пытаясь понять, почему прежняя Элира после этого решила выгнать его.
Возможно, потому что он нарушил прямой приказ.
Возможно, потому что его визит в архив раскрыл чужим людям, что дом Кастель начал проверять Палату.
— Вы с кем-нибудь еще обсуждали поручение?
— Нет.
— Уверены?
Он обиделся.
— Я могу ошибиться, госпожа Кастель, но не болтаю о делах клиентов.
— Хорошо. Пока приказа об увольнении не будет.
На его лице отразилось такое облегчение, что я окончательно решила не принимать решения прежней Элиры на веру.
— Спасибо.
— Не благодарите. Если узнаю, что рассказали кому-то еще, вернемся к этому разговору.
— Понял.
Когда он вышел, я нашла в папке Бренца номер решения.
Он совпадал с тем, который Ивен записал для архива.
Настоящее дело.
Настоящее решение.
Настоящий новый собственник.
И все равно прежняя Элира отказалась поставить печать аукционного дома.
Значит, проблема была не в грубой подделке документов.
Я взяла следующую папку и начала проверять даты еще внимательнее.
Через полчаса обнаружилось второе совпадение.
На каждом решении стояла подпись одного из трех секретарей, но в верхней части последней страницы имелась маленькая дополнительная отметка: круг с тремя расходящимися линиями.
Она была на всех девяти документах.
— Ниса!
Ответа не последовало.
Я вышла в коридор и встретила ее у лестницы.
— Что означает этот знак?
Она посмотрела на страницу.
— Особая проверка Палаты.
— Какая именно?
— Если спор касается предмета с зарегистрированными свойствами, решение дополнительно подтверждают через центральный реестр.
— Кто имеет право ставить такую отметку?
— Не знаю. Палата.
— Очень содержательно.
— Я хранитель, а не чиновник.
Справедливо.
— Тевард Лоэн подписывает такие решения лично?
— Насколько мне известно, нет. Он глава Палаты, а не секретарь.
— Вы с ним знакомы?
— Видела несколько раз.
— Он приходил сюда?
Ниса подумала.
— Два месяца назад.
— По какому поводу?
— К вам.
— Надолго?
— Минут на сорок.
— После этого я начала отказываться от сделок?
Она снова задумалась.
— Первый отказ был примерно тогда.
Теперь у нас появилось не только учреждение, но и человек.
Это еще ничего не доказывало.
Глава Палаты вполне мог посещать аукционный дом по десяткам законных причин.
Но прежняя Элира встретилась с ним незадолго до того, как начала терять деньги, отказываясь подтверждать сделки, прошедшие через его ведомство.
— О чем вы говорили?
— Я не присутствовала.
— После встречи я что-нибудь сказала?
— Только велели временно не принимать спорные права без личной проверки.
— Даже если есть решение Палаты?
— Именно это тогда всех и удивило.
— Всех?
— Сотрудников. Клиентов. Через неделю об этом уже знали конкуренты.
Я оперлась ладонью о перила.
Если прежняя Элира подозревала проблему в самой системе подтверждения прав, она сделала самое очевидное: перестала ставить собственную печать на сомнительные переходы.
Потеряла клиентов.
Потеряла доход.
Испортила отношения с людьми, которые считали документы достаточными.
В итоге почти разорилась.
Оставался вопрос, почему она ничего не объяснила.
И еще более неприятный: что случилось с ней вчера на лестнице.
— Госпожа Кастель?
Я посмотрела на Нису.
— Малые торги действительно можно провести без риска для лота 113?
— Он зарегистрирован отдельно и не внесен в общий каталог.
— Значит, удар молотка по другому лоту ничего с ним не сделает?
— Нет. У каждой позиции собственная карточка.
— Хорошо.
Я вернулась в кабинет.
До предварительного показа оставалось меньше двух часов.