Страница 9 из 72
В глаза бы мне его взглянуть, но это слишком сложно.
— Заворачиваем. — Проговорил я одними губами. — И процессия наша двинулась дальше, отходя от слободки, пошла мимо околицы посада. Вблизи остатков неглубокого рва и надолбов.
— Объедем и по самой дальней улице обратно. Трое потом, чуть позднее. Один со мной. Ты. — Я указал на того самого, с кем переговаривался.
Все молча коротко, неприметно кивнули.
Разведка прошла в целом успешно. Я обдумывал увиденное и прикидывал, что мне со всем этим делать.
Вечер прошлого дня. Лагерь московских войск под Дорогобужем. Дом, выделенный Иоанну Груберу
Брат рыцарь молился. Он привез с собой из лагеря образок, поставил его справа от очага и сейчас, стоя на коленях, пытался смирить свой гнев. Ярость свою утихомирить, непонимание как-то притупить и ослабить. А еще, еще и это было позорно, он желал подавить свой страх.
Рыцарю с каждым днем становилось все страшнее наблюдать за войском московитов.
Эти люди работали как муравьи. На удивление, хоть шляхта и называла их восточными варварами и высмеивала, эти московиты работали слаженно. Они постоянно что-то делали, возились, копошились. И, что самое страшное, даже вечером Иоганн не слышал пьяных беспорядков, столь характерных в последние месяцы стояния под Смоленском. Эти варвары пели у костров. Грустная, непонятная его уху, мелодия разносилась над городом. Но по команде отбой почти все они отправлялись спать. За исключением дозоров ну и какого-то минимального количества человек, желающих еще поговорить в темноте о чем-то.
Грубер не понимал этих людей. И они пугали его.
Он добился у воеводы того, чтобы самому выводить своего скакуна к лесу. Размять, покормить. А больше для того, чтобы посмотреть, чем заняты московиты. И они… Они тренировались!
Французы и голландцы обучали пехоту. Конницей тоже кто-то занимался, но в лагере ее было не так много. Судя по всему, большинство конных частей занимались выдавливанием шляхтичей за Днепр и дальше к Смоленску. Очищались городки округи. Ну а пехоте в этом деле было участвовать весьма сложно, поэтому они молились и ходили строем.
Да. Да, дьявол! Они молились!
Иоанн видел, как тысяча человек становится на колени рано утром и слушает проповедь, а потом крестится и повторяет слова молитвы. После чего они разбирают пики и строятся в боевые порядки. Да, пока что работали они не очень слажено, но… Если дать этим людям несколько лет, с таким усердием они станут лучшей армией Европы. Европы?
А являются ли они частью Европы?
Брат рыцарь не хотел этого признавать и видимое все отчетливее пугало его. Если они не Европа, то кто? Монголы? Татары? Турки? Они отличаются внешне и по вере. Мусульмане. А эти — они христиане, пускай и еретики. И они… Они такие же как мы.
Дьявольское племя!
Изо дня в день все эти мысли возились в его голове, копошились, принимали разные формы. Но смысл был только один. С этой угрозой надо что-то делать. Господь всемогущий должен направить руку раба своего и показать, что. Как избавить мир от этих чудовищ в образе белого человека. Они же лжецы. Они выглядят как мы, но совсем иные.
Скрипнула дверь. Иоанн знал, кто это. Он ждал его. Ждал Тень.
— Что ты узнал? — Тихо проговорил рыцарь.
Его верный слуга и по совместительству глаза и уши, сделал несколько шагов вперед и опустился вблизи, чуть за спиной, по правую руку на колени. Шелохнулись одежды. Он перекрестился и начал говорить тихо, спокойно. Голос его почти всегда был таким, мертвецки ровным, спокойным, не несущим никакой интонации.
Тень. Его звали так не просто из-за умения скрываться. Нет, он мог становиться разным. Быть тенью кого-то. Очень быстрым если нужно или податливым. Вот сейчас, за последние дни, он умудрился втереться в доверие к этим московитам. Простаки не распознали в нем врага.
Все же они не идеальны, эти варвары. Довольная улыбка от такой мысли коснулась лица рыцаря.
— Что ты узнал? — Торопя, но все так же тихо, проговорил рыцарь.
— Игоря все еще нет. Я уверен в этом. Главный здесь, воевода. — Он вздохнул, перевел дыхание. — Тренко зовут его. Он безродный. Но почему-то даже бояре, которые хаживают к нам, считаются с его словом.
— Ты узнал где он? Где Игорь?
— Нет, мой господин. Не узнал. Думаю… Думаю это знает лишь малая часть людей. Может один Тренко. И все они молчат. Они ждут. Я слушал. Люди говорят, что Игорь ушел с полутысячей шесть дней назад. Ушел и исчез. Думаю. Он занимается… — Голос остановился, замер.
— Говори.
— Я не хотел бы. Это лишь домыслы.
— Говори. — Процедил рыцарь.
— Думаю, он ушел в дальний маневр. Думаю он нападет или уже напал на лагерь под Смоленском.
— Пол тысячи?
— Думаю, у него есть какой-то план.
Повисла тишина.
— Что еще. Что ты выяснил?
— Отравить их всех будет очень сложно. Днепр не единственный источник воды. Были бы они в походе, а не в городе, дело стало бы проще.
— Сколько сможем?
— Не больше сотни. Может две. Я могу испортить несколько колодцев. Но это будет слишком быстро раскрыто.
— Если убить Тренко? — Рыцарь задал вопрос прямо.
— Думаю… Думаю мой господин, что риск не оправдан. Этот человек лишь воевода. — Он помолчал, подумал, добавил. — Если ты прикажешь мне, я сделаю это. Но я уверен. Это риск того, что умрем мы все. Или… Или они все. Все шляхтичи. Мы же можем попробовать уйти завтра ночью.
— Какой будет толк?
— В том -то и дело, господин. Не уверен, что он будет. Возможно. — Тень задумался. — Возможно они переругаются. Наемники отойдут. Но. Сигизмунду нечем заплатить им. К тому же здесь есть шведы. Шведы не будут служить королю и Речи Посполитой.
— Ты прав.
— Что мне делать? Что прикажет мой господин.
— Смотреть и ждать. Мы должны убить этого Игоря. Мы вчера обсуждали, что тогда все должно рухнуть.
— Шансы велики. — Подтвердил Тень после короткой паузы.
— Ты не устал?
— Нет, я отдыхаю. — Казалось, в голосе слуги рыцарь услышал легкую усмешку. — Эти московиты очень добрый народ. Очень добрый и глупый. Мне… Мне даже отчасти… Нет, ничего… — Он поправился и выдал. — Ad maiorem Dei gloriam inque hominum salutem.
— Ad maiorem Dei gloriam. Игорь должен умереть.