Искра. Волчьими тропами

Все приглядывали за детьми. Эту нехитрую заботу переняли от Искры. Она не только не стеснялась показывать всем, что беспокоится о безопасности и комфорте младших, но считала это наиболее важным. Что бы она ни делала, всё было с оглядкой на детей. Заготовка еды, обустройство дома, поход в лес, разговоры, учеба.. всё было ориентировано на детей.

Она следила за полноценным питанием маленьких оборотней, за соблюдением чистоты, за их поведением, работой и досугом. Потихоньку все привыкли к этому и стали учитывать присутствие детей в своей жизни, удивляясь, почему раньше стеснялись этого.

Вот и сейчас взрослые присматривали за новенькими, и никто не ожидал, что на отдыхе, после сытного ужина дети ни с того ни с сего расплачутся. Сначала один, потом второй и уже не остановить было слёз.

— Что случилось? — встревожились Искра с Аей.

Мужчины переглядывались, ища подсказки друг у друга, но никто ничего не понимал.

— Напугались? — спрашивала Ая.

— Что-то болит? — торопилась узнать, в чем дело, Искра.

— Скучаете по дому?

Но дети только мотали головёнками и продолжали рыдать.

Рохх напряженно вглядывался в маленьких оборотней, стараясь понять их, но у него ничего не получалось. Он не ощущал ни тревоги, ни боли, ни других каких-то сильных негативных эмоций.

И тогда удивил шаман. Он обнял пару мальчишек и, прижимая к себе, начал бормотать:

— Всё хорошо.. вы больше не ничейные.. вы больше не одни..

Но его слова запустили новый слезоразлив. Всхлипнула Искра, часто-часто заморгала Ая, насупился Поррт, а Рюя стала жалобно подвывать на одной ноте.

Рохх бросился к жене, но она замахала на него руками, показывая, чтобы он успокаивал детей. Ей было неловко. До неё дошло, что дети плачут от облегчения, что они не справляются с положительными эмоциями, к которым оказались не готовы и непривычны, и она не могла сдержаться.

А Ая представила на месте этих ребят своего сына. Она ведь всегда сражалась в первых рядах с вампирами и тоже могла погибнуть, как родители этих детей! И сколько раз она думала о несправедливости такого положения!

Впрочем, сильные самцы старались оставить как можно больше щенят, чтобы кто-нибудь да выжил, если сами они погибнут. И вроде как все всё понимали, но Ая представить не могла, что одного ребёнка можно с лёгкостью заменить другим. А сейчас она увидела, какой болью засело в душах детишек безразличие взрослых. Им некуда было деваться, и они приняли условия выживания, но чего это им стоило! И если раньше Ае казалось, что Искра чрезмерно потакает мелким, то теперь у неё словно пелена с глаз спала. Лунная волчица не потакает, а заботится, окружает любовью маленьких оборотней!

Она приучает их работать с удовольствием, с понимаем того, что они делают, и пусть на это у неё уходит много времени и сил, но при ней дети перестали шнырять серыми тенями, сторонясь взрослых. Более того, часто слышен их смех, звонкие спорящие друг с другом голоса, случается беготня и баловство.

Ая даже не задумывалась о том, что давно уже наблюдала за жизнью сына и другими мальчиками с улыбкой! А теперь вот смотрит на знакомых ей щенят, сравнивает их со своим сыном, с сыном Поррта, племянниками альфы — и видит ужасающий контраст. И нет больше сомнений в том, как должно быть! Может, Ая не смогла бы объяснить свои чувства, но правду она увидела душой.

Наверное, к схожим мыслям пришли и мужчины, потому что на следующий день они стали вести себя более открыто с детьми, и никто уже не думал, что Искра напрасно уделяет столько времени общению с мелкими.

Дорога домой выдалась странной!

Все ужасно устали, но все были довольны. Ехали шумно, не без забавных событий, а лес благоволил, как никогда. Тропы выводили к полянкам с редкими травами, к зарослям поздней малины, к богатым орешникам и ульям, полным мёда. Не собрать дары леса было невозможно, и пришлось задуматься о том, как довезти всё до дома.

На родную поляну выбрались, таща за собой не только телегу, но и волокуши с сплетёнными наспех корзинами, а там их поджидал Зан. Он привёз новый товар, который торопился показать оборотням, чтобы понять его ценность для них и побыстрее вернуться домой, пока не уехали гости из южных племён. Только сейчас можно было заказать у южан то, что потребно, и в следующем году они это привезут.

Он с удивлением смотрел на увеличившееся количество детей, но не отвлекаясь, потянул Рохха со старшей женщиной к мешкам.

— Это вата! Она растёт в южных землях и ею можно утеплять стены шатра, — выпалил он, открывая мешок с кругляшами белого хлопка. — Только такие стены не любят воды и в них могут поселиться насекомые, — честно предупредил он. — Я привёз порошок, который защитит шатёр на какое-то время от маленьких серых бабочек, — при этом Зан потряс мешочком и Рохх расчихался, а за ним Искра и.. через минуту все оборотни чихали, неприветливо скалясь в сторону растерявшегося Зана.

Орк надолго не задержался. Он обрадовался, что не зря рискнул и привёз южную вату оборотням. Он видел, что они не строят шатры, но старшая женщина смекалистая и орк верил, что она придумает, как использовать столь ценное сырьё. Но в обмен новый товар брать не стал.

— Побегу налегке! — озабоченно пояснил он. — Надо успеть сказать, чтобы следующей осенью южане привезли больше ваты.

— Когда тебя ждать в следующий раз? — понимающе кивнув, спросил Рохх.

Орк смешно зашевелил губами, несколько раз посмотрел на небо и выдал:

— Прибегу после первых дождей, — и умчался.

— Это когда это? — не поняла Искра, но Рохх, оказывается, тоже не понял.

— Я чую хорошую погоду, а он после дождей придёт, — задумчиво прокомментировал оборотень.

— Ясно. Не раньше, чем через пару недель? — предположила Искра.

Рохх неуверенно кивнул, оглянулся и наклонился к ней:

— Побегаем сегодня по лесу? — заговорщицки предложил он.

— А дети?

— Они сами разберутся. Мне кажется, мы немного перестарались с опекой в дороге, и они немного подустали от нас. Дадим им свободы, а наша ребятня приглядит за ними.

— Но как же..

— Искорка моя, я скучаю по тебе.. — обнимая и нежно касаясь лёгкими поцелуями скул жены, щеки, подбородка.

— Но я же всё время рядом.. — возразила только чтобы продлить даримую мужем нежность. Она наслаждалась его потребностью видеть её, касаться, целовать и отвечала ему тем же.

— А я хочу быть ещё ближе, — настаивал Рохх, всё сильнее прижимаясь и жарче дыша ей прямо в ухо.

Она со смехом отскочила и после небольшой паузы, как будто о чём-то задумалась, выпалила, прежде чем убежать: